Некоторые люди сравнивают балет с откровенным танцем… Наверное, что-то общее в этом есть. Точнее, было. Ведь сначала, 200 лет назад, в балете едва показывали щиколотку, потом женские юбочки и мужские кюлоты стали укорачиваться, а где-то к началу ХХ века в классическом танце многое стало более «открытым».
Но сегодня, на фоне всего, что приходится видеть в кино или на телевидении, балет выглядит как самое целомудренное искусство.
А если речь идет о душевной раскрепощенности в актерской работе, то я против такого «метода». Во всем должно быть чувство меры.
Вы можете спросить, а в чем же заключался мой метод? Какие детали образа я старался найти в первую очередь, работая над ролью?
Для меня, например, важна национальность героя, его социальное положение. От них даже его походка зависит. Дворянин никогда не двигается, как плебей...
Мне повезло - имею достаточно богатый опыт жизненных наблюдений, поскольку детство и юность провел в Тбилиси, а это был очень демократичный город. Там жили люди разных национальностей, вероисповеданий. И я часто что-то менял исполняя ту или иную роль. А как иначе?
Например, я танцевал три «Жизели» подряд. Глупо из вечера в вечер делать одно и то же. Конечно, я что-то прибавлял, убирал. Бывало, мой педагог Николай Борисович Фадеечев говорил: Коля, вот это хорошо получилось, сохрани, а вот это я бы убрал, потому что разрушается ткань спектакля... Так и оттачивалась роль. Иначе будет просто танец куклы.
Довольно долго в моей жизни ничего, кроме работы, и не было. Начав заниматься балетом в раннем возрасте, я посвящал ему все время. Наверное, поэтому достиг некоторых успехов... Но в какой-то момент почувствовал, что накопилась огромная усталость. И в 28 лет я опомнился. Стало скучно от того, что жизнь - это только танцзал. Тогда я первый раз нарушил режим и не спал ночь. Ничего страшного не произошло.
И с того момента я стал больше отдыхать. Иногда засиживался с друзьями до утра. И если вставал выбор между лишним заработком и отдыхом, выбирал отдых.
Но если говорить о театре… Хотя я и вырос в семье, где никто не имел никакого отношения к сцене и моего увлечения не воспринимал всерьез. Но настоящая жизнь мнилась мне только там, за чертой рампы, куда так хотелось заглянуть.
Я завидовал одноклассникам, у которых родственники работали в театре. Притом сами они театром нисколько не интересовались, им все это было до фени... Я же был одержим.
Сами посудите, ну не сумасшествие ли - прийти в хореографическую школу с улицы, без протекции, очертя голову! Но я так верил в свои способности. Наверное, непонимание собственной наглости и помогло.
Ну а если бы меня тогда не приняли, думаю, пошел бы в театральные художники или в мастера светового оформления.