Я! Или моё происхождение.

Я! Или моё происхождение.

Прежде, чем понять откуда растут корни моего характера, то надо заглянуть в прошлое нашей семьи. А прошлое, это альтернатива нашей истории, которую с завидным упорством запихивали в наши головы при СССР и о чем (с молчаливого согласия правительства) молчат сегодня. Мой дед жил недалеко от настоящей границы Архангельской области. На берегу, изумительно, красивой речки. Черная речка текла через пороги, была шумной, прозрачной, холодной и сварливой. Место поселения, где жил дед, было выбрано не случайно. С одной стороны, где были заливные луга, жители в основном занимались охотой и рыбной ловлей, разведением скота, сеяли рожь, репу, лен, заготавливали сено, дрова на зиму. Жили обычной ничем не примечательной жизнью. Но на другом берегу стоял храм посвященный богу Яриле, а рядом стояло с десяток красивых домов, откуда начинается интрига, начало нашей родословной (корней). Дед, Яков, был рожден в семье потомственных охотников, обладал не дюжей силой, прошел обряд телохранителей. Храм и верхнее поселение были школой уникальных боевых искусств. За одного нашего телохранителя наши правители и правители из других стран, богатая знать, купцы, состоятельные люди готовы были платить золотом и серебром, (весом с лошадиную голову) за пять лет службы одного телохранителя. Дед прожил 90 лет и возможно ещё бы жил и жил, но ранней весной в деревню наведался Медведь шатун. Медведь зашёл во двор бабы Мани и в хлеву задрал корову. Баба маня с воплями спасите, помогите бросилась к деду Игнату. А в это время в деревне никого не было из взрослых мужиков. Одни были на охоте, другие на рыбалке. Дед Игнат схватил охотничий нож и бросился в хлев с ножом вилами на перевес. Получив удар вилами, медведь встал на задние лапы, зарычал от боли, пришёл в ярость и пошёл на деда не замечая выставленные вилы, которые черенком упирались в стену. Вилы вошли ему в живот, черенок не выдержал и разлетелся на щепки, но дед Игнат успел загнать нож в самое сердце. Медведь сгрёб деда передними лапами и в смертной агонии, снизу до верху, содрал мясо с кожей в верх. Так их и нашли лежащих на полу в обнимку. Я как — нибудь на медне продолжу своё повествование.