Вопрос, волнующий многих новичков. С какой физухой идти в горы?
Для горных походов нужно тренировать кардио и ноги с попой.
Для кардио бег.
Для попы и ног: присед со штангой на плечах, эллипсоид.
Кардио – для быстрой акклиматизации в условиях кислородного голодания. Присед и эллипсоид для тренировки нижних конечностей чтобы тащить вверх по склону рюкзак и тропить снег. Тропить Западное фирновое плато на высоте 4000 – то ещё удовольствие. Там лёгкие наизнанку выворачиваются.
Тренировки не гарантируют того, что ты не ощутишь «горняшки», но тренированный человек акклиматизируется гораздо быстрее.
Есть история о 19-ти летнем солдате в Афгане. Дмитрий Клеймёнычев рассказывал как он служил в Панджшере, на посту «Зуб дракона». В первый день боевого дежурства, сапёр, из тех, кого они сменили, показывал им, где брать воду. Боец подразделения горных стрелков Дмитрий Клеймёнычев был удивлён, как тяжко было ему бежать за сапёром, который ловко и быстро скакал по скалам. Хотя он готовился к армии, бегая по 8 км. Потом акклиматизировался. В одной из серий своих рассказов он призывал: «Занимайтесь, ребята, горным туризмом».
Это в идеале. Так бывает не всегда.
Однажды мне пришлось идти в горы с физухой, упавшей ниже плинтуса.
Ну как пришлось? Я «презревший грошевой уют» сам себя заставил.
В августе 2018-го я перенёс клещевой энцефалит в менингиальной форме. Т.е. менингит. А там, как в анекдоте, «два путя»: либо пoмрёшь, либо дураком останешься. Я, вот, не пoмер.
После месяца в бoльнице с неделей рeанимации, вышел я как приведение. Ещё месяц пролежал дома на лекaрствах. В походы запретили ходить. На год. Я честно выдержал две недели и пошёл на Айгир.
Для реабилитации я поехал на Эльбрус. Прежде полгода занимался в спортзале, хоть как-то раскачивал мышцы, которые за время болезни стали как тряпки. Не то, что подтягиваться, висеть стало больно.
Идти по южному склону Эльбруса было тяжко, останавливался каждые 100 метров. Особенно выше 3000. Рюкзак казался неподъёмным. Шёл не на физухе, а «на морально-волевых». В голове были мысли о том, что в тех местах погибала рота лейтенанта Григорьянца, в 42-ом. Мне, вроде как тяжело. А что? Красноармейцу в фуфайке было легко? По ним ещё и стреляли из какого-нибудь MG-42.
Это была моя победа над своей слабостью. Я поставил организм в такие условия, в которых он либо мобилизуется, «либо одно из двух». На шее у меня висела икона Александра Невского и личный номер из армии. Личный номер мне достался настоящий советский, алюминиевый. С гордой надписью «ВС СССР». Это частичка страны покорителей космоса, геологоразведчиков и героев-фронтовиков. Маленький артефакт, который напоминает, чья в нас течёт кровь.
Обычно, когда силы кончаются, начинаешь себе придумывать оправдания: «Сильно устал», «А может в следующий раз?..» Но есть такие рубежи, через которые уже не переступишь. Александр Невский, ВС СССР.
Так что: «Старший лейтенант Ракшин! А ну ка жoпу в горсть собрал! И вперёд!»
Иногда психологические силы вывозят гораздо лучше физических.
Как у Высоцкого:
«Отставить разговоры!
Вперёд и вверх, а там…
Ведь это наши горы,
Они помогут нам…»
С вас лайки, с нас байки.
До будущей горы...