Открывать глаза Анне не хотелось. Голова была чугунной, во рту – пустыня Сахара. Кое-как нащупав на тумбочке вибрирующий телефон, Аня, все так же на ощупь, нажала кнопку ответа и проговорила в трубку, стараясь, чтобы голос был бодрым:
- Привет, бабуль, - Анне не нужно было смотреть на экран, она точно знала, кто первым позвонит ей в этот день. Только она. Её любимая бабулечка Лида.
Глава 1
- Доброе утро, Анют! Надеюсь, не разбудила? С днем рождения тебя, родная! Оставайся всегда такой же доброй, светлой и умной девочкой! – тридцатипятилетняя «девочка» Аня почувствовала, как от слов бабушки начинает щипать в носу, но не заплакала. Широко улыбнулась и наконец, открыла глаза.
- Спасибо, бабуль. Но в том, что я такая получилась твоя заслуга.
- Не преувеличивай, я только помогала тебе. Анют, я еще что звоню-то. Ты ко мне сегодня приедешь? Я тесто на пироги поставила, хочу пироги начать печь к твоему приезду, чтобы горяченькие были. Тебя когда ждать?
- Бабуль, ну зачем ты себя утруждала? Тесто. Пироги. У тебя же руки болят, - сокрушалась Аня, которой, конечно, было очень приятно, что бабушка затеяла пироги. Бабушкина выпечка всегда ассоциировалась у Анны с детством, беззаботностью и бабушкой.
- Ох, Анют, возраст у меня такой, чтобы что-то болело. Как там говорят? Если утром ты встал и у тебя ничего не болит, значит, ты умер?
- Ба, что за черный юмор? Ты же знаешь, что я не люблю все эти разговоры о смерти?! – возмутилась Анна, которой от таких разговоров становилось не по себе. Она хоть и была взрослой «девочкой» и все понимала, но бабушку очень боялась потерять, считая её самым близким человеком на земле.
Нет, родители у Ани были. Хорошие такие, правильные родители. Просто работали много, да и работа была связана с частыми командировками, поэтому Аня очень много времени проводила с бабушками. С бабушкой Лидой и бабушкой Тамарой. И если бабушку Лиду Аня любила всей душой, то с Тамарой у неё сложились прохладные отношения. Тамара Петровна была женщиной неплохой, но слишком строгой. Её квартира напоминала музей. Помпезный ремонт и куча разных статуэток. Когда Аня приходила в гости к бабушке Тамаре, то трогать статуэтки ей строго запрещалось. Маленькой Ане было сложно удержаться от соблазна потрогать фигурку. И если она хватала одну из них своими шаловливыми ручками, то тут же прибегала бабушка, та будто чувствовала, что любимой статуэтке грозит опасность, и начинала читать лекцию про непослушных детей и ценность схваченной фигурки.
Единственное, как разрешалось Анне играть в доме Тамары Петровны – это сидеть на полу в большой комнате и заниматься своими куклами. А в это время бабушка читала внучке что-то из художественной литературы. Читала громко, с выражением, но Ане в четыре года было совсем неинтересно.
Когда Анне нужно было идти в первый класс, бабушка Тамара сказала, что забирать внучку не будет:
- У меня ноги болят, да и голова от постоянного Аниного шума раскалывается. Я хочу провести старость в покое, да и свои дела у меня есть.
Лидия Васильевна так сказать не могла. Внучку она обожала, Аня не была бабушке в тягости. И в огороде могла помочь, и дома прибраться, а уж пироги приготовить – это за милое дело. Конечно, Лидия не загружала внучку непосильной работой, но о помощи всегда просила и всегда хвалила за проделанную работу.
Когда встал вопрос о школе, Лидия Васильевна вызвала на разговор дочку и зятя:
- Вы, ребят, хотите, обижайтесь, хотите, нет. Но если Тамара отказывается помогать с внучкой…
- У мамы ноги, - тут же встрял Николай, отец Ани.
- Да у неё вечно что-то, - тут же фыркнула Екатерина, не любившая свекровь.
- Так, дети, не ссориться, - призвала всех к порядку Лидия. – Я вас позвала не для того, чтобы ноги Тамары обсуждать. У всех ноги и голова… Я про Аню поговорить хочу!
- А что Аня? Ей в школу надо идти. Мы тут с Катей подумали и хотели вам предложить. Может, вы город переедете? В нашу квартиру. Будете с Аней жить, в школу водить и всё такое. Мы сейчас неделю дома, а потом опять уедем почти на три месяца, поэтому… - развел руками Николай.
- Я в город не поеду, - сказала, как отрезала, Лидия. – У меня предложение другое. Давайте Аню отдадим в нашу школу. Это вы, городские, считаете, что в деревне все дураки, а тут тоже люди и школа у нас хорошая, сильная. Я уже с директором говорила. Аню возьму. Решайте.
Катя с Колей, конечно, стали фыркать, убеждать Лидию, что если Анечка будет жить в деревне, то это лишит её возможности на дальнейшую нормальную жизнь.
- Она же в институт потом не поступит! – твердил Коля.
- А кружки? Ребёнка надо развивать разносторонне, - вторила мужу Катя.
- Ничего против не имею! Развивайте! – согласилась Лидия. – Меняйте работу и развивайте. Я в город не накатаюсь. И жить там не могу. У меня хозяйство. Да и дом зимой один оставлять надолго нельзя.
Николай и Екатерина поворчали, возмущались, но в итоге согласились. Менять работу они не хотели, привыкли к хорошей зарплате и кочевой жизни, няню на постоянную основу не рассматривали, поэтому первого сентября Анюта с букетом гладиолусов и огромными бантами пошла в деревенскую школу. Для Ани это время было самым счастливым!
Свидетельство о публикации №222042500222
© Баранова А.А., 2022