Мир начинается там, где каждый имеет право быть таким, как он есть, то есть, где каждый признает за другим право оставаться таким, как и где он есть. В то же время это означает, что все соблюдают свои границы, что никто не переходит границу к другому, что каждый остается внутри собственных границ.
Эта граница, если мне будет позволено так выразиться, желаема Богом. Что это означает?
Каждый, такой, как он есть, задуман и взят на службу некой иной силой, в том числе с его границами. Если я уважаю его границы, то я уважаю и мои границы. Таким образом, я уважаю мои границы и границы другого в созвучии с движением духа. Эта граница устанавливает мир, если мы остаемся в созвучии с этим движением, ибо движения духа в равной степени обращены к каждой стороне.
Таким образом, мир становится возможен в созвучии с движением духа, в созвучии с его обращенностью ко всему, как оно есть, в созвучии с его любовью, в созвучии с духовной любовью.
Что препятствует этой любви? Если я позволяю себе думать, что я больше движим этим духом, чем кто-то другой, и поэтому ставлю себя выше его. В этот момент я утрачиваю созвучие с движениями духа и его любовью. Это значит, что я вступаю в конфликт как с другими, так и с движением духа.
Как следствие, я остаюсь предоставленным самому себе. Я чувствую себя оставленным этим духом и лишенным его руководства. Как конкретно я это переживаю? Я терплю неудачи и даже умираю, или вместо меня умирает кто-то другой.
Значит ли это, что я совершенно покинут этим духом? Нет, никогда. Просто тогда он берет меня себе на службу иначе. Он берет меня себе на службу болезненным для меня и для других образом, но и тогда я целиком и полностью у него на службе.
Куда он ведет нас в этом служении? Он ведет нас к миру. Он ведет нас к признанию взаимных границ и вместе с тем к уважению по отношению к другим, таким, как они есть, и к уважению по отношению к нам самим, таким, как мы есть. Правда, для многих это происходит кружными путями и после болезненного опыта. Тем прочнее, однако, становится мир, тем скромнее наши притязания, тем лучше мы сознаем свое равенство со всеми остальными.
Но это подлинный мир, остающийся мир, человечный мир.
(Мир духа. Б. Хеллингер)
