Сообщения о притеснениях наших соотечественников в Европе появляются все чаще.
Некоторые из нас все еще находятся в стадии «отрицания» и «торга», не веря в то, что цивилизованные, демократичные европейцы могут быть такими узколобыми русофобами.
Но многие уже безоговорчно поняли, что недавние события обнажили непривлекательную правду: в некоторых странах русских не любят и не любили никогда.
В то же время появляется множество аналитики о причинах этого явления. Некоторые авторы, например, Роман Антоновский, считают, что корни русофобии берут свое начало в истории и тянутся еще со времен Ивана Грозного.
Но что если мы отвлечемся от истории и посмотрим на происходящее с точки зрения психологии?
Русофобия в Европе с точки зрения психологии
Исторические обиды, несомненно, оказывают влияние на менталитет европейцев, но что если корень русофобии не столь русоцентричен, как нам кажется?
В той или иной мере у нас у всех создается ощущение, словно весь мир ополчился против нас. Особенно это касается тех, кто живет в Европе.
Тонны русофобской пропаганды ежедневно льются на нас с экранов телевизоров и компьютеров. Некоторые наши соотечественники подвергаются настоящим гонениям в лучших традициях давно забытой охоты на ведьм.
Но в том ли дело, что европейцы действительно ненавидят русских? Что если они всего лишь выливают на нас свою скопленную, подавленную злобу?
Консерватизм vs толерантность
Дело в том, что некоторые европейские страны глубоко консервативны и ксенофобны по своей сути. Взять ту же Англию – родину пуританизма и крупнейшую колониальную державу.
Выкачать из своих протекторатов все природные ресурсы и превратить их население в рабов – вот в чем состояла суть многовековой политики англичан по отношению к своим колониям.
Терпимостью и уважением к другим народам здесь даже не пахнет. Скорее наоборот – в умах англичан в этом отношении всегда было четкое разделение на людей и «не-людей».
Достаточно прочитать пару книг английской писательницы Агаты Кристи, где красноречиво изображена нетерпимость англичан к иностранцам. Еще меньше века назад – в 1930х-1950х годах – выходец из другой страны, даже если он был европейцем, встречался как минимум с недоверием.
То же самое можно сказать и про США, где процветало рабовладение, а еще в 1960е годы существовала прямая сегрегация по расовому признаку, когда чернокожим запрещалось ходить в школы и общественные места, предназначенные для белых.
Немцы – тоже по своей сути глубоко консервативный народ. Именно они более других ценят долг и порядок, а значит и приверженность традициям.
Как же так получилось, что такие консервативные страны стали главным рупором политики толерантности? Все просто – эту идеологию им насадили, и они нехотя подчинились.
Но что происходит, когда нам насаждают чуждые нам идеалы и заставляют следовать правилам, которые идут вразрез с нашим мировоззрением?
Мы озлобляемся. Более того, ради того, чтобы оставаться частью общества, мы подавляем в себе эту злобу и прячем свой внутренний протест против чуждой идеологии в дальний ящик.
Русофобия в Европе - это побочное явление подавленной нетерпимости
Теперь же европейцам открылась удивительная возможность наконец выплеснуть весь этот эмоциональный груз. Им говорят: русские – враги, это они во всем виноваты! И в развязывании войны, и в повышении цен, и в недостатке продовольствия.
И весь тот ком проглоченных обид и задавленной злобы по поводу безнаказанности мигрантов и вседозволенности меньшинств начинает клокотать у немцев и англичан в груди и просится наружу. Им как будто говорят:
«Не бойтесь, обнажайте свое нетерпимое, ксенофобское нутро, теперь это можно, теперь это приветствуется!»
По сути им дают карт бланш на ксенофобское поведение, но только в отношении русских, хотя для вида европейские лидеры, конечно, заявляют, что осуждают русофобию. Ведь надо проддерживать миф о демократической и свободной Европе.
И вот законопослушный немец уже поджимает машину с российскими номерами, а обходительный англичанин плюет в ноги девушке, говорящей по телефону по-русски.
Таким образом, русофобия в Европе имеет не только исторические, но и психологические корни. Теперь остается лишь один вопрос: куда это все приведет?