У Камаза с обратной стороны от бака, под кузовом есть инструментальный ящик. Квадрат черного цвета в котором хранится необходимый и достаточный набор инструмента, запасных частей, пару домкратов и сверхценные для камазиста части, которые непременно должны быть под рукой. На фотке он рядом с 3 баллонами, в которых хранится сжатый воздух.
Мне 5. Папа красит Камаз и это чудесное для меня зрелище. Во-первых, он снимает тент и Камаз-сельскохозяйственник выглядит для меня странным и почти голым. Во-вторых, папа использует пульверизатор каких-то допотопных лет, а значит под шумок можно перекрасить свой велик. И в-третьих везде и в огромном количестве краска - оранжевая для кабины и светло-синяя для кузова.
Мне очень хочется что-нибудь попробовать покрасить этой забавной штуковиной, тем более, в руках отца эта выглядит практически волшебством. Он с важным видом проводит струей краски и остается ровная синяя полоса. Но я стесняюсь об этом попросить, так уж получилось, что я всегда выступал в роли безропотного помощника. Если предложат - то конечно соглашусь, или даже постесняюсь согласится. Но под руки просто так не полезу.
Я кручусь рядом с ним, второй день, чтобы он предложил мне что-нибудь покрасить. Мне очень хочется помочь ему и поделать эту забавную работу, хочется выглядеть таким же важным. И я страшно волнуюсь.
Очень шумно, для того, чтобы создавать нужное давление - компрессор молотит непрекрещая, двигатель заведен. Поэтому, кажется, он просто махает мне рукой, чтобы я подошел. Мне предложили покрасить Камаз!
Я становлюсь рядом, в руках оказывается краско-пульт, он на удивление тяжелый. Отец кричит сквозь шум заведенного мотора, я провожу линию, выходит кривенько и не совсем прямо, и пытаюсь все исправить. Момент, когда он вырвал у меня краско-пульт, с излишне яростным криком сквозь двигатель и стандартной фразой, что у меня руки их жопы - я скорее всего себе придумал.
Четко помню только страх, что на меня так кричат из-за мелочи, абсолютно злой взгляд и что бегу и прячусь в дом, с мыслью о том, что я больше никогда в жизни ничего у не попрошу. Мне ничего от него не надо, он меня не любит, я его боюсь. Меня пытаются найти и успокоить. Бабушка просит сына подойти ко мне и успокоить, но все снова заканчивается скандалом. Фраза, ну что ты как не мужик - редко приводит к тому, чтобы дети чувствовали себя принятыми.
Я чувствую себя ничтожеством, бесполезным, Я его боюсь.
"Максим, вспомните самое раннее воспоминание, когда Вы чувствовали себя ничтожеством и что Вам говорили?"
Мне 29, и если модно выражаться, я лечусь у психолога от ненависти к себе, невозможности отдыхать и приступов маниакальной ревности к своим партнерам. С ценником, за который я мог бы получить средний час продажного секса, а не разговоры о моей детстве.
Сидя на стуле, рядом с Владом, мне ничего не приходит на ум, а ситуации, которые приходят в голову кажутся надуманными и высосанными из пальца.
"Нет, не могу привести пример". И странное ощущение, как будто я нахожусь в придуманной ситуации, в которой сам себе должен создать эффект плацебо.
Мерзкое чувство, особенно, когда ты впервые на приеме и тебя не покидает ощущение сюрреализма происходящего. Я протягиваю ему деньги и разочарованно прощаюсь.
На Юго-Востоке МКАДа, там где Садовод, снесли развязку. Ремонт по обеим сторонам, поэтому в крайней левой притормаживая перед пробкой я пытаюсь успеть закрыть окно машины, выкинув дотлевший окурок.
Не успеваю, меня обдает запахом дизеля и звуком работающего пневмо-компрессора. Меня возращает в детство, как будто рывком. В смесь запахов краски, солярки и этот поглащающий сердцу звук дизельного двигателя. Где-то внутри часть меня до сих пор кричит на меня сквозь эту какофонию, о том, что у меня руки из жопы и у меня ничего не получится.
-Я вспомнил, доктор- произношу я сам себе шепотом, - я вспомнил