Майор-кадровик вытер лоб платком и, тяжко вздохнув, по-свойски признался сидящему напротив капитану:
- Посидели вчера малость с ребятами. Наверное, лишку принял. Даже думать трудно. Мысли спотыкаются. Да ещё кондёр, как назло, сломался, – заметив в глазах офицера непонимание, объяснился, — не бери в голову. Это я так, ради поддержания разговора. Что там у тебя?
Капитан почувствовал, как в глубине души медленно нарастает раздражение. Он порядком устал с дороги и ему было наплевать на похмельные трудности майора. Просто хотелось поскорее завершить формальности, выбраться из душного штабного модуля и, добравшись до своего нового жилища, скинуть с себя пропотевшую форму и наконец принять душ. Или что-то похожее на душ. Стараясь казаться невозмутимым, офицер достал из нагрудного кармана сложенный пополам листок и молча протянул его кадровику.
Тот, вероятно продолжая оставаться в образе, недоумённо пожав плечами, развернул бумагу. Быстро пробежав глазами содержание документа, взглянул на капитана:
- Тут такое дело получается. На твою должность уже Снигирёва назначили. Парень из госпиталя после ранения два дня назад вернулся, и бригадир приказал его при штабе оставить. На ЦБУ. Ну а тебя вместо него в батальон. – увидев на лице капитана гримасу недовольства, спросил с нажимом, - что, капитан, возражения имеются? Не переживай, должности равноценные, майорские. А Сашке уже не по здоровью по пустыне мотаться. Да и с комбригом особо не поспоришь…
Капитан энергично потряс головой:
- Возражений нет. Батальон мне ближе, чем штабная служба. Мне бы душ принять, а потом хоть на Северный полюс. Вернее, на Южный…
Майор с явным облегчением хмыкнул:
- Ай да молодца, капитан! Вот только с душем ты пролетаешь. Через час тыловая колонна твоего батальона выходит. За припасами приезжали. С ней и доберёшься. Заменщиков к вам обычно на вертушках отправляют, но сегодня сопровождение и все борта на обеспечении. – Немного помолчав, как-то неохотно предложил. – Впрочем, если хочешь, то можешь тормознуться здесь денька на два. Раньше бортов в ту сторону не будет. Зато душ примешь. Отдохнёшь с дороги. Решай, короче. А я в батальон сообщу, мол, замкомбата изволят мыться.
Капитан с лейтенантской поры усвоил правило, что выше кадров только солнце, но простить майору откровенное пренебрежение, всё же не смог. Мрачно взглянув на кадровика, проговорил чётко и внятно:
- А не пойти бы вам… подсказать куда?
К удивлению, заменщика, тот не стал изображать обиженного, а довольно спокойно подвёл итог разговору:
- Ну вот и ладушки. Вот и договорились, капитан. Сейчас ступай к писарям, девки тебя по-быстрому оформят, а я распоряжусь на счёт посыльного. Он тебя к колонне проводит. Сам ты хрен её отыщешь. Ещё вопросы есть?
Капитан, сидя на бронекрышке смотрового люка бронетранспортёра, чувствовал себя полным придурком. Ему казалось, что он выглядит крайне нелепо в измятой и уже насквозь пропыленной повседневной форме, а ощущение чужеродности портило и без того невесёлое настроение. Старший сержант, сидящий слева на такой же «реснице», видимо решив поддержать капитана, нагнулся и громко проговорил прямо в ухо:
- Мы ваш чемодан в десанте крепко привязали, что бы его дорогой не разбило. Правда ручка оторвалась, но это ничего. Приедем домой, я её в лучшем виде отремонтирую.
Странно, но упоминание о сломанной ручке неожиданно развеселило капитана. Благодарно кивнув, он так же нагнулся к сержанту:
- А ты кем в хозвзводе? Заместителем?
Сержант отрицательно покрутил головой:
- Неа, товарищ капитан. Мы – разведчики. Комбат приказал тыловиков сопроводить. Мол, задолбали бездельники. А какие мы бездельники? Только неделю назад из рейда возвернулись и сразу в поиск. Вернулись, только и успели, что два часа кемарнуть. Ладно, мы уже привыкли.
Старший сержант умолк, словно давая попутчику возможность оценить глубину комбатовской неблагодарности. Капитан для вида покачав головой, снова нагнулся к сержанту:
- Долго ещё до места?
Сержант с готовностью откликнулся:
- Щас с бетонки сойдём и часа через три уже дома, на базе будем. Сейчас самое, извините, ж***е место будет. Вы бы надели броник, товарищ капитан. Офицеры так-то его не очень-то жалуют. А зря! Бережёного и Бог бережёт. В десанте новые лежат, ещё в упаковке. Муха не сидела. Отвечаю.
Капитан невольно нахмурился. Он ещё не был знаком с солдатским сленгом и потому решил уточнить:
- А что за место такое? Ну, ж***е?
Сержант понимающе кивнул:
- Зелёнка рядом со съездом. Там кишлак заброшенный. Бородатые оттуда частенько по ленточкам лупят. Из ДШК и гранатомётов. Перед сопровождением его авиацией обработают, да всё без толку. Считай, что через раз балуют. В бригаду ехали, обошлось. Кто их знает? Может щас что удумают. Так, что? Свиснуть? Пацаны мигом один достанут. А вы потом зампотылу объясните. Мол, так и так… хотя ему до лампочки.
Капитану не хотелось выглядеть трусом в глазах сержанта, тем более что на том никакого бронежилета не было. Пожав плечами, прокричал:
- Не стоит имущество раньше времени потрошить. Обойдусь.
Старший сержант кивнул, но всё же добавил:
- Броники из нового материала. Лёгкие, не керамические. Говорят, даже от осколков защищают. Брешут, наверное…
Очередь было короткой и стреляли с предельной дальности. Видимо моджахед или случайно нажал на спусковой рычаг ДШК, или пальнул так, наудачу. Пуля была уже на излёте и, наверное, новый броник сохранил бы жизнь капитана, но…
Сборник рассказов «Афганские эпизоды», а также повести Николая Шамрина, опубликованы на портале "Литрес.ру" https://www.litres.ru/