Он перевернул свой болид и несколько раз любовно таранил «облако», прошептав: — Что скажешь? Личный компьютер, вмонтированный в панель управления, воспринял вопрос на свой счет и веско сообщил: — На тебя есть компромат. — Мало ли их было! – легко отозвался Ричард, и тот с готовностью напомнил: — Двенадцать попыток. — Переживу и тринадцатую. — Массированный компромат, – предостерег компьютер. — Все их трюки мне давно известны, – отмахнулся Ричард. – Опять будут вопить о порочной связи с Изой, намекая на обязательность матримониальных уз? Возникла пауза. Пока его личный «компи» готовился выдать информацию, Ричард с сожалением подумал о тех мужиках, которые с двадцати лет попали в семейные ловушки. Их в парламенте было большинство. Чего стоили представители оппозиции: каждый – со сварливой женой и выводком ненасытных детишек. Не удивительно, что их постоянно раздражала независимость Ричарда. Если «политика – это публичный дом», как принято говорить еще с прошлого века, то безопаснее всего