Арина Николаевна побледнела и сделала попытку грохнуться в обморок. Правда, она быстро взяла себя в руки и отхлебнула несколько глотков воды из бутылки, стоящей на столе.
- Как это случилось?
- Ее нашли в съемной квартире, где она жила после того как уволилась из вашего издательства. Расскажите, почему это произошло?
- Ира была очень талантливой журналисткой. Она работала у нас с университетской скамьи и показывала себя только с лучшей стороны. Она любую историю, самую банальную, могла с такой стороны преподнести, что все рты открывали, когда читали ее опусы. А еще она была очень красиво. Целеустремленная, со вкусом, с чувством юмора. За ней такие мужчины ухаживали, а она была верна мальчику, с которым еще в школе начала встречаться. Он-то ничего из себя не представлял. Самый что ни на есть обычный мальчик. После школы учился на инженера, устроился куда-то чертить. Зарабатывал копейки, но его все устраивало. А вот Ирочку нет. Она пыталась его расшевелить, показать мир, сколько в нем возможностей. Но все зря. Вот есть такие люди, которым ничего, кроме родного болота, не нужно. Ваня этот как раз из таких. И знаете, это он ее в итоге бросил. Он, - женщина сделалавыразительный жест руками и продолжила. – Ира после этого как-то вся сникла. Она потеряла свой запал. Этот ее Ваня быстро нашел себе клушу домашнюю. Они жили в соседнем доме, постоянно мозолили бедной девушке глаза.
- То есть после этого расставания она решила покинуть издательство?
- Нет, она еще проработала у нас около года. С трудом, но воспряла. Даже завязала с кем-то отношения. Но что-то там не задалось. Она его боялась. Прямо не говорила, но чувствовалось. У нас с Ирой были довольно доверительные отношения всегда. А тут она закрылась. Я не знала имени ее нового мужчины. Из того, что Ира мне сказала, можно было догадаться, что он не простой человек и имеет вес в обществе. А потом Ира уволилась. Буквально одним днем, перестала выходить на связь. Сменила сферу деятельности. И я о ней ничего не слышала довольно продолжительное время. Честно говоря, я надеялась, что она обрела женское счастье. Только вышло все совсем иначе.
- Ирина кого-то явно боялась, - сказала Стася. – Вы не знаете, в какой сфере работал ее таинственный мужчина. Ведь они могли познакомиться только во время ее работы на ваше издание.
- Ну разумеется, я же вам это и сказала. Мне кажется, что это случилось на благотворительном вечере детского фонда. Они собирали деньги на лечение двух сложных пациентов. Именно после него она чуть воспряла духом.
-Запишите, пожалуйста, что за фонд устроил вечер.
- Разумеется. А кто же Ирочку хоронить будет? Мне, наверное, нужно этим заняться.
- Если захотите, то обратитесь ко мне, - Гордин протянул ей визитку. Они вышли с адресом благотворительного фонда.
Было удивительно, но фонд занимал чуть ли не соседнее здание. Никакой охраны, кроме девушки-секретаря не наблюдалось. Она радостно улыбнулась и провела их к начальству. Розовощекий кругленький мужчина, не менее радостный, чем его сотрудница, внимательно выслушал визитеров и залез в компьютер.
- Этот прием был уже довольно давно. Но какие-то данные сохранились. Список гостей я вам распечатаю.
Стася изучила три листа в машине. Она сразу же ткнула пальцем в три знакомых имени.
- Здесь были Игнатов, Дядя Миры и Тарасов. Все три в одном месте. Это не простое совпадение.
- Очередное подтверждение твоей версии о том, что ко всему этому причастен Тарасов? Потому что эта Арина говорила о влиятельном любовнике.
- На тот момент его первая жена была еще жива. Роман мог плохо отразиться на его репутации. Тогда понятно, почему Ирина его скрывала. Так она и могла познакомиться с Ольгой.
- То есть они узнали секрет Тарасова, и тот убил родную дочь? Несколько притянуто за уши, ты не находишь?
- Тарасов может объединять наших двух жертв, а его деятельность вполне может располагать к разного рода нехорошим делам, о которых Ирина и узнала. Она могла выйти на Олю сама, в ее лице найти себе союзника. Потому что многие знали о неладах в семье Тарасова с младшей дочерью. А уж любовнца тем более. Я не утверждаю, что сам Тарасов убил дочь, но за ним могут стоять куда более серьезные люди. Они решают вопросы по-своему.
- Хорошо, что ты предлагаешь? Прийти к Тарасову и в лоб спросить «А не ваша ли любовница покойная Ирина?». И он, конечно же, честно ответит, что его, признается во всех грехах.
Стася молчала. Опять эта свербящая мозг мысль пронеслась где-то на задворках подсознания и пропала, так и не оформившись до конца. Это начинали серьезно злить.
- Капитан, хватит ерничать. Ты совсем не заинтересован в том, чтобы найти преступника или преступников? Ты вот что-то такое сказал, что внутри меня возникла мысль, но тут же пропала. И так продолжается уже несколько дней.
- Я говорю нечто такое, от чего тебя внутри волнует? – игриво спросил Гордин.
- Нет, не ты говоришь, - рассердилась та. – И прекрати уже дурачиться. Нам нужно понять, что произошло с Ириной. И при чем здесь Ольга. Общались ли они лично. Мира нам ничего больше не скажет. А вот Игнатьев. Его стоит поспрашивать про Ирину. Даже если он не сознается, то увидим его реакцию, что тоже не маловажно.
- Вези к Игнатьеву, - махнул капитан рукой.
Поэт жил неподалеку от своего коллеги, но в старом фонде. С виду дом казался самым что ни на есть образцовым строением из конца семидесятых годов. Но уже в подъезде стало очевидно, как фасад не соответствует содержанию. Стены пятиэтажки внутри щеголяли керамогранитными панелями и эффектной подстветкой. Квартира Игнатова занимала сразу два этажа, четвертый и пятый.
Хозяин раскрыл им дверь в одних шортах, ничуть не стесняясь приличного пуза, которое поверх этих самых шорт висело.
- Какой сюрприз, - усмехнулся он. – Чем обязан?
- Разрешите пройти? У нас появились к вам новые вопросы, - Стася внедрилась в коридор, не дожидаясь приглашения. Общедомовую лестницу здесь эффектно отделали, поменяли перила, покрыли плиткой и закрыли от остального пролета.
- У вас четыре квартиры в собственности? – не удержался гордин от замечания.
- Да, люблю, когда пространство большое и есть, чем дышать, - с гордостью заявил хозяин. – Но вы же не о моих дизайн-проектах пришли спрашивать? Проходите на кухню.