«Наша Пасха — Христос, заклан за нас» (1 Кор. 5:7), — говорит апостол Павел. И все христиане вселенной в этот день собираются воедино, чтобы прославить Воскресшего Господа, ожидая Его возвращения. И видимым знамением этого единства во Христе является общее Причащение всей Церкви от Чаши Господа.
Ещё в Ветхом Завете Бог дал заповедь про эту страшную ночь: «это ночь бдения Господу из рода в род» (Исх. 12:42).
Все сыны Израилевы должны были собраться в домах и вкусить от пасхального агнца, а кто не вкусит, истребится душа та от народа своего. — Ангел губитель погубит его (Числ. 9:13).
Так же и сейчас, великое бдение Пасхальной ночи должно сопровождаться вкушением Пасхального Агнца — Тела и Крови Христа.
Начало этому положил Сам Господь, открывший Себя апостолам в преломлении Хлеба (Лк. 24). Не случайно, что все встречи Воскресшего Христа с учениками сопровождались таинственными трапезами. Так Он дал им почувствовать ту радость, которая приготовлена нам в Царстве Небесного Отца. И святые апостолы установили праздновать святую Пасху святейшим Причащением. Уже в Троаде апостол Павел по обычаю совершал ночную литургию в день воскресный (Деян. 20:7). Все древние учителя Церкви, упоминая празднование Пасхи, в первую очередь говорили о пасхальном причащении.
Так, Златоуст вообще отождествлял Пасху и причащение. Для него (и для всего церковного собрания) Пасха совершается тогда, когда человек причащается. А «оглашенный никогда не совершает Пасхи, хотя и постится ежегодно, потому что он не участвует в приношении Евхаристии» (Против иудеев. 3:5).
Но когда многие стали удаляться от Христова Духа и стали уклоняться от причащения на Светлой Седмице, то отцы Трулльского Собора (т. н. Пято-Шестого Собора) 66 правилом засвидетельствовали изначальное предание: «от святого дня Воскресения Христа Бога нашего до недели новой, во всю седмицу верные должны во святых церквах непрестанно упражняться во псалмех и пениях и песнех духовных, радуяся и торжествуя во Христе, и чтению Божественных Писаний внимая, и святыми тайнами наслаждаяся. Ибо таким образом со Христом купно воскреснем и вознесемся. Того ради отнюдь в реченные дни да не бывает конское ристание, или иное народное зрелище».
Это же устремление к пасхальному соединению с Господом прослеживается и в нашем богослужении. Ведь, по словам Златоуста, «мы постимся не для пасхи и не для креста, но ради своих прегрешений, потому что намереваемся приступить к тайнам» (Против иудеев. 3:4).
Вся святая Четыредесятница готовит нас ко встрече с Богом в Пасхальную ночь. Не случайно ещё перед началом Поста Церковь поёт: «Возведемся к покаянию, и чувства очистим, к нимже брань, вход поста творяще: надеждею благодати сердце извествующе, не брашны, в нихже не пользовашася ходившии. И снестся нами Агнец Божий, во священной и светоносной ночи Воскресения, нас ради приведенное заколение, учеником приобщенное в вечер таинства, и тьму разоряющее неведение светом его воскресения» (стихира на стиховне, в мясопустную неделю вечером).
Во время поста мы очищаемся от беззаконий, учимся соблюдать заповеди. Но какая же у поста цель? Цель эта — в участии в пиршестве Царства. На Пасхальном каноне св. Иоанн Дамаскин призывает нас:
«Придите Питье пьём новое, не от камня неплодного чудодеемое, но нетления источник, из гроба одождившего Христа», «придите розги нового Винограда в нарочитом дне Воскресения Божественного Веселья Царствия Христова приобщимся, воспевая Его как Бога во веки».
В конце светоносной пасхальной заутрени мы слышим слова Златоуста: «Трапеза исполнена, насладитеся вси. Телец упитанный — никто же да изыдет алчай: вси насладитеся пира веры, вси восприимите богатство благости».
И чтобы мы не думали, будто Пасха заключается в разговении, наш Устав предупреждает: «Пасха - это Сам Христос и Агнец, взявший грехи мира, на алтаре в бескровной жертве, в пречистых тайнах, Честного Тела и Животворящей Крови Своей от иерея Богу и Отцу приносимый, и тому причащающиеся истинную едят Пасху».
Не случайно, что и причастен на Пасху звучит так: «Тело Христово приимите, источника бессмертнаго вкусите». Непосредственно перед выносом св. Даров Церковь призывает всех насладиться Божественных Таин.
И недавние святые продолжали подтверждать это понимание величайшего Праздника. Преп. Никодим Святогорец говорит:
«Те, кто хотя и постятся перед Пасхой, но на Пасху не причащаются, такие люди Пасху не празднуют... потому что эти люди не имеют в себе причины и повода праздника, которым является Сладчайший Иисус Христос, и не имеют той духовной радости, которая рождается от Божественного Приобщения. Прельщаются те, которые считают, что Пасха и праздники состоят в богатых трапезах, в многих свечах, благоуханном фимиаме, серебряных и золотых украшениях, которыми они убирают церкви. Ибо этого Бог от нас не требует, потому что это не первостепенное и не главное» (Книга о душеполезнейшая о непрестанном причащении святых Христовых Таин. сс. 54—55).
Не случайно те, кто уклоняется от святого Причащения на Пасху и на светлую Седмицу, чувствует упадок духовных сил. На них часто нападает уныние и расслабление. Именно об этом предупреждал нас Господь, говоря: «смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объедением и пьянством и заботами житейскими, и чтобы день тот не постиг вас внезапно. Ибо он, как сеть, найдет внезапно на всех живущих по лицу земному» (Лк. 21:34—35).
Но, к сожалению, в последнее время не только некоторые нерадивые прихожане уклоняются от Причастия на св. Пасху по причине своего чревоугодия, но и некоторые священники стали вводить новизну, запрещая благоговейным христианам исполнить волю Христа. Они говорят:
— Был пост, и вы могли причаститься. Так зачем же причащаться на Пасху?
Возражение это совершенно ничтожно. Ведь св. Причастие — не знак печали, а предначинание будущего Царства. Не случайно в Литургии св. Василия Великого говорится, что когда мы вкушаем Причастие, то мы смерть Господню возвещаем, и воскресение Его исповедуем. Да, и если бы Пасха была несовместима с Евхаристией, то зачем же тогда и совершать Литургию в церквах? Неужели современные отцы мудрее Вселенской Церкви? Я уже не говорю, что при хиротонии все мы даём присягу следовать священным канонам. А Вселенский Собор требует причастия на Пасху и на Светлой Седмице.
Специально отвергая этот аргумент, свят. Иоанн Златоуст говорит: «Непостящийся и приступающий с чистой совестью, совершает пасху, сегодня ли, завтра ли, или вообще всякий раз, когда участвует в приобщении. Ибо достойное причащение зависит не от наблюдения времени, но от чистой совести» (Против иудеев. 3:5).
Другие говорят, что раз причащение совершается во оставление грехов, то ему и не место в пасхальную ночь.
На это ответим словами Господа, если осла и вола вытаскивают из ямы в субботу, то не надлежало ли и освободить человека от груза греха на Пасху. И Древняя Пасха, и ныне действующие каноны указывают, что наилучшим временем для прощения грехов в таинстве Крещения является Пасхальная ночь. Да, не место для исповеди в это время. Но ведь уже прошёл пост. Люди оплакали свои беззакония, получили отпущение грехов на исповеди в страстной Четверг.
Так на каком основании мы можем не допустить их до святой Чаши в день Воскресения? Я уже и не говорю, что Причастие совершается не только во оставление грехов, но и в жизнь вечную. А когда лучше сделать человека причастником вечной жизни как не в день Пасхи? Конечно, если человек пребывает в нераскаянном смертном грехе, то дорога к Чаше ему закрыта его беззаконием. Но если этого нет, то человек должен прибегать ко Христу.
Некоторые говорят:
— Вот вы причаститесь на Пасху, а потом пойдёте есть мясо. Так нельзя.
Это мнение прямо осуждается 2 каноном Гангрского собора. Тот, кто считает мясо скверным или делающим человека неспособным причащаться, подпал влиянию духов обольстителей, о которых пророчествовал апостол Павел (1 Тим. 4:3). Он отлучается от святой Церкви. Надо помнить, что на самой Тайной Вечери Христос с апостолами вкушали мясо ягнёнка, и это не помешало им причаститься. Да, нельзя объедаться на разговение, нельзя грешить чревоугодием. Но из этого не следует, что не должно причащаться. Скорее, наоборот. Из почтения к святыне надо быть умеренным, и так мы сохраним и чистоту души, и здоровье желудка.
Подобным образом некоторые священники говорят:
— Пасха — время радости, и поэтому причащаться нельзя.
Мы уже приводили слова преп. Никодима, говорящего, что истинная радость Пасхи заключается именно в евхаристическом соединении со Христом. Также и Златоуст говорит, что непричащающийся не празднует Пасхи. На самом деле приобщение особенно уместно на Пасху в связи с тем, что в согласии с Литургией, совершая евхаристическую Жертву, мы воскресение Христово исповедуем и видим образ Его восстания из мёртвых (Евхаристический канон и молитва после потребления). Но самое главное, что Сам Христос обещал дать радость Своим ученикам, тогда Он Сам вернётся из глубин смерти, а от этой радости современные духовники отстраняют христиан.
Да если и подумать, то чему будет на Пасху радоваться непричащающийся — молитвам, но они говорят нам о богообщении, а от него он отказался, Литургии — но она служится ради причастников, пению — но истинным Пасхальным Певцом является Христос (Евр. 2:12)? Если цель богослужения утрачена, то от величайшего праздника остаётся только «радость» служения чреву. Как бы нам не навлечь на себя горькие слова апостола Павла: «они — враги Креста Христова, их конец — погибель; их бог — чрево, и слава их — в сраме; они мыслят о земном» (Флп. 3:18—19).
Ещё одним возражением против пасхального Причастия является утверждение, что перед праздником такая суета, что фактически невозможно нормально приготовиться к св. Причастию. Но это опять попытка оправдать нарушение заповеди «благими целями».
Господь сказал одной такой суетящейся женщине: «Марфа! Марфа! Ты печёшься и суетишься о многом, а одно необходимо. Мария же благую часть избрала, которая не отнимется от неё» (Мф. 10:40).
Конечно, в первую очередь это относится к Пасхе. Не случайно на Литургии Великой Субботы поются слова: «Да молчит всякая тварь человеча, и да стоит со страхом и трепетом, и ничто же земное в себе да помышляет». Это и есть правильное духовное устроение перед праздником, которое только и делает нашу душу способной принять благодать.
На Руси все приготовления к Пасхе заканчивали к Великому Четвёрку, а потом пребывали в храме. И это очень правильно. А нынешняя практика всю готовку и уборку переносить на Великую Субботу действительно душевредна. Она лишает нас возможности прочувствовать службы страстей Господних, и зачастую храмы наши стоят полупустыми на прекраснейшей пасхальной вечерне (Литургии Великой Субботы), а христиане и христианки в этот выходной день вместо поклонения Почившему Господу изводят себя на кухнях.
Потом же в пасхальную ночь вместо того, чтобы радоваться, они клюют носом. Надо не отказываться от пасхального причастия, а просто переменить график уборки и готовки. Всё закончить к вечеру Великой Среды, благо почти у всех есть холодильники, и заняться в спасительное Тридневие своей душой.
И, наконец, утверждают, что в пасхальную ночь очень много посторонних, которые не готовы к приобщению, а исповедать их некогда.
Да, это так. Но чем провинились постоянные прихожане, что из-за маловерующих их лишают соединения с Создателем? Надо не отказывать в Причастии всем, а просто внимательно смотреть за приобщающимися и неготовых отстранять. Иначе в больших приходах причастить нельзя будет никого. Ведь всегда находятся те, кто по незнанию рвутся «заодно и причаститься».
Священник Даниил Сысоев
Подписывайтесь на другие наши каналы 👇👇👇