«Важнейшее утверждение заключается в том, что я не могу себя прочувствовать, если я не был прочувствован другим или другими.
Если я хорошо, достаточно был прочувствован другими, первичными объектами (родителями или те кто их заменял, прим.моё) то я и сам себя хорошо чувствую. Если я плохо, недостаточно был прочувствован первичными объектами, тогда я плохо себя ощущаю. Если я вовсе не был прочувствован никем, я себя не чувствую вовсе.
То же самое и в отношении взгляда. Если глядели на меня хорошо, то я выгляжу (смотрюсь) хорошо, и вижу себя хорошо. Ну а если на меня плохо глядели – то и выгляжу я плохо, и вижу себя плохо. Если я не был увиден, то и сам себя я не могу увидеть.
Тогда я могу либо исчезнуть, либо наоборот я могу постоянно совершать какие-то активные действия, чтобы меня заметили, создавать много шума, то есть привлекать взгляды других, потому что у меня полное ощущение, что если на меня не смотрят, то меня просто нет, не существует.
Я начинаю привлекать взгляды других, чтобы увидеть себя через эти взгляды.
Здесь возникает проблема зависимости от взглядов других людей, и тогда начинается бесконечная гонка за позитивным одобряющим взглядом других.
Основная проблема в том что не было интегрировано. Чтобы был хороший взгляд на человека, ему нужен хороший взгляд на себя изнутри. То есть мое отношение себя к самому себе не совсем мое, а Другого. Только устанавливая, учреждая этот взгляд Другого, мы можем предположить, как это все работает. И затем уже обратиться к проработке того, что происходило в этих самых ранних, примитивных отношениях с первичными объектами.
Здесь важно понимать, что мы обнаруживаем его зависимость от ответа окружения, и этот ответ необходим для его развития. Где не только кормление и забота нужны ребенку, что связано непосредственно с самосохранением. Это лишь малая часть необходимого. И понятно, что не грудь матери является самой фундаментальной, а та манера, способ и особенности, с которыми мать грудь ребенку дает. То есть не сама забота о теле, уход имеет весомое значение, а то, каким образом этот уход проделывается.
Не просто держать ребенка на руках важно, а то, каким образом его на руках держат. То есть не собственно вещность, не столько материальность, сколько послание, коммуникация, которая этим способом предоставляется.
Не только кормление грудью, а еще имеет значение смысл такого кормления матерью. И согласуясь этим смыслом, нас это питает, позволяет развиваться, или может даже нас отравить, и это более чем правдиво в мире ощущений и эмоций.
Младенец испытывает и аффекты, и эмоции, и конечно он не знает в этот момент, что такое эмоции. Он знает, что нечто переворачивается в нем. Но в этот момент он нуждается в образе того, что происходит внутри него. Если проследить, можно увидеть детей в недовольстве, машущих руками, раздраженных. И появляется мать, и можно пронаблюдать, как она хмурит брови, и говорит: «О, какой недовольный маленький ребенок! И как он злится на маму, заставившую его ждать!» В этот момент она берет его на руки, она его несет, и одновременно ухаживает за ним. И в тот момент, как он видит лицо матери, он на самом-то деле видит свои эмоции, которые на нем отражаются. Вот функция зеркала материнского лица.
Мать отражает ему его собственные эмоции, и тоже важно, каким образом. А не как ей вздумается. Она отражает его эмоции, пусть несколько карикатурно, утрированно.»
французский психоаналитик Рене Руссийон