Что сейчас японцы думают о русских?

Хотя уже больше месяца, я чувствую в воздухе то тишину, то вопросы и неоднозначные взгляды.

Позавчера сама решила начать разговор и не пожалела.

Все мои знакомые очень переживали за меня и моих детей. С некоторыми мамочками мы даже поплакали. И стало намного легче.

Обвинять меня и других русских никто не собирался, у всех было сочувствие и давали советы, как справится мне в этой ситуации.

Два месяца назад ежедневно муссировали по ТВ о планах Кремля и постепенное окружение Украины.

Скажу честно, я старалась в это не верить почти до последнего. И даже 21 февраля, когда закрыли полеты на Украину, я говорила начальнику почты, что не случится ни чего страшного, искренне в это веря.

И вот тогда, многие японцы узнали о такой стране как Украина и даже Россия. Нет, географию и историю они прекрасно знали. Но что происходит внутри стран, не знали 80% японцев.

Тогда и начались первые разговоры в школе дочери. Дети спрашивали, о чем думает Россия. Я говорила отвечать, что плохого не случится, что русские это добрый и мирный народ.

Но как только «спец-операция» началась, то всему населению сразу рассказали о ситуации внутри России, сделав быстрый и краткий анализ:
«Русские, не очень могут влиять на управление своей же страной».

• Большая страна на материке, обладающая огромными природными ресурсами и минимальными катаклизмами (по сравнению с Японией)

• Прожиточный минимум населения (поверг многих в шок)

• Огромный разрыв большинства людей от элиты миллионеров и миллиардеров.

• Огромный вывод бюджета России за рубеж (примерно 60%).

Большинству из нас, может этот вывод не нравится.
Но именно он, спасает сейчас нас русских от буллинга.

Японцы постоянно помогают всем странам, которые ввязаны в войну. Потому что чаще всего, жители этих стран - в зависимом положении.

Даже, если их «товарищ» США ведёт военные действия, они помогают продовольствием и продуктами их противникам.

Сейчас Японское правительство и обычные жители страны, помогают украинцам деньгами, продуктами, предметами первой необходимости детям и взрослым.

Это не политика, это то, что происходит здесь рядом со мной.