Я занималась танцами 9 лет. В 3 года мама привела меня в ансамбль «Весёлые искорки».
⠀
«Весёлые искорки» звучит до тошноты дружелюбно, не так ли? А вот руководила «Веселыми искорками» самая злостная тиранша, которую я знала. И звали ее Наталья Наумовна Б.
⠀
Она была невысокого роста. Носила мужскую стрижку. И даже мачеха Золушки не рискнула б с ней связаться. Вот такая она была злыдня.
⠀
Я до онемения ее боялась. Когда она ко мне обращалась, я в буквальном смысле не могла вымолвить ни слова. А когда набиралась смелости ответить, говорила максимально тихо. Меня было еле слышно. Что, конечно, ещё сильнее раздражало Наталью Наумовну Б.
⠀
Не припомню, чтобы она меня хвалила. В основном, ругала. Громко. Едко. При всех.
⠀
Так что успехов у меня в танцах особо не было. Хотя танцевать мне нравилось. Дома я делала это с огромным удовольствием. Потому что дома на меня никто не орал. И не говорил мне, какая я бездарность.
⠀
Вам не кажется, что почти все педагоги того времени были напрочь лишены эмпатии. Можно сколько угодно ссылаться на советскую закалку, но есть ощущение, что никакая она не советская, а самая настоящая садисткая. С детьми так нельзя. Ни с кем так нельзя! Но с детьми особенно.
⠀
Танцы я бросила в 12.
⠀
Сейчас мне 37. Я не стесняюсь говорить громко. И снова танцую. Будем считать, оттанцовываю детскую травму.
⠀
Боюсь даже спрашивать, сталкивались ли вы в детстве с подобными ситуациями. Потому что есть ощущение, что да. И травмы там некислые.
⠀
Расскажете? Готовы поделиться?