Что можно сказать по диверсионной работе против РФ в Херсонской области и на освобождённых территориях Запорожской.
Да, в этих областях была и тероборона, и активисты «Правого сектора» имелись. В Херсонской области проживало (и в основном проживает по сей день) 500 участников АТО. Думаем, и в Запорожской области примерно такой же численный состав атошников.
То есть, можно, обобщая, говорить, что плюс-минус тысяча серьёзных потенциальных противников была и там, и там. Плюс их семьи - чаще всего безусловно «сочувствующие». Семья - это среднестатистически 4 человека. Самый большой митинг в Херсоне был как раз на 4 тысячи человек. Внешне - много. Но там, где живет 400 тысяч человек - 4 тысячи, если власть стоит крепко, погоды не делают.
Безусловно, в руки спецслужбам попала часть документации по активу, которая имелась в СБУ и полиции Херсона, Каховки, Мелитополя. Но, думаем, не только в этом дело. Скорость, с которой в целом была купирована опасность партизанщины на Херсонщине и в Запорожье говорит о том, что у нас нашлись очень хорошие и верные друзья на месте.
Именно поэтому Киев попытался организовать нападение на ИВС в Херсоне - чтоб освободить задержанный актив. Он в основном весь там! И пока он не освобождён - партизанить почти некому.
Число активных противников РФ оказалось конечным. Из этой условной тысячи нашим спецслужбам надо было извлечь всех заправил. После того, как их взяли, атошники и правсеки в основной своей массе остались дома сидеть. И оружие, если было, сдали.
Можно, конечно, заслать спецгруппы из Киева и на херсонщину и в Запорожье - но это уже будут не местные, сеть они будут создавать с нуля, и, выходя на местных, рискуют сразу засветиться.
И самое главное: нет массовой низовой поддержки. Нельзя постучаться в любое окно, шепча: «Меня преследуют русские, спасите».
Можно с высокой вероятностью напасть на тех, кто скажет из окошка: «Русские - это мы».
