– 12 апреля мы отмечали День космонавтики, 61-ю годовщину полёта Юрия Гагарина в космическое пространство. Что для вас значит эта дата?
– Сейчас для меня это профессиональный праздник. Но в далёком детстве, когда я только мечтал стать космонавтом, для меня это был праздник небожителей.
Я всегда с удовольствием его праздновал. Вечером с родителями мы пили чай со вкусными пирожками. Это был семейный праздник с детства.
– Как вы стали космонавтом, выбрали свою профессию?
– Мне повезло в том плане, что решение стать космонавтом пришло ко мне в очень раннем возрасте. Это был 1972 год, мне было 9 лет. В то время практически все мальчишки и девчонки мечтали стать космонавтами, полететь в космос, и я не был исключением. На экраны страны вышел прекрасный фильм «Укрощение огня». Я помню, что там настолько интересно рассказывалось о тех людях, которые создают ракетно-космическую технику, что это меня сильно захватило. И захотелось примерить такую жизнь на себя. Второй раз мне повезло в том, что часто мне в руки попадали книги – шедевры космической фантастики таких авторов, как Братья Стругацкие, Рэй Брэдбери, Сергей Павлов, Сергей Снегов, Станислав Лем.
В своих произведениях авторы настолько интересно писали о приключениях человека в космосе, что эмоциональный интерес к этой тематике меня не отпускал всю школьную жизнь. В 8-м классе я увидел объявление о наборе в юношеский клуб космонавтики и пошёл туда учиться. Там я познакомился не только с предметами, которые преподавали, – историей авиации, историей развития космонавтики, аэродинамикой. Но самое главное, я познакомился с настоящими космонавтами, которые иногда приходили к нам в клуб. А также познакомился с теми, кто создаёт ракетно-космическую технику, – с инженерами. Я попал на экскурсию в Ленинградский военно-механический институт, там я окончательно определился с профессией. После школы пошёл учиться в этот институт, чтобы получить профессию инженера-ракетчика. Путь в космонавты был нелёгкий. В 1989 году я начал работать в РКК «Энергия», в 1992 году подал заявление в отряд космонавтов, был направлен на медицинскую комиссию и благополучно её провалил. Выяснилась особенность моего организма, о которой я не подозревал. С 1992 по 2002 год я проходил огромное количество обследований, чтобы доказать врачам, что эта особенность не влияет на здоровье космонавта и мне можно лететь. В это время я работал в «Энергии», в Центре управления полётами, и прошёл путь от инженера до сменного руководителя полётами. К моменту как я был зачислен в отряд космонавтов, о пилотируемом космическом полёте я знал практически всё.
– Какие навыки и черты характера должны быть у человека, который хочет стать космонавтом?
– В первую очередь, человек должен очень хотеть попасть в эту профессию и реализоваться, дойти до космического полёта. Около 40% космонавтов были отобраны, прошли всю подготовку, были в составе экипажей, основных и дублирующих, но в космос в итоге не полетели по независящим от них причинам. Чтобы пройти этот путь, надо сильно верить в себя и быть готовым дойти до вершины профессии – до космического полёта.
– О чём вы думали перед первым стартом?
– С каждой минутой, приближающей нас к старту, становилось всё спокойнее. Уменьшалась вероятность, что что-то случится и наш старт отменят. Глядя на моих коллег, было понятно, что они испытывают то же самое. Когда заработали двигатели первой ступени нашей ракеты-носителя, мы все заулыбались, потому что поняли – наступила точка невозврата, мы полетим на орбиту.
– Тяжело взлетать?
– Нет. Это был наш первый опыт полёта на орбиту. При подготовке на земле это ощущение не моделируется. В первую секунду мы чувствовали нарастание вибрации и подумали: всё ли нормально?
И все, не сговариваясь, посмотрели на табло «авария ракеты-носителя». Увидев, что табло не загорается, почувствовали, что ракета начала подниматься.
– С земли кажется, что ракета летит долго, а какие ощущения внутри?
– Ракета летит действительно достаточно долго, 527 секунд, почти 9 минут. Происходит выведение на орбиту вокруг Земли. Внутри корабля чувствуется, что перегрузка нарастает, немного спадает, потом опять начинает нарастать. К этому мы были готовы, потому что это входит в тренировки.
– Отличается ли уровень подготовки космонавтов в ваше время и сейчас?
– Особой разницы в методике подготовки в 2003 году и сейчас практически нет. Вводятся некоторые новые тренажёры, стало больше виртуальной реальности. Есть разница между нашей подготовкой и подготовкой первого отряда космонавтов, когда не было представления, что ждёт человека на орбите.
– Сколько времени занимает сама подготовка?
– При полёте на МКС от момента набора в отряд космонавтов до космического полёта проходит порядка 6 – 7 лет. Это не просто ожидание, а годы тренировок, учёбы, сдача экзаменов.
– Должен ли быть человек, который хочет полететь в космос, лётчиком?
– Не обязательно, сейчас около трети космонавтов лётчики, остальные – инженеры или другие специалисты естественно-научного направления. Космонавт должен быть склонен к операторской деятельности, у него должна быть нормальная реакция, восприятие пространства и другие характеристики. В космосе много неизвестного, в том числе там могу ожидать и опасности.
– Космическая станция защищена от этого?
– Станция защищена, она находится в той зоне околоземного пространства, которая ниже радиационных поясов. На данном этапе станция находится под защитой магнитного поля Земли. Сложности могут возникнуть при полёте к Луне и другим планетам Солнечной системы. Нам с этими сложностями ещё предстоит познакомиться.
– 12 апреля Президент РФ Владимир Путин объявил, что мы начинаем космическую лунную программу. Ранее мы отправляли на Луну луноходы. Теперь будет пилотируемый полёт на Луну?
– Если мы заглянем в нашу федеральную космическую программу и примем во внимание то, что сказал Президент, мы вернёмся на Луну не только с помощью автоматических лунных станций. Следующим шагом будет появление нашего человека на поверхности Луны.
– Зачем нам нужно лететь на Луну?
– Сейчас уже пришло время, когда мы можем решать научные и практические задачи на Луне с помощью новых технологий, которые появились со времени первого прилунения. Эти задачи определят наши учёные.
– Сейчас мы летаем на «Союзах». Будут ли новые корабли?
– Первые «Союзы» и те, на которых мы летаем сейчас, имеют общее название, компоновку и внешний вид. Во всём остальном это совершенно другие машины. Они прошли глубокую модернизацию. Системы построены на совершенно других элементных базах, используется другая бортовая вычислительная техника, алгоритмы. У нас разрабатывается корабль следующего поколения, он будет также использоваться для доставки экипажей к Луне.
– Как развивается сотрудничество с другими странами?
– Мы работаем с коллегами из Беларуси. В следующем году на МКС полетит белорусский космонавт.
– Какова дальнейшая судьба МКС?
– Все станции, которые были и будут в будущем, повторят судьбу станции «Мир». Другого пути, кроме как сведение с орбиты, для такого сложного технического объекта не существует. Владимир Соловьёв, лётчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза, генеральный конструктор РКК «Энергия» в докладе Академии наук сказал, что после 2024 года ожидается лавинообразное появление отказов на МКС ввиду её почтенного возраста и выработки ресурса многих систем. К этому надо отнестись самым серьёзным образом.
Вопросы от телезрительницы Ирины:
– Какой текущий проект в российской космонавтике вы считаете наиболее значимым? И как вы относитесь к присутствию женщин в космическом экипаже?
– На сегодня основным проектом в пилотируемой космонавтике является проект МКС, в рамках которого мы и работаем.
Присутствие женщины на борту смягчает ту атмосферу, которая существует, делает её более домашней. Она заставляет мужчин не расслабляться, держать себя в руках, быть опрятным, бритым. У женщин есть прекрасное свойство – одомашнивать ту обстановку, в которой они находятся.