Последние годы действует практика, на фоне которой лица, привлекающиеся к субсидиарной ответственности, не имеют права на оспаривание сделки. Фактически директор, заключивший сделку, будучи в должности, теряет возможность самозащиты в суде. Но ситуация меняется, поэтому у директоров появляется шанс на самозащиту.
Суть проблемы кроется в том, что лица, привлеченные к ответственности, не имеют права на участие в деле по банкротству компании. По факту они не могут предоставлять доказательства или ходатайство, как это делают арбитражный управляющий или кредитор. В результате при рассмотрении дела сторона кредитора получает больше преимуществ. А директора полностью потеряли возможность предоставить опровергающие данные. Такой возможности не было на фоне дел о банкротстве, но они наблюдались при делах, когда директор привлекался к субсидиарной ответственности.
Независимо от условий сделки, она могла быть признана судом недействительной. В этом случае директор обязан исполнить свою ответственность. Однако сумма сделки зачастую оказывается запредельно высокой. И если суд принимал позицию кредитора, то у директора почти не было шансов отказаться от такой ответственности.
Эксперты уверены, что лица, совершившие сделку, должны иметь право голоса. Они практически главные участники процесса. Сторона должника представляется арбитражным управляющим. Но это должностное лицо чаще поддерживает кредиторов и нередко выступает в качестве инициатора для оспаривания сделки. По сути, процедура банкротства нацелена на поиск оснований для возложения ответственности на директоров и должностных лиц.
Встречаются ситуации, когда кредитор пытается оспорить сделки даже с теми организациями, которые продолжают работу. Неприятный момент кроется в том, что при признании сделки недействительной, все другие виды договоренностей будут расцениваться как неправильная или неправомерная политика руководства. Поэтому даже правильно оформленные и оплаченные сделки впоследствии могут также быть признанными недействительными. Доказать иную ситуацию удается только в случае, если в процессе принимает участие второе действующее лицо сделки. И это не директор, который по действующему законодательству не имеет права участвовать в разбирательстве.
Вариант решения проблемы - директор привлекается к судебному процессу как третье лицо. Он может быть наделен полномочиями и подавать ходатайство, возражение, предоставлять доказательства.
В судебной практике известны случаи, когда директор смог оспорить свое положение. Но происходило это только после его привлечения к субсидиарной ответственности. Поэтому представительство в суде и расширение процессуальных прав позволяет сформировать новые подходы, которые помогут заинтересованным лицам принять участие в судебном деле.