Матерый браконьер дядя Яша, выставив достойный магарыч свояку, сторожу Ефимычу, очищал сеткой запретный совхозный пруд.
Вскоре объемистая корзинка дяди Яши была до отказа набита пузатенькими карпами.
— Нормально! — удовлетворенно промычал хапуга.— Теперь и на базар в самый раз!
Он стал выбирать сетку и вдруг увидел, что в ней запуталась какая-то необычная рыбка.
«Золотая! — сообразил дядя Яша.— Нормально!»
— Отпусти меня, браконьер! — сиплым контральто взмолилась пленница.— Отпусти, говорю, а то греха не оберешься!
— Нет уж! — отвечал дядя Яша.— Ты по бедному счету граммов на шестьсот потянешь. Еще и с походом... А знаешь, почем нынче свежая рыбка на базаре?
И, сунув добычу в корзинку, браконьер срочно отбыл на рынок.
Дальше стало сбываться предсказание рыбки. Через десять минут по прибытии дядю Яшу сгребла инспекция рыбнадзора.
Улов отобрали и передали для продажи в рыбную палатку, где немедля возникла очередь покупателей.
Кроме того, дядю Яшу штрафанули на такую сумму, о которой он до самого последнего времени вспоминает с холодным потом на лысине.
Что касается Золотой рыбки, то она досталась кандидату наук, случайно завернувшему на рынок.
Молодой ученый, ихтиолог по специальности, упорно пытался определить, к какому семейству и виду следует отнести Золотую рыбку. Однако все его старания не увенчались успехом.
Истощив силы, он решил подкрепится и попросил мамашу проготовить ему рыбку на ужин.
Заканчивая эту короткую историю, автор хочет сказать: а ведь могло быть иначе! Если бы молодой кандидат был более начитан, то он бы знал, что Золотая рыбка промыслового значения не имеет, а является чисто литературным персонажем. И не съел бы ее, как какую-нибудь рядовую нототению, а преподнес литературному музею. Но литература у нас в школе преподается по такой урезанной программе, что у иных ее выпускников возникают такие вот досадные пробелы.
М. Заборский