Стойкий. Часть 2
Лето 1941.
Они отступали. Шли по раскалённой солнцем земле и ловили на себе взгляды местных - жалобные, злые, отчаявшиеся. Косте повезло - ему достались целые сапоги, а портянки он научился наматывать ещё во время срочной службы.
Снова бой. Немецкие танки ровным строем утюжили землю, окопы и бойцов. Костя привычным движением погладил ПТР (противотанковое ружьё):
- Ну, барышня, не подведи.
Прицел. Выстрел.
Есть.
Без гусеницы далеко не уедешь.
Теперь только стрелка снять, вон как шмаляет.
Свист пули, удар в живот и Костю отбросило на дно окопа.
Сколько прошло времени, Костя не знал, очнулся, когда понял, что его куда-то тащат.
- Везучий ты, футболист. Пуля то во флягу попала. Синячище у тебя вввво! На весь живот. Да это ерунда. А вот напарнику твоему не фортануло, придётся тебе пока ПТР-ку самому поносить.
Сентябрь 1943.
- Редкая птица долетит до середины Днепра. - присвистнул Костя, разглядывая плоты для переправы.
- Ничё, футболист, птица может и не долетит, а мы обязательно доплывем. - командир батальона приметил отчаянного бойца и взял его к себе ординарцем.
- Куда ж мы денемся, нам уже дорогу костями проложили. - зло проворчал Костя.
- Друг ты мой, нравишься ты мне, только язык твой до добра не доведёт. Смотри, больше никому не ляпни, а то тебя и тёзка твой Рокоссовский не спасёт от трибунала.
Для переправы через Днепр были разработаны несколько отвлекающих операций, повлекших за собой огромные потери.
Переправлялись на тот берег ночью - немцы плотно обстреливали берег. Часть пути шли в брод. Костя уже практически выбрался, как вдруг услышал сзади отчаянный всхип и удары по воде. Нещадно матерясь, Костя рванул обратно. Спасённый казах абсолютно не говорил по-русски и с упорством маньяка лез обратно в воду.
- Куда, ты прешься, чудище степное? Я тебя еле выволок.
- Ружьё.... Уронил... Сталин расстреляет. - перепуганный твёрдо решил утонуть вместе с ПТР.
- Вот же холера. Сиди тут, достану сейчас твоё ружьё.
Пришлось Косте ещё немного понырять.
Через несколько дней.
- Навродский, тут? Тебя там целая толпа казахов ищет. Ты им что, морды за что-то набил? - дружное ржание бойцов пронеслось над берегом.
Костю проводили в землянку и пригласили к столу. Спасённый степняк оказался сыном главы какого-то кочевого племени. На фронт попал случайно - заночевали с приятелями в ауле, а поутру попали вместе с местными в военкомат.
Казах хитро улыбнулся и протянул Косте кружку с резко пахнущей жидкостью.
- Пей, Костя, это наш особый чай, он удачу приносит. Мы решили её тебе передать.
- Спасибо, конечно, а ты сам как без удачи то?
- А меня предки сберегут. - перевели Косте.
Ноябрь 1943.
- Слышь, Навродский. Это ты должен был в "дубле" "Динамо" играть? Ну ты реально везучий. На вот, читай, расстреляли их всех. За то, что немцам не проиграли. - с этими словами старшина вытащил из-за пазухи клочок газеты "Известия".
В ноябре 1943 года вышла первая заметка про "Матч смерти" - сборная команда киевских футболистов играла несколько матчей против сборной Люфтваффе.
После нескольких побед киевлян большинство футболистов попали в концлагеря, некоторые действительно были расстреляны. Но об этом мир узнает гораздо позже.
1945. Потсдам.
- Победа!!! Победа. Всё, ребята, домой!
Костя прислонился спиной к дереву. Последний год войны они все уже понимали, что Германия проиграла, но само слово "победа" старались не произносить вслух. Боялись спугнуть, сглазить.
4 года и сотни сожжённых деревень и городов. 4 года, превратившие вчерашних мальчишек в седых суровых мужиков. 4 года, за которые вчерашние девчонки научились делать снаряды, управлять самолётами, вытаскивать на себе здоровенных мужчин и управлять зенитным орудием.
Костя бежал по улице, кажется, он заблудился. Чёрт бы побрал эту пожилую фрау с её мешком. Помог на свою голову. Увольнение закончилось 5 минут назад. Может пронесёт?
- Стоять! Военный патруль. Ваши документы! - не пронесло.
- По законам военного времени, за опоздание из увольнения.... Принять во внимание боевой опыт и положительные характеристики.... Навродский Константин Владимирович приговаривается к лишению свободы сроком на 10 лет с лишением всех боевых наград.
Приговор военного трибунала эхом звучал в голове.