Каждый школьник в Советском Союзе знал и искренне верил, что основной заслугой революции 1917 года стала ликвидация угнетателей, как класса и установление всеобщего равенства.
Позднее, когда молодые люди входили во взрослую жизнь, их сознание все чаще будоражила мысль, что окружающая действительность мало напоминает идеалы, провозглашенные Великим Октябрем.
Рассуждать об этом прилюдно было не принято, поэтому все ограничивалось кухонными разговорами, либо пересказом антисоветских анекдотов в узком кругу.
При этом созидатели светлого будущего, в построение которого давно уже никто не верил, неизменно сокрушались, что все последователи Владимира Ильича бессовестно исказили его светлые идеи.
Такое мнение основывалось прежде всего на строжайшем запрете доступа к государственным архивам, отражающим реальную картину событий того времени.
Она откроется позже, когда, благодаря публикации этих данных, выяснится, что партию большевиков постоянно сотрясали громкие скандалы по поводу злоупотреблений, в которых были замечены все члены правительства.
Многим ответственным товарищам было не понятно почему, например, председатель Совнаркома РСФСР (тов. Ленин) получает двадцать килограмм мяса в месяц, а народному комиссару по делам национальностей (тов. Сталин) выдают лишь два кило.
То же самое негодование вызывало распределение всех остальных деликатесов – от икры, шампанского и рябчиков, до ананасов с конфетами.
Не меньшее недоумение вызывало количество прислуги, число которой тоже строго регламентировалось в зависимости от занимаемой должности.
Этот пункт особенно коробил сознание тех товарищей, которые вынуждены были довольствоваться минимальным штатом домработниц.
И, наконец, краеугольным камнем являлось жилье, занимаемое новой правящей элитой.
Оказалось, что почти все особняки, дворцы и просторные квартиры, принадлежащие ранее эксплуататорам рабочего класса, просто поменяли хозяев.
Причем количество прописанных там людей, резко отличалось от числа реально проживающих граждан.
Будучи не в силах больше мириться с разнузданностью нравов, царящих в правительственных кругах, наименее обеспеченные большевики настояли на создании комиссии по выявлению нарушений социалистической законности.
Ее возглавил заместитель наркома внутренних дел товарищ Муранов М.К.
Первая же проверка неприятно поразила не только Матвея Константиновича, но всех членов группы, так как вопиющее злоупотребление обнаружили в кремлевской квартире вождя пролетариата.
Там было прописано пять человек.
Имена первых трех жильцов вселяли гордость в сердца всех советских людей – это были сам Владимир Ильич, его жена, Надежда Константиновна Крупская, и сестра Ленина Мария Ильинична.
Серьезные вопросы возникли относительно двух оставшихся квартирантов, на которых тоже выдавался продуктовый спецпаек.
Первый из них – Дмитрий Ильич Ульянов – постоянно проживал в Крыму на полном гособеспечении, и давно уже не навещал московских родственников.
Вторым лицом, зарегистрированным на квадратных метрах, был Александр Ильич – самый старший брат Ленина, повешенный чуть более тридцати лет назад.
Отвлекать от бурной деятельности первого человека страны было неловко, поэтому за разъяснениями обратились к родной сестре мятежного лидера.
Мария Ильинична, немало удивившись бестактности чекистов, поведала, что таким образом Владимир Ильич хранит память о своем безвинно казненном брате.
Больше глупых вопросов революционному семейству никто не задавал, тем более что наличие фиктивных душ обнаружили почти у всех членов ЦК.
В результате комиссия пришла к выводу, что хотя с необоснованными привилегиями необходимо усиленно бороться, члены правительства не могут плодотворно трудиться во благо общества, не имея дополнительных благ.
С тех пор эта формулировка стала исчерпывающим аргументом в ответ на обвинения представителей высшего эшелона партийной власти во всех злоупотреблениях.
Самое удивительное, что ее по сей день повторяет немало граждан, из числа обездоленного большевиками населения бывшего Советского Союза.
ПОСТАВЬТЕ "ЛАЙК", ЧТОБЫ УВЕЛИЧИТЬ ОХВАТ СТАТЬИ. ПОДПИШИТЕСЬ НА КАНАЛ, ЕСЛИ ПОНРАВИЛАСЬ ПУБЛИКАЦИЯ.
Гаражно-автомобильный ад эпохи застоя
Иллюзии, за которые отдал жизнь американский перебежчик Гленн Соутер