В ноябре 1825 года император Александр I, сопровождавший заболевшую жену в путешествии по югу России, подхватил тиф и скоропостижно умер. 28 ноября в Петербург дошла новость, что государя не стало. В столице началась паника, смерти 48-летнего царя никто не ждал. Двор начал готовиться присягать Константину Павловичу, и мало кто знал, что тот давно уже отрёкся от престола.
Раскладка сил
Как пишет историк С.В. Кисин в книге о Николае I, равновесие власти в те дни зависело от нескольких человек, среди которых сам Николай Павлович "был далеко не ключевой фигурой в императорской колоде карт". Гораздо более влиятельными силами были:
- столичный генерал-губернатор, граф Михаил Милорадович;
- командующий Гвардейским корпусом генерал от кавалерии Александр Воинов;
- командующий пехотой Гвардейского корпуса генерал-лейтенант Карл Бистром;
- цесаревич Константин;
- заговорщики-декабристы.
Граф Михаил Милорадович
Храбрый генерал, герой войны 12-го года граф Михаил Милорадович не был близок с Николаем Павловичем, да и, видимо, не слишком его уважал, учитывая свой недюжинный военный опты и полное отсутствие оного у цесаревича. С другой стороны, Милорадович симпатизировал Константину Павловичу с которым он в своё время служил. Константин пользовался дурной славой в Петербурге, последние 10 лет жил в Варшаве и совершенно не имел опоры в России.
Граф Милорадович хотел этим воспользоваться и передать корону Константину из своих рук. Под его командованием находилось 60 тысяч штыков, и эта сила придавала ему уверенность. Согласно предположению историков, граф собирался стать для Константина главной опорой и исполнять при нём ту же роль, которую Аракчеев исполнял при покойном Александре I.
"Возможно, кратковременный фаворитизм при Екатерине сыграл свою роль. При Николае у Милорадовича шансов не было, максимум - генерал-губернатор", - пишет С.В. Кисин.
Патовое положение
Милорадович имел громадный авторитет в гвардии, а воцарения Николая Павловича офицеры побаивались. Думали, что он сохранит аракчеевские порядки и окончательно наводнит русскую армию пруссаками. Николай не собирался делать ни того, ни другого, но тем не менее ему приписывали всякие ужасы. Гвардейцев поддерживал в их антиниколаевских настроениях командующий Гвардейским корпусом Александр Воинов.
Поэтому когда Николай Павлович попытался, было, рассказать Милорадовичу и Воинову о манифесте об отречении Константина, они не стали к нему прислушиваться. По свидетельству Трубецкого,
"Милорадович отвечал наотрез, что великий князь Николай не может и не должен никак надеяться наследовать брату своему Александру...", что мол этого не позволяют законы империи, что завещание Александра "неизвестно в народе, что отречение Константина тоже не явное и осталось не обнародованным"; что "ни народ, ни войско не поймут отречения и припишут всё измене" и что, "наконец, гвардия решительно откажется принести Николаю присягу в таких обстоятельствах, и неминуемо впоследствии будет возмущение".
Присяга Госсовета
Не добившись поддержки от столичного генерал-губернатора и командующего Гвардейским корпусом, великий князь Николай Павлович примчался в Государственный совет и предложил князю Голицыну зачитать манифест его членам. Документ был зачитан, но без всяких последствий для Николая. Милорадович ясно выразил своё мнение присутствующим: "советую господам членам Государственного совета прежде всего тоже присягнуть, а потом уж делать что угодно". И они присягнул Константину.
Спорить с гвардией было бесполезно. Да и непонятно было, что там на самом деле хочет Константин. А вдруг передумает отрекаться и станет царём? Как он поступит с теми, кто присягнул Николаю? Министр юстиции князь Яков Лобанов-Ростовский, министр народного просвещения адмирал Александр Шишков поддержали "рекомендацию" Милорадовича.
Постскриптум
Перспектива для Николая Павловича складывалась не радужной. Он, видимо, вконец растерялся, не видя ни в ком поддержки, и, понимая, что рассчитывать в столице ему не на кого, срочно присягнул старшему брату, не дожидаясь от него вестей из Варшавы.
Как пишет С.В. Кисин, "Николаю дали понять, что «задушить, как отца задушили» теперь могут и его самого". В таких условиях руки опустятся даже у самого храброго наследника престола, тем более, что законные права Николая Павловича занять трон были шаткими.
Ну а Милорадович, говорят, в канун 14 декабря в течение суток не исполнял приказ Николая I и не арестовал заговорщиков, фамилии которых были уже известны из доносов. Как бы сложилась его судьба дальше, бог весть, но во время восстания декабристов Милорадович прибыл на Сенатскую площадь и был смертельно ранен Петром Каховским.
Если статья вам понравилась, ставьте лайки, пишите комментарии, берегите себя, сохраняйте спокойствие духа и трезвость ума
О неточностях и опечатках просьба сообщить автору