С чего всё началось: о том как горожане решили в деревне кур завести
Всю зиму три курицы и петух зимовали в тесной клетке по соседству с козами. Надо сказать, я за них изрядно переживала, а зря. Куры не только выжили, но даже продолжали нести яйца на радость тёте Наде, а петух набрал вес и возмужал.
В конце апреля состоялось наше великое переселение из города в деревню. По дороге заехали в магазин комбикормов, купили мешочек 40 кг. Насыпали в курятник толстый слой мягкой стружки и отправились к соседке забирать пернатых питомцев.
Переносить решили в картонных коробках. Надежда точным движением хватала птицу за лапы и запихивала в коробку раньше, чем та успевала пискнуть.
– Как вы с ними…Ловко! – уважительно заметила я. Немолодая женщина грустно покачала головой:
– Оленька, я ведь работала на птицефабрике, руки помнят.
Под восторженные вопли детей мы не спеша несли коробки к себе на участок, обсуждая прошедшую зиму. Надежда отправилась с нами, и момент заселения курей в прежние роскошные хоромы получился очень торжественным.
– Рыжая несётся каждый день, белая халтурит, а чернушка раз в пару месяцев прокинет яичко, и всё на этом.
– Так может её, того, пора в суп?
Надя посмотрела на меня с искренним возмущением:
– Пусть живёт, жалко что ли? Она моя любимица!
Не успели мы выпустить кур на выгульную площадку, как петух набросился на ту самую злополучную чёрную курицу и нещадно долбанул клювом. Коко Шанель заорала и заметалась по курятнику, но агрессор не отставал.
– Знаешь, она ведь всю зиму просидела под кормушкой, он её там достать не мог. Обижает поганец, обижает. Но красавец, верно?
Петух и впрямь выглядел брутально. У несчастной старой курёхи не было ни единого шанса против этого чудовища. Меня осенило:
– Надежда! А не хотите её забрать? В благодарность за передержку!
– С радостью! У меня-то, не поверишь, из пяти кур только две осталось! Собака вырвалась и загрызла. И Петьку моего загрызла.
Я поёжилась. Её собака была мне знакома. Восьмимесячная дурында и впрямь могла передушить кур. Лишь бы на улицу так же не вырвалась, визжащие дети и спокойным собакам часто не нравятся. Джуня – потомок московской сторожевой овчарки и выглядит пугающе, хотя пока сама всех боится.
Надя удалилась с чёрной курицей подмышкой, а мы продолжали смотреть на мощного серого петуха по имени Золушка и его скромный гарем из двух несушек.
– Знаешь, мне кажется, двух кур маловато, – заметила мама. – Зря мы, что ли, такой курятник отгрохали? Давай на птицефабрике купим ещё парочку? Нет, ещё троих. Минимум.
Я с сомнением отнеслась к этой идее, но вопрос изучила. Действительно, птицефабрика была всего в 15 минутах езды от нашей дачи. Молодки (куры 4-6 месяцев) стоили 500 руб, а годовалые несушки – 300 руб.
– Хмм, всё прошлое лето ждали, пока наши вырастут, может, сейчас взрослых возьмём? Год – это же ещё не старая курица.
– А вдруг петух их заклюёт, как чёрную? Надо было и его Наде отдать, дармоеда, – заметила мама.
Я пожала плечами. Действительно, как старые куры примут новых? Но не попробуешь – не узнаешь.
– Золушка остаётся! Он красивый, и дети его любят. А за курами съезжу завтра, не вопрос.
Увидеть курочек можно в историях на моей страничке в контакте, добавляйтесь:
