Фотографии Галины Санька с Великой Отечественной известны всему миру. Ей давали невозможные задания, а и она справлялась, да ещё как! К сорок третьему году фотокорреспондентка Санько и её снимки успели прославиться в СССР. Они украшали обложки журналов и сопровождали многие новости в прессе.
Фотографии, которые знают весь мир
У многих снимков Санько, вошедших в историю, есть и своя маленькая история — обычно о риске. Например, однажды ей дали задание снять на Курской дуге подбитый немецкий танк. Именно ей — потому что уже знали, что Санько берётся за всё.
Танк стоял на нейтральной полосе. Галина ночью по-пластунски доползла до него и спряталась в окопчике. Днём из окопчика снимала; немцы, конечно, видели её и обстреливали. После заката поползла обратно и сдала снимок в номер.
На Нюрнбергском процессе была представлена фотография детей за колючей лагерной проволокой под табличкой с надписями на русском и финском языках.
Санько сделала её в освобождённом Петрозаводске. Освобождали город десантом с озера. Когда фотограф летела туда, Петрозаводск уже был занят советскими войсками, но ещё окружён со всех сторон, кроме берега озера, фашистами. Поэтому выбора, кроме самолёта, у Санько и не было, хотя его могли подбить в любой момент.
В городе ей показали, где находится лагерь. Дети стояли у проволоки и смотрели на Санько, не делая попытки заговорить. Они вообще не могли никак поверить, что всё закончилось, их освободили. Сделав знаменитый кадр, Санько поспешила в открытые ворота: так хотелось растормошить этих серьёзных не по-детски малышей, сказать им что-то утешающее, подбадривающее.
Только когда она вошла, просто вошла, без пропусков и прочего, дети вдруг всё поняли и поверили. Закричали: «Тётя!» Многие стали звать маму, другие, наконец, расплакались. Тут были дети не только из Карелии, но и из-под Ленинграда. Через двадцать лет Санько нашла девочку со своей знаменитой фотографии и с удовольствием сняла снова: дома, с двумя детьми, здоровую и весёлую.
Надо ли объяснять, что означает снимок надписи на стене разрушенного дома, обнаруженная Галиной в сорок пятом году?
В погоне за красотой
Санько всегда очень любила свою красоту, холила её и лелеяла. Даже на фронте умудрялась накрутить кудри, порой и губы подмазать, удивляя солдат и офицеров своим нездешним, мирным видом. Сочетание «актёрской», легкомысленной внешности с бесстрашием и безумной страстью к работе корреспондента было просто убийственным и надолго оставляло о себе память.
Прославилась Галина и на ещё одной стезе: в погоне за красотой. Она стала первой советской женщиной, сделавшей пластическую операцию по подтяжке кожи лица. Причём в Париже! Для этого ей пришлось провернуть настоящую аферу.
Она выбила себе рабочую командировку. Приехала, походила с камерой по улицам Парижа и... пропала со всех радаров. Редактор рвал волосы на голове. С ним проводили неприятные разговоры. Шума пока не поднимали: надо было ещё дождаться, когда Санько объявит о себе, как о невозвращенке, чтобы это уже комментировать.
Но неожиданно Санько вернулась. Выложила перед редактором снимки: женщины на улицах Парижа. Молодость, интернационализм, улыбки. На все вопросы отвечать отказывалась (хотя, надо думать, людям со званиями отчитаться пришлось). За границу больше не просилась и работала дальше, как ни в чём не бывало. А фасон продолжала держать до самой смерти — до семидесяти семи лет.