Отец современных Олимпийских игр барон Пьер де Кубертен –– человек из старинного рода.
Один из его предков – рыцарь Мервиль был участником четвёртого крестового похода и вместе с другими подобными ему «джентльменами» в 1204 году подчистую разграбил Константинополь.
На награбленное, Мервиль отгрохал впечатляющий замок, который украшала скульптура Лаокона и фрески изображавшие олимпийских победителей.
У впечатлённого этой роскошью, маленького Пьера возникло желание продолжить дело прапрапрапрадедушки Мервиля, но он, в отличии от родственника решил подобраться к обладанию деньгами по своему: выбрал не военную стезю, а поступил в Сорбону, где изучал философию и археологию и по окончании курса, поднатарев в теории, объявил о желании приступить к археологическим раскопкам в Греции.
В поисках денег для начала дела начинающий «археолог» мыкался по всему миру, но везде получал отлуп. И тогда в его голове родилась великая мысль – устроить что-то вроде «Весёлых стартов» с бегом в мешках и перетягиванием каната и назвать это развлечение Олимпийскими играми.
В качестве идеологической надстройки был придуман броский лозунг – «О, спорт – ты мир!», а также предложено основное правило для всех видов состязаний – участвуют только «любители».
Здесь необходимо поподробнее... «Любители» – это те у кого денег как у дурака фантиков, т.е. – «джентльмены», солидные люди. Именно они должны были стать спонсорами археологических опытов Пьера. Ну не соревноваться же господам с пролетариями, которые занимались, например, боксом, для того, чтобы заработать себе на жизнь. Неприлично это, да и по морде можно схлопотать. А вот получить дополнительный адреналин и стать олимпийским чемпионом по бегу в мешках – ребятам из касты графов очень хотелось.
Я не иронизирую: на первых Олимпийских играх, открывшихся 25 марта 1896 года в Афинах «спортсмены» соревновались в таких видах, как лазанье по канату на скорость и плавали на 100 метров в матросской одежде.
Идея оказалась абсолютно гениальной и дело пошло на лад. Пьер сделался в Греции человеком известным и местное правительство, воспитывающее у своих граждан чувства национальной гордости, не скупилось выделять деньги на археологические раскопки.
Но простые греки неожиданно возмутились и в газетах появились статьи изобличающие Пьера как вора. «Олимпийские игры» оказались под угрозой.
Барон Кубертен приуныл. Пришлось даже начать распродавать мебель и коллекцию картин. Но здесь на помощь ему пришли добрые ценители спорта, всем известные меценаты Адольф Алоизович и доктор Геббельс, которые решили заполучить в друзья вождя олимпийского движения, так как надеялись на Берлинской олимпиаде показать всю мощь Германии. Для этого они много чего сделали. Даже придумали эстафету олимпийского огня. В то время немцам нравилось бить в барабан и смотреть на огонь.
Непосредственно опекал барона некто Карл Дим, который впоследствии отправлял на неминуемую смерть немецких подростков – гитлерюгенд, а после войны продолжил трудиться во благо процветания спорта в руководстве Международного олимпийского комитета.
После получения высокопоставленных спонсоров мысль барона разыгралась не на шутку. Он твёрдо решил, что оплот олимпизма –– немцы, поскольку они – «имеют полное понимание всеобъемлющей культурной силы олимпийской идеи, и этим, завоевали моё сердце».
Адольфа Алоизовича барон публично называл «одним из лучших творческих духов нашей эпохи». У них действительно было много общего. Алоизыч живо интересовался археологией и барон подкинул ему свою очередную гениальную идею, о том, что пелопонесские дорийцы – это арийцы, которые во время великого переселения народов обосновались на территории Германии. Это было великое открытие! Мысль примерно такого же масштаба как и то, что украинцы вырыли Чёрное море.
В благодарность барону было обещано, что дело всей его жизни не умрёт. И оно действительно не умерло, хотя труп Кубертена – отца современного олимпизма был найден на берегу Женевского озера в сентябре 1937 года. Видимо что-то пошло не так.
Тем не менее площадь перед олимпийским ристалищем в Берлине была названа именем барона, ему воздвигли памятник и даже выдвинули на Нобелевскую премию мира…
В последствии дело барона продолжили не менее талантливые последователи из Греции, Франция, Бельгия, Швеция, США , Ирландия и Испании, а в 2013 году на очередным конгрессе в Аргентине (известном прибежище нацистов и бандеровцев) Президентом МОК стал Томас Бах.
Род Баха также как и род барона Кубертена имеет «славную» военную историю. Его родственники, правда, Константинополь не грабили, они были в большинстве своём – «идейные». Папаша Томаса, например, в годы Второй мировой «трудился» в 5-й танковой дивизии СС "Викинг" и 9-м панцергренадёрском полку СС "Германия" в Тернополе, на Дону, Миуссе, Ростове, Харькове, Черкассах, Балатоне. Аббревиатуру – «СС» я вам расшифровывать не стану, вы наверное и сами про это всё хорошо знаете…
В соответствии с семейной традицией Бах сразу сделался лучшим другом русского народа и на первой своей олимпиаде в Сочи его отношения с нашим любимым президентом Владимиром Владимировичем можно было охарактеризовать как – «мы с Тамарой – ходим парой».
Но затем вдруг вспыхнул скандал с подменой русской мочи, в городе-герое Киеве неожиданно оживились идейные последователи Алоизыча, на следующих олимпийских играх «российские друзья» г-на Баха были представлены уже в резко усечённом составе без флага и гимна, а ещё через четыре года Führer мирового спорта организовал террористическую атаку на девочку Камилу, посягнувшую на «чистоту олимпийского движения».
Не плачь, детка, тебе просто «повезло» попасть под организованный по всем правилам военной науки пропагандистский обстрел перед событиями на Украине. Но теперь ты знаешь, что когда взрослые дяди говорят, что «спорт вне политики» – это не так. Это они как раз о политике и деньгах. Главным образом – о последнем. Просто они – «джентльмены», хорошо воспитаны и стесняются говорить об этом открыто.
Так что, повесь-ка ты лучше коньки на гвоздь и займись чем-нибудь полезным, ведь у тебя впереди большая и, надеюсь, счастливая жизнь.
Подписывайтесь.