Знаменитые ученые наводят пистолет в спину того, кто идет впереди. А Гейзенбергу отведен сразу целый бомбардировщик. Давайте кратко пробежимся, в чем здесь суть. И почему он, на мой взгляд, хорошо демонстрирует особенность науки и ее отличия от других областей деятельности человека.
Английский физик Джон Дальтон, тот самый, из-за которого возник термин «дальтонизм», первым посчитал атомарные веса. Он много сделал для физики. Но имел ошибочное суждение о том, что атомы неделимы.
Физик Джозеф Томпсон открыл электрон. И, тем самым, опроверг модель Дальтона, ведь атом оказалось можно разделить!
Томпсон считал, что электроны, как изюминки в пироге, распределены по атому. А положительный заряд «размазан» по всему атому.
И следующий выстрел нанес Эрнест Резерфорд! Он предложил более совершенную модель атома, где электроны вращаются по орбитам вокруг положительно заряженного ядра.
Нильс Бор дорабатывает модель. Ведь электроны, вращаясь на орбитах, теряли бы энергию и падали бы на положительно заряженное ядро. Бор предположил, что электроны размещаются на стационарных орбитах, слететь с которых могут, только потеряв «порцию энергии».
И, наконец, Гейзенберг, ковровой бомбардировкой сносит все представления об атоме.
Импульс и положение электрона нельзя узнать одновременно. Существуют, по сути, только вероятности нахождения электрона в определенном месте. На одних орбитах вероятности выше, на других – ниже. Но нет никаких железобетонных «кирпичиков» вещества, которые гармонично крутятся по красивым орбитам.
Почему же в этой диаграмме вся суть науки?
Наука, в отличие от многих других областей деятельности человека, не считает, что ей известно всё, и она всегда права. Если доказать обратное и подтвердить на практике, то утверждение признается ошибочным.
Однако наука права в моменте. Потому что может доказать, основываясь на логических умозаключениях и, главное – экспериментах. Всё это можно подтвердить на практике.
Ошибочные теории – это частные случаи. Ведь во многих задачах, которые решает человек, атомы вполне могут считаться за неделимые частицы Дальтона. И мы будем получать верные расчеты!
Наука открывает новые горизонты и для нее важна преемственность. Каждый ученый вносит свой вклад. Получается – бесконечный депозит знаний человечества. Единственный «банковский депозит», которому инфляция – не страшна!