Хафса-султан стояла у окна опочивальни. Ставня вверху была едва приоткрыта. И лёгкий ветерок шевелил тонкий шёлк занавески. Она всё смотрела - во двор гарема. И сердце её радостно сжималось. Наконец-то, она стала первой женщиной Османской империи.
После своего сына Сулеймана I Великолепного. Она смотрела на десятки женщин, которые всё гуляли, беседовали и смеялись внизу: в беседках, на дорожках и рядом с фонтанами. Сон?
Мать султана улыбнулась. «Теперь, они, все женщины гарема, в моей власти. Сын мне дал самый главный титул для дамы – валиде (мать султана). Надо его употребить во благо. И мне ещё надо угадать, кто станет главной повелительницей сердца моего мальчика».
При этом слове, её глаза подёрнулись слезами. «Он для всех – Султан. А для меня – ребёнок, которому дала жизнь. Первенец, который чуть не забрал мою жизнь. Давно - в Трабзоне».
Она вспомнила мужа, который любил её за красоту, ум и скромность. Когда же она была в его опочивальне, то видела, как он наслаждается её беседами и телом.
Однажды он сказал: «Если бы я тебя не видел и не обладал, то так и не познал - какой красоты Аллах может сотворить женщину? Мне слишком много приходиться воевать, поэтому не получиться состариться возле тебя. Главное – ты люби меня и дари, как можно больше, детей, Ясно?».
В тот год, 1520 – й, её сын 26- летний Сулейман стал султаном. А она – первая из женщин мусульманского мира получила венценосный титул валиде. По иронии судьбы, в этот год, крымчаки подарили в гарем пленённых славянок. Среди них была и Хюррем.
Она знала, что эта красавица явно обратит на себя внимание сына. Тот, как и отец, в даме видел ум, затем красоту и уже, потом, обращал внимание на характер. Прошёл целый год и началось медленное сближение Айше Хафсы-султан и Хюррем (в Европе называли её Роксоланой).
Хюррем неизменно, при встрече, кланялась и почтительно приседала. Однажды, Хафса-султан, почти в шутку, спросила её, когда они были одни. «Милая! Зачем ты выказываешь эти знаки внимания?».
Та улыбнулась. «Валиде! Я молюсь о вас утром, днём и вечером. За то, что вы подарили всей Османской империи такого великолепного султана. А вот мне – любимого и почитаемого мужа. Я - сама мать, и, может, мой сын - тоже будет султаном!».
Когда же они ещё больше сблизились, то валиде даже давала тайные советы, как ей лучше ублажать султана в спальне.
«Хюррем! Это же проверено моим опытом. Селим I больше всего проводил время со мной. И никогда не скучал. Это первое.
Представь, я из простой наложницы доросла до валиде. Значит, я выбрала правильную стратегию - с султаном и в гареме. Это второе.
Ещё запомни. Ты войдёшь в сердце Повелителя и в историю, только добрыми делами. Занимайся благотворительностью и строительством как я. Это третье».
Случай ссоры между Хюррем и Махидевран - даже стал достоянием летописей. Внучка черкесских князей давно решила наказать «выскочку из Ляховых земель». И, когда, при очередной встрече, вновь вспыхнул спор, то бывшая фаворитка накинулась на Хюррем.
Именно валиде поведала об этом сыну. А, уже он, отобрал у Хюррем яд, который она всегда носила с собой. И сказал жене те знаменитые слова. «Любимая! Поверь, что он тебе не нужен. Я буду твоей защитой - от всех врагов». Махидевран пришлось покинуть гарем. Валиде сказала на прощание: «Махи! Теперь, будешь плести злые интриги в провинции».
