В Магадане очень ветрено зимой. Охотское море безжалостно посылает на сушу ураганные порывы ветра, сметающие все на своем пути. Эля всегда коротала путь домой, проходя через территорию областной больницы. Молодая учительница химии зачастую, кроме продуктов и угощений для сына, несла домой увесистый портфель с тетрадками своих учеников. Лечебные корпуса больницы оставались в стороне, приходилось пробираться по лабиринту закоулков между скопившихся груд мусора, пустых бочек и ящиков. Поговаривали даже, что там частенько совершались большие и малые преступления. Малые - это ограбления, когда преступники не чурались ни сумок, ни шапок, снимая со своих жертв сережки, кольца и верхнюю одежду. А большие - изнасилования, и даже убийства.
Завидев мужскую фигуру на своем пути, Эля обычно начинала натужно кашлять и громко сморкаться, чтобы вызвать отвращение и брезгливость у запоздалого прохожего с неизвестными намерениями. У страха, как известно, глаза велики, поэтому подстраховка - святое дело. Вот уже полгода она ежедневно, преодолевая свой страх, торопилась домой этим страшным путем. Существовал, конечно, и другой, более безопасный, но он был в несколько раз длиннее. После вечерних уроков Эля мучительно обдумывала, каким же маршрутом ей сегодня отправиться домой, но сомнения уходили прочь, потому что за порогом школы леденящий ветер, злобно завывая, подталкивал в спину на опасную, но короткую дорожку - быстрее домой, там тепло, там сын и муж - возможно сегодня трезвый, как стеклышко. Вот и приходилось учительнице химии каждый день рисковать жизнью, как десантнику в горячих точках. И все из-за того, чтобы на несколько минут раньше увидеть сына, мужа и оказаться в теплой, уютной квартире. Так хотелось навсегда избавиться от надоевшего мороза, ветра и снега. Стоило ли ради этого терпеть этот противный предательский страх? Конечно, стоило, тогда не надо было бы тащиться с тяжелым портфелем, героически преодолевая сопротивление бешеного ветра со снегом, лишних полчаса.
Смеркалось. Эля преодолела уже половину своего рокового маршрута, как вдруг почувствовала на своих плечах тяжелые руки и горячее дыхание в затылок... Странно, успела она подумать: не было слышно ни шагов, ни шуршания одежды… Горячее дыхание нападавшего со спины плавно переросло в ее интенсивное и страстное обнюхивание, чем еще больше напугало и встревожило жертву. Не каннибалы ли появились в нашем городе, мелькнула мысль. Уж так не хотелось быть съеденной соотечественником в этой дыре. А может изощренный насильник? В оцепенении, Эля обернулась... Вместо человека она увидела огромную овчарку. Собака с удовольствием обнюхала сначала её, а потом содержимое сумки, которая выскользнула из ослабевших рук, застежка расстегнулась, и множество предметов дамского туалета беспорядочно рассыпалось на снегу. Собаку привлекла пачка сигарет с ментолом, овчарка мастерски зацепила ее своей пастью, вильнула хвостом и убежала вместе с ней, оставив мокрую от страха учительницу в одиночестве переживать случившееся.
С тех пор Эля почему-то перестала бояться ходить по этому маршруту, а в кармане всегда держала на всякий случай пачку сигарет с ментолом.
Смеркалось. Всякий случай не заставил себя долго ждать. Почти в том же месте, где ее обнюхивала месяц назад овчарка, ее догнал мужчина средних лет. Его агрессивные намерения отражались в жадном бесцеремонном взгляде, а заросшая многодневной щетиной физиономия вызывала отвращение и страх... И еще мерзкий запах… Удивительно, но внезапно чувство страха Эли уступило место спокойствию и уверенности... Она достала из кармана пачку сигарет с ментолом, с доброй и обезоруживающей улыбкой протянула ее мужчине. Тот бережно взял сигареты грязными заскорузлыми пальцами и безмолвно растворился в снежной мгле... От него остался только легкий шлейф специфического запаха…
Сигареты с ментолом второй раз спасали учительницу химии от больших неприятностей и стали для Эли настоящим оберегом на многие годы.
И все-таки, как непредсказуемо, интересно, и как хорошо жить на свете!
