Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган в ходе телефонного разговора с канцлером Австрии Карлом Нехаммером заявил, что «переговоры между Россией и Украиной в Стамбуле должны продолжаться» и обозначил «необходимость поддерживать стамбульский процесс». Ранее об этом рассуждал и глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу. На брифинге по итогам заседания глав внешнеполитических ведомств стран НАТО в Брюсселе он говорил, что провел встречу со своим украинским коллегой Дмитрием Кулебой, на которой вновь поставил вопрос о «возобновлении переговоров между Киевом и Москвой уже в новых условиях».
Что это за условия? Любопытно, что турецкая сторона, вновь предлагая свои посреднические услуги Москве и Киеву, меньше всего рассуждает о предложениях, с которыми выступали открыто и, как уверяют в Анкаре, обсуждаются сейчас в закрытых дискуссиях конфликтующие стороны. Турецкие эксперты главное внимание переключили на расшифровку фактора так называемой «третьей силы, сорвавшей стамбульский процесс». Так, издание Gazete Kolektif отмечает, что «США стали забрасывать тезис о том, что конфликт на Украине будет иметь долгосрочный характер».
Другое турецкое издание турецкое Hurriyet Daily News подчеркивает, что «западные партнеры дают понять Анкаре, что любой вариант мирного соглашения между Россией и Украиной не устраивает Вашингтон, который ставит более глобальную цель сдерживания России не на Украине, а в масштабах сложившейся под их эгидой европейской системы безопасности».
Есть еще одна позиция. Турецкое издание Evrensel уверяет, что «США наносят удар по Эрдогану, дискредитируя его посредническую миссию, вынуждая отказаться от политики балансирования между США — НАТО и Россией». Потому что «он начал фигурировать в новостях на мировых телеканалах в четыре раза больше, чем президент США Джо Байден, а внутри страны увеличил число в свою пользу на 3%».
Но не только это. Эрдоган стал позиционировать себя на мировой арене как «главный эксперт по Украине». Так, официальный представитель президента Турции Калын уверяет всех в том, что «Анкара владеет ситуацией на российско-украинском треке, на котором еще сохраняется большой разрыв».
А пока, как говорит глава управления по связям администрации президента Турции Фахреттин Алтун, «Эрдоган обвиняет международное сообщество в неспособности предотвращать и устранять кризисные явления, указывая на Украину, Сирию, Ливию, конфликты в других регионах мира, где «крупные державы ведут между собой геополитические шахматные баталии».
Это уже на тот случай, если не удастся возобновить стамбульский процесс, и Анкара окажется вне украинской «игры». Точнее, если ее не выведут на второй тайм геополитической «игры». Смысл его в том, чтобы оговорить свои условия, что в случае выдачи своего согласия на членство в НАТО Финляндии и Швеции Запад должен взять обязательства по прекращению поддержки считающейся в Турции террористической Рабочей партии Курдистана (РПК) и организация фетхуллахистов (FETÖ), а также прекращения деятельности этих структур в США и Европе.
Кроме того, Турция должна добиваться уступок со стороны Запада в таких вопросах, как признание Турецкой Республики Северного Кипра (ТРСК), членство в ЕС, отмена всех санкций в отношении Турции. Наконец, по мнению эксперта по политике в сфере безопасности, профессора, доктора Месута Хаккы Джашина, «Анкаре следует смотреть на то, не работает ли членство Финляндии и Швеции в НАТО против Турции».
Это делается не случайно. Эрдоган ведет крупную игру, принимая в расчет и то, что переговоры между Россией и Украиной «зашли в тупик», что вряд ли в будущем Москва и Киев станут использовать турецкую площадку. Тем более что условия для публичного продолжения переговорного процесса по разным причинам исчезли.
Что же касается Москвы, то она вряд ли будет стремиться нивелировать посредническую роль Турции в украинском кризисе. Анкара выступила против антироссийских санкций, грамотно трактует конвенцию Монтрё о Проливах.
У Москвы и Анкары есть общие интересы в таких регионах, как Чёрное море, Кавказ и Восточное Средиземноморье. Но если Турция станет частью «дуги напряженности», это ограничит Эрдогану простор для действий. Ему будет сложнее продолжать, как раньше, поддерживать отношения, с одной стороны, с США и НАТО, с другой - с Россией. Поэтому он будет стремиться выйти из этого затруднительного положения во внешней политике через Украину, Швецию или Финляндию.
А сейчас он стремится переключить главное внимание турецкого общества на внешнюю политику в условиях сложной экономической ситуации в самой Турции, демонстрируя способности к тактическому маневрированию. Шансы на это у него есть и что-то получается.
Институт РУССТРАТ