В зале все гости молчали. Император гордо восседал на троне. По обе стороны от него стояли два его брата. Юнхвэ стоял неподвижно и внимательно слушал то, что говорил его младший брат Аю.
Аю же оглашал все преступления монгольской принцессы: убийство беременной жены императора, которая была индийской принцессой, угроза жизни наследника, убийство всех слуг своего Дворца и, как признание в совершенном, побег.
- Подобное оскорбление мы стереть не можем. Император объявляет войну Монгольскому ханству!
Не смотря на то, что подобного следовало ожидать, многие были удивлены.
Индийский посол пообещал, что они поддержат Поднебесную в войне. Союз Индии и Монголии был расколат. Тибетский послы так же поддержали императора Китая.
Но, не смотря на то, что все было хорошо, император очень нервничал. И причины у него были.
Проделка Юлу и евнуха Хи имела последствия, о которых они сами никогда не могли бы и подумать. Пролитые красные чернила в императорской комнате вызывали беспокойство, и даже страх у евнухов. Многим виделся в этом дурной знак.
Император вызвал главного астролога. Старый человек все так же, как и двадцать лет назад держался, гордо и с достоинством.
Астролог внимательно выслушал императора, а после сказал.
- Мы видели как маленькая звезда пыталась затмить своим светом большую звезду. Но большая звезда сияла ярче даже за маленькой звездой.
-И что это значит? - Спросил император.
-Маленькая звезда пытается обмануть вас. Но что бы избежать беды, вы должны получить благословение Неба. И тогда все беды достанутся маленькой звёздочке.
Император задумался о том как ему получить благословение. Он молился в тот день дольше обычного, сделал щедрые дары храма. Но понимал, что этого недостаточно.
Император был задумчив, но все списали это на переживания из-за войны.
Но самое главное, праздник продолжался. Теперь он проходил на открытой площадке. При чем теперь все выступления были связаны с войной. Воины сражались на мечах, стреляли из лука, ездили на лошадях. После пришло время и танцу. Танцоры, среди которых был и Ронг начали танцевать с мечами.
- Можно подумать, что это воины. – Сказал один из членов индийской делегации послу Далалу. Он жестом показал на танцующего Ронга. – Сразу видно, что танцор!
- Ты язык за зубами держи. – Неожиданно резко сказал посол Далал. – Это господин Динь, правая рука князя Чжао. Он воин. И не раз помогал нам. Достойный человек.
- Простите. – Тихо сказал человек. И с любопытством рассматривал танцоров. – Я думал, что воины только войной занимаются.
- В Поднебесной все сложно. Тут все очень сильно переплетено. Мужчины и женщины для того, что бы быть в почете должны многое уметь. Пение, танцы – обязательно. Насколько я знаю, ты хочешь и сам со временем мое место занять. Но, если будешь невежей, то никогда по службе не вырастешь.
- Простите. Но все же, я не понимаю, зачем монгольская принцесса убила индийскую. Это так странно.
- Конкуренция. Невоспитанность. Вседозволенность. Осознание того, что ее ребенка заберут. Кто знает, что случилось в ее голове. Но она сделала это. И должна ответить.
Ронг после танца вернулся на свое место позади князя Чжао.
Евнуха Юнксу в это время отозвал евнух Бохай. Император это заметил. Видел, что евнух Бохай нервничает. Скоро подошел евнух Юнксу и наклонившись сказал.
- У императрицы начались роды.
- Если я правильно помню, то еще рано. – Заметил император.
- Очевидно, праздник утомил ее очень сильно.
- Я не могу покинуть гостей. Пусть докладывают о самочувствии императрицы. – Ответил император.
А сам задумался. Преждевременные роды не были похожи на благословение Неба. Скорее наоборот. Настроение императора быстро ухудшилось. Переживет ли империя эту войну? Смогут ли они выстоять? Смогут ли победить? Или он был слишком самоуверен?
Император вновь подозвал к себе евнуха Юнксу.
- Пусть все выходят на молитву. Пусть молятся за императрицу и ребенка. Очередная часть праздника закончится и я присоединюсь к молитве.
Евнух Юнксу поклонился и быстро ушел.
Император очень нервничал. Благо, часть праздника подходила к концу. Евнух Юнксу так и не появился рядом с ним. Как ушел, так и пропал. Когда он прибежал, то тут же поклонился и сказал.
- У вас родился сын. Я поздравляю вас.
- Живой? – Спросил Цилон.
- Да. Мальчик крепкий, пусть и родился раньше срока. Императрица хорошо себя чувствует.
Цилон велел евнуху сообщить о том, что у императора родился сын. Сам император покинул праздник.
- Можно смело идти на войну, зная, что столько есть столько сыновей. – Сказал посол Далал. – Нужно будет подготовить подарки по этому случаю.
- Какова императрица. Только с нами на празднике была, а ушла и тут же родила. И после этого женщины говорят про тяготы деторождения. – Сказал все тот же человек из его делегации. Все остальные его поддержали:
- Да, только жалуются. Женщина для того и нужна, что бы детей рожать.
В это время служанки суетились вокруг императрицы. Ей полностью заменили постельное белье. Саму ее переодели во все чистое. Быстро мокрыми полотенчиками убрали потекший макияж. И нанесли новый. Причесали волосы и заплели их в косу.
Императрица должна была хорошо выглядеть, не смотря ни на что. Когда ей на пальцы надели накладки для ногтей, она расстроилась.
- Ваше императорское величество, таков порядок. – Сказала Дама Яо. – После того, как уйдет император и жены, снимите. Но сейчас нужно.
Руомеи кивнула. После того, как все было приведено в порядок, ей дали ребенка, которого уже запеленали в пеленки и наверх закутали в одеяло из пука цапли с пододеяльником желтого, почти золотого цвета.
Она смотрела на своего сыночка. Сейчас лицо его было красным и сморщенным, словно у старичка. Но для нее это был самый прекрасный ребенок на всем белом свете. Разве может хоть одно дитя сравниться с родной кровиночкой?
Когда зашел император, его супруга, которая и часа еще не прошло, как родила, раздавала указания.
- Нужно еще трех кормилиц срочно найти. – Говорила она. – И пусть каждую женщину проверят. На пороге войны в Запретном городе должны быть только надежные люди.
- Да, ваше императорское величество. – Отвечали служанки.
- Не смотря на то, что я только родила, я буду присутствовать на празднике. Не сегодня, конечно. Но сегодня мое присутствие больше и не требуется. Но на время праздника, никто из детей не должен быть обижен вниманием. Нужны еще нянечки. Мы не ожидали рождения сына так скоро. Так же, пусть жены и наложницы после церемонии имянаречения отправляются молиться за здоровье принца. И пусть молятся до позднего вечера. Людям пусть раздают в храме подарки и монеты после объявления о рождении сына. Никто не должен быть обижен.
- Моя любимая императрица даже с сыном на руках не забывает про свои обязанности. – Улыбнулся Цилон, подходя к кровати.
- Простите, ваше императорское величество, что я не приветствую вас так, как положено.
Император взял ребенка на руки. Не смотря на то, что ему говорили о том, что ребенок родился раньше срока, он был совсем не маленький. Он помнил первого сына, который родился раньше, тот был совсем крошкой. А этот был по сравнению с ним богатырем.
- Здоровье принца в полном порядке. – Сказал евнух Мингли, видя удивление императора. – Ребенок крупный, и, даже хорошо, что родился раньше. Иначе, императрица могла бы и не разродится. Ведь дитя продолжило бы расти.
- Сегодня самый подходящий день для его рождения. – Сказал император. – Само Небо благословила нас, подарив здорового сына.
Руомеи улыбнулась. Она и сама была рада, что роды начались так быстро. Она прекрасно понимала, что ребенок родился в положенный ему срок.
- Лонгвей. Его имя Лонгвей. Величие Дракона. – Сказал Цилон, когда взял на руки сына.
Императрица улыбнулась. Имя, которое дал сыну император о многом говорило. Император только дав такое имя, поставил третьего принца выше над двумя другими.
- Прекрасное имя. – Сказала императрица.
После того, как император ушел, Жены и наложницы поздравили императрицу с рождением ребенка. Сама императрица после этого, отдав ребенка нянечкам и кормилицам, погрузилась в сон.
Всем объявили об этом. И у жителей поднебесной был еще один повод для праздника. Но вот только во Внутреннем Дворе рождению принца были совсем не рады.
И-Ки-Лан все больше нервничала.
- Этого следовало ожидать, что сын императрицы может быть хоть десятым принцем, но будет среди них первым. – Сказала служанка Фанг.
И-Ки-Лан посмотрела на нее, и жестом отослала слуг.
- Все же, императорской чете следовало быть более сдержанными. Другие дети только из-за этого будут чувствовать разницу между ними и Лонгвеем. – Сказала она. – Не думаю, что императрица сможет удерживать равновесие среди принцев. Даже Вдовствующей императрице, которая воспитала трех дружных и верных братьев, насколько я слышала, приходилось очень тяжело. А ведь у нее не было рядом матерей этих детей, да и наложниц и жен.
- Что вы хотите этим сказать? – Удивилась Фанг.
- Мне нужно родить сына. Принца. И чем раньше это случится, тем лучше. – Сказала И-Ки-Лан.
- Но… ведь сына отдадут императрице и она будет считаться его матерью. – Не поняла служанка.
- Да какая разница? Пусть считается. Это ноша с каждым годом будет все сложнее и непосильнее. Кровной матерью принца все равно буду я. – И-Ки-Лан села и с гордостью посмотрела на служанку. – Мой старший брат, сын японского императора и императрицы, в чьих кровь течет кровь хань. Но мой старший брат в положенный срок станет императором.
- Да, у императора нет других сыновей, только дочери. – Заметила служанка.
- Верно. И в этом заслуга его императрицы. Она позаботилась о том, что бы только ее сын был наследником.
Фанг с ужасом посмотрела на свою госпожу.
- Я не сомневаюсь в этом. И, как мать, она поступила разумно. – Продолжила говорить И-Ки-Лан. - Да, страшный грех взяла. Но у ее сына нет конкурентов. Не будет ни дележки врасти, ни междоусобных склок. Его восхождение на престол будет спокойным. И ей отвечать за ее грехи. А наша императрица Лилинг, которая позволяет называть себя Руомеи, глупа. Сколько любви она не даст этим мальчикам, никогда родной она им не станет. Думаешь, Юлу не позаботится о том, что бы ее сын знал, что она его мать? Эта хитрая лиса еще и так выкрутит, что принц будет ненавидеть императрицу всем сердцем. И эта Юлу еще родит много сыновей. И я рожу. И именно мой сын будет править этой империей, когда придет срок. Императрице и Юлу со мной не смогут тягаться.
- Да, император не любит свою императрицу. Но все же, оказывает ей все уважение и почтение. Но вот Юлу он и в поход с собой берет. Так не хочет с нею расставаться.
- Если бы император меня так любил и звал с собой, что бы не расставаться, я бы никогда не согласилась бы поехать с ним в поход.
- Я не понимаю, госпожа…
- Потому что там ему будет не до женских ласк. Это война. И дополнительные заботы начнут его тяготить. Я бы писала ему письма в которых говорила бы о своей любви и о том, как скучала бы. А когда он бы вернулся, встретила его, прекрасная, желанная. А не плелась бы следом за ним, как увядший цветок. Пусть едет. Этот поход станет для нее адом.
Фанг не поняла почему ее госпожа так говорит. Но, И-Ки-Лан редко ошибалась. Поэтому служанка больше не сказала ничего.
Саму Юлу так же задело то, что сына императрицы император поставил выше их сына. Она переживала. Ведь это могло говорить о том, что император не так сильно ее любит теперь. Когда пришла дама Лоу, Юлу сразу сказала:
- Нужно готовится. Император скоро позовет меня.
- Нет, госпожа. Не позовет. – Уверенно сказала дама Лоу. – Он не может проводить с вами много ночей. Есть порядок. И все свои ночи вы, как Талантливая Жена, уже использовали. Сегодня через Нравственной Жены. Сегодня она будет с императором.
Юлу поджала губы и скрестила руки на груди, выражая этим свое недовольство.
- Вам не следует сердится. Вам следует отдыхать. Ведь именно вы поедете вместе с императором в поход.
Юлу рассеяно кивнула.
***
Юнру подготовилась к первой ночи. Она с удовольствие до этого ходила по богатому, большому дому. Ей уже сказали, что здесь все устроено так, как нравилось принцессе Киую, первой жене Ронга.
«Конечно, у нее был вкус. Но теперь я хозяйка этого дома. А дом, как мне сказали принадлежит именно моему супругу», - думала Юнру. – «Загостились тут родственнички. Приехали сюда всем табором. Пора и честь знать. Не о доме полном кряхтящими стариками и бегающими чужими детьми я мечтала. Все будет по-другому теперь»
Но до этого «теперь» нужно было только одну ночь подождать. Что бы она стала настоящей женой.
Она сначала сидела на кровати с красным платком на голове. После, у нее все затекло и она начала ходить по комнате. После вновь села. Юнру откровенно скучала.
Ронг пришел поздно. Он был трезв, как стекло. И его сразу встретили мать и отец.
- Сынок, все же, это слишком жестоко. – Сказала женщина. – Я не смогу так относится к невестке.
- Матушка, эта девушка… она не так проста. Она подлая. – Ронг вздохнул. – Хорошо, вы все увидите сами. – Отец, главное, что бы дом она не покидала. Распорядись, пожалуйста, об этом.
- Я все сделал так как мне было велено. Но ее мать хочет завтра прийти.
- Пусть. Вот и посмотрите. А сейчас я сделаю вид, что пьян. Что бы не прикасаться к ней. Пусть думает, что все хорошо. А вы смотрите.
Ронг поднялся по ступенькам, и когда был на втором этаже, начал идти нетвердой походкой, шатаясь из стороны в сторону.
- Актер! – Усмехнулся отец. – Ну что ж, посмотрим. Если сын прав, и девка порченная по характеру, то не здобровать ей. Но если девка добрая, то не позволю к ней плохо относится.
- Правильно, правильно. – Согласилась с ним жена.
Ронг завалился в комнату и посмотрел на сидящую на кровати жену. Она смиренно сидела положив ладоши на колени. Ронг завалился рядом на кровать и захрапел. Он слышал, как возмущённо вздыхала Юнру, и как назвала его алкоголиком. После девушка легла рядом спать. После этого Ронг действительно уснул.
***
Гонконг тихо стала с кровати, стараясь не разбудить своего мужа. Она умылась, причесалась и накрасилась. Ей не нужны были служанки, что бы все это сделать. Она привыкла справляться сама.
После этого она спустилась вниз и сделала распоряжения по завтраку и проследила, что бы ее мужу подготовили одежду и воду для умывания. После этого занялась дочерью. Она так же проследила, что бы для девочки все было готово, отметив, что девочек требуется одежда по размеру. Почти все платья были коротки. Она отправила одну служанку к портнихам и велела взять несколько готовых платьев. Сегодня идти в Запретный город и ее дочь должна выглядеть достойно.
К тому же, Гонконг не забывала, что утром придут ее родители. И все должно быть готово.
Юнхвэ встал очень довольный. Он был рад, что Гонконг стала его женой. В доме царило оживление. Все слуги были при деле, все было уже готово. Не нужно было заниматься домом самому.
Одевшись, Юнхвэ тут же отправился проведать и разбудить дочь. Но та уже не спала. Гонконг уже помогла той одеться и сама заплетала ей прическу.
- Доброе утро. – Сказал Юнхвэ.
- Доброе утро, папа.
- Доброе утро. – Поздоровалась Гонконг, не поворачиваясь даже к мужу и продолжая заплетать волосы Сюин. – Платья для Сюин уже все малы и я велела служанке взять готовые платья. Нужно будет за них рассчитаться, так же, нужно обратиться к портнихам, что бы пошили одежду для нее. Скоро похолодает, а доченьке уже все мало стало.
Юнхвэ улыбнулся. Ему нравилось, что его жена так внимательно относилась к Сюин. Да и Сюин сразу же приняла Гонконг.
Когда Гонконг закончила, она подошла к мужу.
- Ты у меня самая лучшая. – Сказал ей Юнхвэ.
- У самого лучшего мужа должна быть и самая лучшая жена. – Улыбнулась Гонконг.
- Ты вчера была самой красивой невестой. – Сказал Юнхвэ. – Твоя накидка всех поразила. Ко мне на празднике подсылали слуг, что бы узнать, где ты такую купила.
Гонконг улыбнулась.
- Ткань и золотые нитки мне дала бабушка. Она же помогла мне пошить накидку и начали ее вышивать мы вместе. После я закончила вышивку сама.
Юнхвэ, услышав это очень удивился.
- Так ты сама ее вышивала?
- А ты думал, я только на лошади скакать умею, да мечом махать? – Усмехнулась Гонконг. – Если ты так думал, то тебя ждет много сюрпризов. Но прошу тебя, не удивляйся больше так. Иначе я обижусь.
- А-а-а! Моя дочь будет столь же искусна в мастерстве, как и мама. И надень сегодня в Запретный город эту накидку. Пусть завидуют.
- Это они еще мое черное платье не видели. – Ответила Гонконг. – Скоро приедут мои родители. Сюин, скоро приедут бабушка и дедушка.
- Ура! – Воскликнула девочка и испуганно замолчала.
Нянечки не раз говорили ей о том, что дочь князя не может так громко себя вести. Но Гонконг не сделала замечание и Сюин улыбнулась. Но Гонконг заметила ее испуг. И взяла девочку на руки. Она очень полюбила эту малышку и знала, что не позволит никому ее обидеть.