- Альбина, опят ты карандаши разбросала! Ну, сколько можно раз тебе повторять, чтобы ты занималась рисованием за столом в своей комнате.
- Где хочу, там и рисую. И вообще ты не хозяйка в этом доме, чтобы командовать, а папочка мне разрешает рисовать там, где мне удобнее!
- Ты почему это со мной в таком тоне разговариваешь?! Разве я подружка тебе?!
- Вот именно, что нет. А мама всегда со мной советовалась и не ругалась по пустякам.
- Мала еще советы давать!
Так проходил каждый день в нашей семье. Альбина – дочь моего гражданского мужа Кирилла. Она уже учится в первом классе, а потому считает себя очень взрослой.
Кирилл в дочери души не чает, а она этим и пользуется. Девочка у него очень хитрая и смышленая не по годам, да еще и артистка хорошая. При папе она просто пай-девочка, которая беспрекословно выполняет все просьбы и приказы.
А стоит только мне начать рассказывать о ее проделках, которые она вытворяла в его отсутствие, как он отвечает:
- Не придирайся к ней, дорогая. Она же еще ребенок. Пойми, как ей тяжело привыкнуть к мысли, что ее родной и любимой мамочки нет рядом. Будь с ней поласковее и все у вас наладиться.
- Легко тебе говорить. Ты целыми днями на работе пропадаешь, а в те редкие минуты, что ты дома, она становится просто шелковой. А я же с ней по пол дня торчу. Видел бы ты с каким довольным выражением лица она делает мне гадости!
- Хорошо. Я поговорю с ней.
- Что толку от твоих разговор. Тебе она скажет, что я все выдумываю и вообще, что вам было хорошо вместе. На жалость давить начнет.
- Хватит говорить глупости и давай закончим этот разговор.
Если вы думаете, что что-то после нашего разговора с Кириллом изменилось, то да, но не в лучшую сторону. Теперь от мелких пакостей Альбина перешла к более активным действиям. Случайно пролитый кофе на мою белую блузку перед выходом на важную встречу или просто прогулку с подругами еще было самым меньшим из зол. Когда же Альбина разбила флакончик моих любимых очень дорогих духов, которые Кирилл преподнес мне на нашу первую годовщину совместной жизни, эта маленькая несносная девчонка с невинным взглядом заявила, что она к ним даже не прикасалась.
- Тетя Алла наверно их сама рукой задела, когда утром на работу торопилась. Она тут так по дому быстро бегала, а теперь меня зачем-то обвиняет.
Девочка даже демонстративно сначала надула губы, а потом и вовсе слезу пустила, чтоб убедительнее выглядеть. Я в этот момент еле сдержала себя, что не схватить мокрое кухонное полотенце и не отлупить ее им хорошенько. А Кирилл смотрел на меня с таким укоризненным видом, что мне даже не по себе стало. Вроде и не виновата ни в чем, а стою как провинившаяся школьница и оправдываюсь.
После этого случая долго Альбина ничего особо не предпринимала и затишье такое меня очень сильно беспокоило. Кирилл же был очень рад, думая что мы помирились и перестали с его дочерью вести негласную войну. Он даже по этому поводу спустя несколько дней торт домой принес, чтобы мы все вместе вечером могли попить чай и отметить такое событие.
В этот день Альбина была особенно вежлива и услужлива, я даже было приготовилась к ее очередной выходке, но все вроде прошло хорошо. Позже девочка даже предложила помочь убрать со стола и помыть посуду, что вообще было на нее не похоже, но я согласилась. И, да, посуда не пострадала. Она действительно все сделала очень аккуратно и добросовестно. В общем вечер удался. Постепенно мы с Кириллов расслабились, но видимо рано.
В понедельник днем позвонила медсестра из Альбининой школы и попросила срочно нас с Кириллом приехать. По телефону она толком ничего не объяснила, а потому нам оставалось только теряться в догадках в то время, пока мы ползя в пробках добирались до места. В медицинском кабинете самой Альбины не было, зато присутствовали директор и еще какая-то посторонняя женщина.
- А где же моя дочь? И что вообще случилось? – уже с порога начал интересоваться взволнованный Кирилл.
- Альбину только что увезли в больницу. А вас мы сюда вызвали, чтобы выяснить что происходит у вас дома и почему Вы, Алла, так сильно хотите сжить ее ср свету в прямом смысле этого слова?
- Вы что такое говорите? Вы в чем меня хотите обвинить? Я что на допросе? – кричала я опешив от такого вопроса.
- Во-первых, успокойтесь, а во-вторых, мы лишь разбираемся в том, на сколько правдивы слова Альбины.
- Моя дочь не лгунья, - взвился Кирилл.
- Да, мы не ладим с Альбиной, но я не желаю ей зла.
- А чем Вы ее кормите дома и что она ела сегодня утром?
- Сегодняшнее утро ничем не отличалось от предыдущих. Мы все утром всегда едим кашу и пьем чай.
- Да что происходит в конце концов?! Что с Альбиной и почему она в больнице?
- Вашу дочь увезли с отравлением. Она утверждала, что это Вы, Алла, накормили ее испорченными продуктами и вообще Вы ее постоянно обижаете и можете даже ударить.
Кирилл вопросительно посмотрел на меня, но промолчал. Что касается незнакомой женщины, то она все время просидела молча и лишь что-то все время записывала к себе в тетрадь. Оказалось, что это сотрудник ПДН и нашу семью хотят поставить на учет, чтобы понаблюдать как все обстоит на самом деле. Из этого кабинета мы вышли в большом шоке. Дальнейшее было предсказуемо. Кирилл не поверил моим словам и вычеркнул меня из своей жизни. Альбина добилась своего. Представляю как она ликовала, что ее план удался.