Дождливая осень 21-го. Мокрая дорога, жухлая листва. Под колесами мотоцикла виднеется пачка сока с излишне оптимистичным для такой погоды названием "Добрый". А за мотоциклом возвышается ещё один франтоватый вождь. Теплое пальто, правая рука в кармане, левую вождь прячет за спиной. Хочется надеяться, что в ней традиционная кепка: в сети не нашлось ни одного снимка этого памятника сзади. Чем памятник привлекает внимание - так это в первую очередь брюками "по-маяковски". Известное "я достаю из широких штанин" очень подходит к этому монументу. Подобные штаны должны были бы парусить на ногах невысокого Ульянова. Второй момент - портретное (не)сходство. Если посмотреть прижизненные киноленты с тем, кто "живее всех живых", то понятно, что задачей всех советских иконописцев была определенная героизация черт, создание убедительного облика вождя, решительного и сильного. Здесь над этим работают развитые надбровные дуги, крупный рот и относительный размер головы к телу. У живого же прототипа была