Михалыч собирался в гости. К тёще. - А что, - думал Михалыч, любовно наглаживая "Межгалактическую хрустальную"*, - тёща - тоже человек. Вон как хрюндели маринует, любо-дорого. Даже Васильич это признает. Так вот, возьмет, опрокинет в себя запотевшую рюмку, поморщится, крякнет, закусит поскорее хрустящим, обвешанным укропом хрюндельком и обязательно похвалит: "Ох и хороша у тебя теща, вона какие хрюндели мастрячит, вот бы жениться на такой, закуска всегда будет в наличии!" - "Так и женись." - вяло поддается на подначивания Михалыч, - женщина она ничего, в самом соку еще..." На что Васильич многозначительно щурился сквозь сигаретный дым и переводил разговор на другое. Не иначе, как у него зазноба в космозооцехе была, но скрывал, вишь, мужчина не должен о своих бабах рассказывать... Но хрюндели мариновать зазноба, видимо, не умела.
Ну так вот, Михалыч воровато оглянулся, нажал кнопку пульта своего мобильного ИВСП ** из того вылезло четыре колеса и отмычка. Колеса, понятно зачем, а отмы