(призыв: май 76-78, Курганская область, Удмуртия; май 77-79, Кировская область, Оренбургская область, Башкирия.)
Командир 2-й роты – старший лейтенант Степанов.
Заготовка леса, на делянках, в Верхотурском районе: валка стволов (хлыстов) на делянках, обрубка стволов от веток, трелёвка сваленных стволов к штабелям, укладка сваленных стволов в штабеля (штабелёвка), уборка квартальной делянки от обрубленных веток – подготовка к посадке, сжигание обрубленных веток, осенняя и весенняя посадка новых саженцев сосны, ели, пихты, кедра.
Всем этим занималась 2-я рота ВСО в полевых условиях:
1. В летний период (тёплый), с середины апреля по конец октября, в полевых условиях недельного проживания в лесу, с приездом на субботу и воскресенье в отряд.
2. В зимний период (холодный), с ноября по апрель, проживание в отряде, в казарме, с ранним выездом из казармы и поздним возвращением в казарму.
Новобранцы
Новобранцев в отряд привозили ночью, так как поезд из Свердловска в Верхотурье приходил поздно ночью. С вокзала до КПП отряда шли пешком по насыпной дороге. Встречали вновь прибывших новобранцев металлические ворота со звёздами.
Новобранцы, все в лохмотьях и тряпье. Когда подъезжали к Верхотурью, сержант сказал:
- «Приготовиться, подъезжаем…».
В поезде баловались и рвали друг на друге одежду. Некоторые не стрижены – волосы до плеч (такая была мода в 70-х годах).
Ворота заскрипели, открываясь.
- «Ну что, добро пожаловать в местный рай» - сказал юморист-дежурный по КПП.
Ворота, за вошедшими, закрылись. Толпа, вновь прибывших, смолкла и больше шума не было.
На плацу сделали перекличку, и повели в баню.
В баню все прошли молча, тряпьё с себя сняли, сложили в общую кучу. У кого была хорошая одежда – в отдельный пакет, подписали и сдали прапорщику (старшине карантина). Не стриженых, подстригли под ноль.
Завели в душевую комнату – все обмылись после дороги. На выходе в предбанник всем сделали дезинфекцию.
Стоял чан с водой, разведённой хлоркой, а в нём черенок с мочалой на конце. Очередной новобранец, вышедший из душевой, проходил процедуру дезинфекции.
Черенок с мочалой опускался в чан с хлорированной водой, голый новобранец наклонялся и получал печать хлорированной мочалой сзади и спереди, и проходил к столу отрядного военврача-капитана. На столе лежали личные дела вновь прибывших бойцов. Капитан спрашивал фамилию, брал личное дело бойца, просматривал, и спрашивал:
- «Жалобы есть, нет – тогда проходим к старшине».
Старшина карантина оглядывал бойца с ног до головы, спрашивал размер обуви, одежды – и выдавал обмундирование: майку, трусы, сапоги, портянки, пилотку, х/б китель и галифе, ремень.
- «Так, бойцы, одеваемся и выходим строиться на плац» - была команда.
Ночь. Комары. На плацу горит один прожектор. Некоторые бойцы портянки видели в первый раз, и не знали, что с ними делать. Так и вышли с портянками в руках, сапоги надели на босу ногу.
Построились и не узнали друг друга. Все одинаковые в х/б, сапогах и пилотках. Тишина.
- «Заходим в казарму, получаем койка-место и укладываемся спать до подъёма. На право. Шагом марш» - прозвучала команда сержанта.
Все нехотя повернулись, зашли в казарму, получили койка-место, кто на первом ярусе, кто на втором, разделись и легли спать мертвецким сном, сказался двухдневный переезд. Было часа четыре ночи.
А утром, в 6-00, сержант как возопит:
- «Подъём, выходи строиться».
Некоторые, не помня где они, и что происходит, потому что спали как кони на мамкином подворье, с перепуга, скатились со второго яруса нижнему соседу на голову, началась суматоха.
С этого дня и началась служба в советской армии – «карантин».
Карантин
Карантин – это курс молодого бойца, где с подъёма и до отбоя вся жизнь молодого бойца регламентирована уставом вооруженных сил Советского Союза.
Подъём в 6-00, пробежка, зарядка, умывание и приведения себя в порядок, завтрак, строевая подготовка до обеда, обед, строевая подготовка после обеда, физическая подготовка на спортплощадке, общественно-политическая подготовка, штудирование устава вооруженных сил Советского Союза в ленинской комнате, заучивание текста присяги наизусть, личное время (подшить подворотничок, написать домой письмо), отбой в 22-00, сон молодого бойца 8 часов.
И так каждый день. Две недели – 14 дней. Жизнь кажется длинной, день долгим и нескончаемым, унылым, бесконечным; сон мимолётным, не успел закрыть глаза, команда «подъём».
Четырнадцать дней пролетели, карантин закончился. Выдали общевойсковые чёрные погоны с буквами «СА». Пришили погоны к х/б и к парадной форме. Присяга.
Утром, в торжественной обстановке, на батальонном плацу, с оружием в руках, в парадной форме, карантин принимал присягу.
После принятия присяги – распределение по ротам. Пришли представители рот, забрали своё новое пополнение. Вторая рота.
Вторая рота
Старшина второй роты выдал рабочую форму (робу). Командир взвода 2-й роты, прапорщик (погоняло «Фоштер»), построил молодых бойцов 2-й роты и объявил:
- «Через 30 минут подъедет машина к крыльцу, грузимся в машину, с собой берём робу и постельное бельё».
Через тридцать минут к крыльцу роты подъехал ЗиЛ-130 с будкой. В будке 8 – 10 деревянных лавок поперёк кузова. Погрузились. Подъехали к столовой загрузили хлеб, крупу, мясо, сухофрукты, масло – недельный запас на 40 человек.
Выехали за КПП отряда, проехали посёлок, и выехали на лесную квартальную дорогу. Справа и слева, по ходу движения машины, стоят величественные сосны, ели, пихта. По лесной дороге проехали 40 – 60 километров.
Остановились на лесной поляне. Прозвучала команда:
- «Выгружаемся со всем шмурдяком. Строится».
Выгрузились, огляделись. Это был «полевой стан для отдыха (спальный)» 2-й роты.
- «Ваше новое место службы» - объявил прапорщик.
Полевой стан для отдыха (спальный)
Полевой стан для отдыха ставился там, где была питьевая вода, у родника.
Лесная поляна, окруженная соснами. На краю поляны облагороженный родник и течёт небольшой ручей. Через один край лесной поляны проходит квартальная отсыпная дорога. Перпендикулярно дороге, метров 10 от края леса, на одной линии стоят: командирский вагончик; дизель-генератор; вагон-столовая на колёсах; жилая казарма, сколоченная из досок с плоской крышей, покрытая рубероидом, двумя окнами и двумя трубами печек-буржуек. Между казармой и вагоном-столовой, тротуар из досок. Слева от казармы, ближе к лесу, туалет.
Недалеко от родника, на поляне, умывальник на десять человек.
На краю поляны, недалеко от вагона-столовой, спиленный и притащенный из леса ствол сосновой «сухары» с напиленными чурбаками, и приготовленные наколотые дрова для топки печей.
На стане не было никого. Тишина. Птицы только щебечут. Из трубы столовой валит дым. Пахнет дымом и свежесваренными щами. Из вагона-столовой вышел повар: рыжеватый, поджарый, конопатый, вёрткий парень. Поприветствовал прапорщика.
- «Здравия желаю, товарищ прапорщик. Новое пополнение привезли. Ну что, бойцы, рады вас видеть, давно ждём не дождёмся ….».
Прапорщик построил вновь прибывших, и объявил:
- «Берём постельное бельё, заходим в казарму, занимаем верхний ярус, застилаем постель и ждём обеда».
Зашли в казарму – спальное помещение.
Дощатое помещение, сколоченное из не строганных досок, размером 10 метров на 20 метров; две входных двери – одна на выход в столовую по деревянному тротуару, другая, с противоположной стороны, на выход к лесу; плоская крыша; два окна с солнечной стороны; проход через всю казарму от двери к двери; с двух сторон от прохода двухъярусные металлические кровати на 40 человек с панцирной сеткой; две печки-буржуйки в проходе; тумбочки и табуретки; на потолке две лампочки.
Свет - от дизель-генератора. Летом его не заводили – на улице и без него светло – отбой в 21-00. Заводили осенью, когда вечерами темно, и ранней весной, когда тоже темно.
Машина ушла на делянку, на «рабочий полевой стан», в трёх километрах от спального, за нашими «дембелями», чтобы привезти их на обед. Мы сидели на бревне и ждали её.
Через час машина привезла дембелей на обед. Из машины вышли грязные, не бритые дембеля. Они не были в отряде три недели, не мылись в бане, потому что рота была занята под наш карантин.
Посмотрели на нас снисходительно, и пошли обедать.
У них был за плечами год службы, а у нас нет ничего – всего лишь 14 дней карантина, а впереди ещё 730 дней службы.
После них зашли и мы обедать – было всё очень вкусно и много. Повар не жалел – наливал и накладывал от души.
Дембеля опять уехали на делянку, мы остались одни, сидеть на бревне и ждать.
Прапорщик назначил на следующий день дневального и объяснил всем его обязанности.
Дневальный (один на сутки) заступает на дежурство вечером после ужина, в 19-00 и обязан:
1. Носить воду из родника в столовую и умывальник;
2. Колоть и носить дрова для кухонной печи и спального помещения;
3. Топить две печки в спальном помещении ночью;
4. Накрывать столы, мыть посуду в столовой и помогать повару днём;
5. Делать влажную уборку в спальном помещении и столовой;
6. Держать полный бак с кипячёной холодной водой в спальном помещении;
На полевом стане всегда находится дежурная машина. Водитель автомобиля гражданский, с верхотурского АТП. Его спальное место в командирском вагончике. Утром он отвозит роту, вместе с командиром и санинструктором на делянку, на рабочий полевой стан, и там с машиной находится. На спальном полевом стане остаются повар и дневальный.
На обед роту с рабочего полевого стана, водитель на машине, привозит обедать в столовую спального полевого стана и отвозит назад, до ужина. И вечером, после окончания рабочего дня в 19-00, все уезжают на спальный полевой стан. Ужинают, час – полтора свободного времени, отбой.
Спасибо Вам за то, что прочитали эту статью.