А Мишка в это время с Танюшкой-красотушкой закрутил. Ходят под ручку, улыбаются, глаза прям мозолят. Но Лёшке-то на них наплевать, у Ларсен там «код не выпадает», надо переписывать или глюк искать, работы навалом. И счёт в банке он всё-таки открыл, не уяснив даже для себя, герой он теперь или преступник.
- Скажи ему! – на переменке Танюшка просто приволокла Михана и поставила перед Лёшкой, – скажи! – и толкнула в бок своего парня.
Лёшка, прищурившись, посмотрел на друга и отвёл глаза.
- Лёх, – со вздохом начал Мишка, – вы что там придумали?
- Да так, – хмыкнул Лёшка, по-прежнему глядя в сторону, – ерундой занимаемся.
- Прости, я тут в кэше полазил, после вас… Я всё понял. Ты сам-то знаешь, зачем Лариске её программа?
- Она рассказала.
- И что, ты на это подписался? Ты хоть представляешь, чем всё может закончиться?
- Твоё какое дело? – огрызнулся Алексей, – за заботу спасибо, а дальше не лезь, сам разберусь.
- Разберись, пока не поздно. Если что, отвечать тебе, Лариска мелкая ещё, понимаешь, о чём я?
Лёшка не ответил ничего, он Лариску увидел в конце коридора и рванул за ней, сильно задев плечом Мишку.
Кроме этого Мышонка, Алексей теперь не видел и не слышал никого, и не хотел слышать. Просто они говорили на одном языке, понимали друг друга с полуслова, да даже вообще без слов. Они были созданы друг для друга. Только Лёшка никак не решался поцеловать Ларису. Она была такая маленькая, даже из объятий его выскальзывала легко и непринуждённо, со смехом. Но он согласен был ждать сколько нужно и даже больше. Он любил Ларсен и обожал Лариску.
Алексей почти забросил тренировки. Тренер всеми силами стремился вернуть талантливого ученика, безумно жалко было терять такого спортсмена. Но одними уговорами делу не поможешь.
В один из дней Лёшка с удивлением узнал, что он записан в состав жюри на первенство юниоров. На все возражения парня, что у него очень много дел, и ему совершенно некогда смотреть на первоклашек, катающих друг дружку по ковру, тренер не обратил никакого внимания.
То, что это плохо замаскированная попытка привязать его, стало понятно сразу.
А вот уже потом Алексею не давала покоя мысль, чего он мог бы лишиться, чего бы может быть он никогда не узнал о себе, если бы не поехал тогда с тренером.
Соревнования проходили спокойно. Фавориты занимали призовые места, аутсайдеры оттеняли их успех, всё предопределено. Скукотища, как и предполагал Лёшка. Даже с подсчётом баллов не было никаких эксцессов.
Единственным ярким моментом стала схватка двух восьмилеток в лёгком весе. Борец в синей куртке настолько агрессивно и резко вёл бой, что обратил на себя внимание всех. Лёшка смотрел на перекошенное азартом и яростью лицо пацана и удивлялся, как в таком состоянии он может просчитывать хоть что-то. Тем не менее, мальчик выигрывал очередной поединок.
Ещё полтора часа борьбы, а с церемонии награждения, наверное, уже можно будет смыться... С Ларисой договорились сегодня провернуть одну интересную штуку...
Стрелки огромных часов будто бы приклеились к циферблату. Или даже в обратную сторону двигались. Незаметно, пока никто на них не смотрит.
От наблюдения за столь нерасторопными слугами Хроноса Лёшку оторвали громкие крики. Впереди на синей половине ковра, широко раскинув руки, лежал тот самый мальчишка. Рядом растерянно опустив руки, стоял его соперник. А с трибун уже стекались люди, из медпункта спешила испуганная фельдшер.
Вслед за тренером Лёшка еле протиснулся сквозь толпу.
Мальчик не дышал. Тот, что стоял рядом, давясь слезами, пытался объяснить, что он не делал ничего плохого, захват он провёл правильно, но в шее что-то хрустнуло, и пацан просто словно бы вытек из его рук.
Тренер опустился на колени перед пострадавшим, проверил пульс. Пока вызывали скорую, а фельдшер суетилась с чемоданчиком с лекарствами, Лёшка во все глаза смотрел на руки тренера. Он мог поклясться чем угодно, что под ладонями того возникло свечение, оно струилось по пальцам, стекало и просачивалось сквозь кожу. Высветляло дорожки вен, косточки, сухожилия, пучки мышц. Невесомо и незаметно ни для кого из окружающих мужчина надавил ладонью где-то в районе сонной артерии. Свечение стало сильнее, а потом словно найдя цель, резко втянулось в одну точку, неведомая сила слегка подкинула тело пацана, и все услышали судорожный вздох.
В зал уже вбегали врачи дежурившей скорой, когда ослабевшего, но пришедшего в себя паренька, повели им навстречу.
- А что это было? – спросил Лёшка, когда они уселись в минивэн.
- Что – это? – настороженно переспросил тренер, не торопясь выехать со стоянки.
- С мальчишкой.
- Неудачно вывернулся, спазм дельты, защемление...
- Это я понял, – перебил Алексей наставника, – я про ваши руки, – и повторил характерный жест – движение пальцев чудесным образом снимающее спазм и возвращающее к жизни, – а ещё свет?
- Ты видел свет?
- Под вашими ладонями. Что это было?
Тренер надолго замолчал, сложил руки на руле. Рядом словно в муравейнике у каждой машины на стоянке суетились счастливые родители, упаковывали вещи в багажники, хлопали дверями и, помигав красными фарами, разъезжались кто куда.
Когда стоянка опустела, тренер глубоко вздохнул.
- Какое оно? – тихо спросил он.
- Текучее, электрически-белое... – начал Лёшка растерянно, но вдруг спохватился: – а вы сами его не видели?
- Всего один раз. Но хорошо, что его видел ты.
- Почему?
- Я расскажу тебе, немного позже.
Лёшка заметил, что наставник пытается вдохнуть глубже, но воздух словно не поступает в лёгкие.
- Посидим ещё немного, – едва слышно добавил мужчина, – и не пугайся, что бы сейчас не случилось, всё нормально. Я потом тебе объясню...
И тренер, откинувшись на подголовник, отключился.
Минут через двадцать машина уже легко и свободно неслась по полупустым улицам. А Лёшка не верил своим ушам, слушая рассказ тренера. Про далёкий Афган, про старика в одном ауле, про контуженного бойца. Как тренер сам впервые увидел это свечение под сухими ладонями афганца, как задышал его раненый товарищ. Как после под пытливым взглядом чужеземец упёрся скрюченным артритным пальцем в его лоб и что-то прошептал на своём языке. Незнакомые слова намертво врезались в память.
«Ты всё видел, это хорошо».
Эту фразу потом перевёл ему штатный переводчик, уверяя, что точность дословная и никакого разночтения быть не может.
А через несколько лет представился случай открыть в себе тот дар старика-афганца.
Они отдыхали с друзьями на озере, а неподалёку купалась компания девчонок. Одна из красавиц заплыла слишком далеко, почти на середину озера, а сил, чтобы вернуться, не осталось. Он первый оказался рядом, а вынеся на берег, почувствовал, что знает, как вернуть её к жизни. В лёгких была вода, но руки действовали словно сами по себе. Скользящий удар по нужной точке, почти невесомый, но нечеловечески точный; глубокий, прерывистый вдох и самые красивые на свете глаза, с испугом смотрящие на него. С Людмилой они до сих пор вместе.
Потом были ещё случаи, кого-то получалось спасти, где-то он был бессилен, либо слишком поздно. Но тренер мечтал, чтобы хоть кто-нибудь спросил его про свет под ладонями. Но все молчали. Ему уже стало казаться, что этого свечения нет, ему всё привиделось в том Афганском ауле. До сегодняшнего дня.
А Лёшка первый и единственный, кто увидел и спросил о свечении, а значит, вполне вероятно, может обладать этой же способностью.
История стала сильно смахивать на пересказ книги в жанре фэнтези, и Алексей по привычке скептически хмыкнул.
- А почему вас вырубило минут на десять?
- Неприятный побочный эффект, – тренер плавно затормозил у подъезда Алексея, но тот не спешил выходить, слушал с недоверчивым интересом. – Удушение, остановка сердца, коллапс, всё это и многое другое испытываешь на себе. Правда без каких-либо последствий. Замечательная возможность умереть понарошку, – тренер слегка усмехнулся, – энергия, какую бы природу она не имела, не может просто взять и исчезнуть. Её надо забрать и перенести самому, пережить, понимаешь? Это сложно объяснить, но попробовав раз, ты поймёшь, о чём я.
- Э... нет, спасибо, что-то не очень хочется.
- Меня тот старик не спрашивал, – тихо, без тени раздражения сказал мужчина.
- У меня должно быть право выбора. А если я ещё не готов?
- Готов. И я могу помочь тебе справиться с этим.
- Я не хочу, – сердито бросил Алексей и вышел из авто, резко хлопнув дверью.
Думать о всяких глупостях у Лешки времени не было. И ни о каких экстрасенсорных способностях он не мечтал. Он видел своё будущее в крепкой связке с компьютером и Интернетом. Тем более сейчас работа кипела, и Лариса была рядом. Слишком рядом и в то же время слишком далеко, и это слишком сводило с ума.
Где-то в конце марта всё было готово: программа отточена, защита перепроверена и назначен день и час «икс».
В один из тёмно-синих, прозрачных, пронзительно гулких вечеров Лёшка, возвращаясь с тренировки, увидел Ларсен.
Она сидела за столиком в местном ресторанчике. Тёплый, оранжевый свет из его огромных, во всю стену окон отчётливо выделял её маленькую, хрупкую фигурку. Напротив сидел солидный мужчина лет тридцати, нежно гладил её по руке и что-то спокойно говорил.
Лёшка с тяжёлой спортивной сумкой наперевес так и застыл у стекла, открыв рот и не веря своим глазам. Ровно до того момента, когда Лариска, перегнувшись через весь столик, поцеловала мужчину.
Сколько нужно сил и самообладания смотреть, как та, в которую ты по уши влюблён, которую ты считал идеальной второй половинкой, ради которой ты рисковал и соглашался на нечто противозаконное, вдруг страстно, в засос, целует какого-то мужика?
Лучше и правильнее всего сначала постоять и подумать: что ты хочешь сказать и что хочешь услышать, и не пороть горячку, не идти выяснять отношения сию секунду, чтобы не выглядеть безнадёжно глупо и не позориться.
Но Алексей подумать не захотел. С абсолютно пустой головой, он уверенной походкой вошёл в зал и уселся рядом с парочкой, резко подвинув стул от соседнего столика.
Лариса даже не взглянула на него.
- Это кто? – спокойно спросил мужчина.
- Одноклассник, – покачала головой Лариса и, скептически оглядев Лёшку, добавила: – он мне помогал кое-в-чём.
- Кое-в-чём?! – внутри у Лёшки всё перевернулось, – одноклассник?! Да я для тебя всё делал!
- Молодой человек, – вздохнул мужчина, – попрошу соблюдать приличия, мы в общественном месте.
- Ларсен? – печальный взгляд Лёшки не тронул сердце компьютерной феи.
- Мы на пару слов, – Лариска погладила мужчину по руке и вывела парня за локоть на улицу.
- Как ты могла? – продолжил Лёшка, всё так же печально глядя на неё, – я же доверял тебе.
- А я тебе что-то обещала? Я тебе в любви признавалась? Лёш, мы даже не целовались.
- Я не хотел тебя торопить.
- Ты опоздал минимум на полгода. Сергей – мой любовник, у нас всё по-взрослому, понимаешь? Ты сам себе что-то придумал про нас с тобой, я не виновата, я поводов тебе не давала. Спасибо за помощь, но на иную благодарность не рассчитывай…
- Всё, я понял, не продолжай, – самоуважение привело Алексея в чувство.
Пока он был внутри ресторана, погода резко изменилась. Теперь с неба мокрой метелью летел последний снег, заметал всё, что успела наделать весна, остужал и отрезвлял…
- Спасибо, ты меня кое-чему научила, будь счастлива. Про аферу твою никому не скажу, но счёт закрою, извини, ради тебя есть кому рисковать, а я уж как-нибудь, без этих приключений. Ариведерчи! – и Лёшка быстро, как только мог, отправился домой.
- До чего же прав был Мишка, – размышлял он по дороге, – а я сволочь последняя. Михан-Михан…
Но Михан на Лёшку зла не держал. Они ещё с садика дружили. Мишка хорошо знал увлекающуюся и горячую натуру друга.
- Подумаешь, девчонку не поделили, да она, вообще, никому не досталась… к счастью! – сказал он, похлопав Лёшку по плечу. – Пошли, я тебе такую фишку покажу, заценишь.
С тех пор ни Лёшка, ни Мишка в упор не замечали Ларсен, да она и не стремилась привлекать ничьё внимание. Была занята своими «мышиными» делами и никого к себе не подпускала.
Теперь Алексею пришлось позависать на тренировках. Жалко было терять форму, а ещё физические нагрузки помогали справиться с эмоциями. Боль в перенапряжённых мышцах гораздо приятнее выжженной пустоты внутри. Монотонные упражнения, будь то бег, отжимания, подтягивания, помогали освободить голову, позволяли просто наблюдать свою жизнь со стороны, вроде бы в ней и не участвуя, и перестать, хотя бы на время, корить себя за поспешность выводов и необдуманность действий. Он часто оставался допоздна в спортзале, и этот мартовский вечер ничем от других не отличался.
В пустом, полутёмном коридоре их спортивной школы, занимающей здание бывшего бассейна, горела единственная лампочка.
Что-то я уж слишком задержался, – вздохнул про себя Алексей, переобуваясь после тренировки, – баба Зина опять ворчать будет.
Уборщицу бабу Зину все слушались не меньше тренера. Ещё бы, если что не так, можно запросто на неделю превратиться в бесплатную рабсилу, и по вечерам мыть и натирать воском полы. Но сейчас ему было почти всё равно.
Он услышал тихие шаги.
- Алексей, – в дверях появился тренер, – я давно смотрю за тобой. Ты слишком выкладываешься. У тебя что-то происходит?
- Наверно, – кивнул Лёшка, не поднимая глаз.
- Если захочешь поделиться, я всегда готов тебя выслушать.
Внезапно Алексей ощутил острую потребность поговорить с действительно умным и знающим человеком. А ещё вдруг всплыл в памяти тот разговор в машине, после соревнований. Стало совестно от того, что он так легкомысленно повёл себя. Некрасиво, эгоистично и не думая о последствиях. Как, впрочем, и всегда.
- Почему я сначала делаю, а только потом думаю? – услышал он свой негромкий голос, странно звучащий в пустом, полутёмном спортзале. И тут же усмехнулся, представив, что, в принципе, можно ответить на такой глупый вопрос.
Тренер присел рядом на лавочку:
- Твои поступки меняют суть дела? Решают проблему?
- В общем и целом – да, только чаще не так, как бы мне этого хотелось.
- Если ситуация меняется, это уже шаг к её исправлению. Ты не можешь знать заранее, что есть зло, а что благо. Ты можешь только наблюдать за развитием событий, что вызваны твоими действиями. Делать выводы можно только после, а не до. Мысли слишком медленны, чтобы успевать за нашей жизнью.
- Вы что, хотите сказать, что правильнее действовать не думая, интуитивно?
- Именно… Ты слышал что-нибудь о дзен-буддизме?
- Краем уха.
- Если готов слушать, ты меня услышишь.
- Да, я готов. И про свет под ладонями расскажите.
Тот интересный, затянувшийся почти до полуночи разговор долго не выходил у Алексея из головы. И он не раз обращался к тренеру с новыми вопросами, неизменно получая ответы. Исчерпывающе-недосказанные ответы, уже давно хранившиеся в подсознании. Он узнал секрет, что позволял наслаждаться жизнью во всех её проявлениях, открывал источник счастья в себе самом и каждом новом дне и наполнял душу безграничной верой в себя. А одна печальная история из прошлого воспринималась теперь, как полезный урок.
Не менее полезными оказались тренировки удивительной способности. Годящейся, оказывается, не только для спасения окружающих, но и самозащиты. Самое лёгкое прикосновение, как выяснилось, может вывести противника из строя эффективнее, чём любой удар, главное – найти точку. Поэтапно вспоминая схватку мальчишек на тех соревнованиях, Лёшка выяснил, какую ошибку совершил тот паренёк. Отработал движение и получил в свой арсенал сокрушительный приём. Но соблазн применять его почаще, по понятным причинам не возникал, да и поводов не было.
Печальная история с Ларисой не забылась, но теперь у Алексея выработался иммунитет. И он считал это великим благом.
- Да, ладно тебе, забей, – как-то раз сказал ему Мишка, – мало ли девчонок нас отшивали?
- Вот именно, – холодным тоном произнёс Лёшка, – и запомни мои слова, больше ни за одной не побегу, от тоски сдохну, но добиваться никого не буду!
Мишка скептически хмыкнул и махнул рукой:
- Как знаешь.
Не пришлось Лёшке ни за кем бегать, даже если бы захотел. От девчонок отбоя не было. Пару раз всё зашло несколько дальше, чем можно было рассчитывать. Правда, следа ни в сердце, ни в голове не осталось. Всё легко и просто. Лёшка и не знал, что так можно, но его научили.
А ещё он не знал, чего будет стоить ему выполнение своего обещания будущим летом.
Алгоритмы действий хорошо работают в программах, а не в реальной жизни…