Не уцелело почти ничего. Очень многие явно пытались наплевать на запрет и прыгнули в машины, чтобы сбежать от карающего небесного огня — чёрные остовы всё ещё дымились на трассах, соседствуя с абсолютно нетронутым лесом и брошенными гораздо раньше и потому чистыми машинами. Группа Максима начала с фермы в полутора километрах от знака с перечёркнутым названием населённого пункта — весьма символично, ведь позже подтвердилось, что нетронутым здесь остался почти только один их дом отдыха, отстроенный особняком,даже угловую котельную не подпалило.
На опустевшей ферме в деревянном сарае нашлись жалобно мычащие коровы — набившаяся в компанию местная Зина наскоро вымыла руки и схватилась за ведро, присев у измученного животного, благодарно склонившего к девушке красивое и странно выпуклое глазное яблоко с каймой пушистых ресниц. Макс, как подлинный городской житель, до сих пор корову вблизи видел только в кино и оторопел от того, как ловко Зина колдовала вроде бы хрупкими и изящными руками.
— Ты чего, будешь теперь и за коровами ухаживать? Мало тебе было детей? — брякнул кто-то из-за спины, но она спокойно продолжила свою работу.
— Молоко нам понадобится, — ответил за неё Червь, — умная девочка. А ты лучше покумекай, что будешь жрать, когда выяснишь, что продукты берутся не в холодильнике, куда их положила мамочка.
Кто играет в человечков? (начало, назад)
— И что, нам теперь ждать, пока она…
— Подождёшь, — и уже Максу. — Говорун, подсоби девушке.
Обиженное сопение сзади быстро стихло и ребята послушно забегали под указаниями нового начальства. Ферму решено было как-нибудь присоединить к хозяйству, хотя склады торгового центра, да и само здание со слегка оплавившеейся обшивкой оказалось единственным объектом города, избежавшим повреждений. Несмотря на общий восторг от столь ценной находки и радостное рысканье в отделах с чудом сохранившимися пирожными и газировкой, выдававшими тоску молодёжи по старой жизни, Червь всё больше мрачнел.
Первый контакт произошёл прямо у ворот — дежурный выскочил на дорогу, издалека завидев нагруженных пакетами ребят, так пока и не осмелившихся взять любой из брошенных где попало автомобилей, а ладно сбитая женская фигура возникла с противоположной от города стороны.
Когда Макс узнал Галю, странно приволакивающую левую ногу, он был почти счастлив — ведь она человек, которого он знал дольше всех в этом новом мире, и Макс готов был кружить её на руках, но вот Червь энтузиазма не разделял. Велев заносить находки, он остался на дороге, поигрывая небрежно наброшенным на плечо ружьём из арсенала охраны.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Занятая коровами Зина выглянула за забор и шуганула детей, весело облепивших бесплатный зоопарк, но двое самых маленьких неожиданно оторвались от восторженного созерцания и кубарем кинулись навстречу Гале, минуя замешкавшуюся воспитательницу и слишком далеко стоящего Червя.
Галя рухнула на колени, раскинув объятия, а повисшие на её шее дети неестественно обмякли.
Свидетели не сразу поняли, что произошло.
Только что они видели сцену родственного воссоединения, и вдруг троица разлепилась и резко развернулась к остальным. Что-то не то было в их взглядах, что-то трудно уловимое, а Макс не смог бы этого описать, как ни уговаривай. Просто они смотрели иначе — как на ярких экзотических бабочек, наколотых на булавку.
Тех, первых визитёров это и выдавало — нечеловеческое любопытство, зато и скорость превращения в первые дни была феноменальной. Это потом они обучались, умнели, лучше мимикрировали под людей и даже могли обмануть кого-то, но не тогда.
Маленькая девочка в аккуратном платье и лакированных туфлях уверенно потопала к Максиму, протягивая вперёд растопыренную пятерню и что-то совсем неразборчиво воркуя. Макс онемел и не мог шевельнуться, с нарастающим ужасом понимая, что то, что к нему приближается, человеком быть уже никак не может, но и остановить нечто с внешностью невинного ребёнка… как?
Червь не колебался. Три выстрела и три тела легли на асфальт, а Зинин безумный, отчаянный крик ещё очень и очень долго отдавался в ушах.