И этой страной была страна демонов Илодония.
- Этого не может быть… - простонал Дагеус. – выходит, что Арнай, это ифлонская принцесса Флора, которая в данный момент времени готовится к свадьбе с демоническим принцем Иврием Кровавым. Это невероятно! В это сложно поверить! Но судя по карте – это так! Это катастрофа! Ведь мне теперь придется делать выбор между собою и своим народом! … Но как тогда она одновременно и к свадьбе готовилась и здесь находилась? Ведь с нами явно был не морок*, а конкретный, состоящий из плоти и крови, человек. Пусть с грамотной личиной, но НАСТОЯЩИЙ, живой человек. К свадьбе с принцем готовился морок? Но Иврий тоже не маг-недоучка. Он распознает морока с полувзгляда.
- Но… мне она сказала, что она из сожженого Довака. – внес свою лепту в обсуждение Риель.
Дагеус переглянулся с Огилом и тут же схватился за эту соломинку.
- Я понял! Арнай – это девушка из Довака, чья семья погибла в пожаре. Отсюда и шрам на лице. И распорядитель рассказывал мне, что он именно так и объяснил получение своего шрама. Возможно, ее тоже зовут Флора или она все время думает о мести принцессе, поэтому и назвалась Флорой. И теперь она почему-то тайно покинула отбор, чтобы отомстить строптивой принцессе!
- Но почему она в принципе пришла на отбор, а не сразу отправилась в столицу демонов? – спросил Жемчан.
- Ну не знаю…. Например, ей надо было время затаиться и набраться сил…
- Я сам из Довака. – сказал Риель. – Городок маленький, закрытого военного типа. Поэтому я знаю ВСЕХ девушек ее возраста на пересчет. Их не так много. Это парней я мог всех и не знать, так как там каждый год парни менялись – одни приезжали на службу, через год, отслужив по контракту, уезжали. Приезжали другие. Некоторые парни, конечно же, оседали. Да и меня там целый год не было. Но все равно, девушки там были все на пересчёт. Ни одну из них не звали Флорой.
- Ну тогда она только здесь и иногда называлась Флорой.
- Так может быть. Она же была под личиной, поэтому я не знаю, доваковская она или нет.
- Так, все! – Огил резко прервал обсуждение. – Ничего не знаю, Флора она или не Флора, принцесса она или не принцесса, хочет отомстить убийце своей семьи или не хочет – мне все равно. Единственное, что я знаю и что для меня имеет значение, это то, что она – моя Истинная Пара и я пойду и заберу ее оттуда. А потом уже и буду спрашивать и кто она такая, и что там делает! И если она окажется девушкой из Довака, я лично принесу ей голову ифлонской принцессы!
Принц посмотрел на Огила… с уважением?
Ведь он был прав. Кем бы ни был Арнай и по какой бы причине никого не предупредив, не покинул отбор и оказался в демонической столице, его нужно оттуда вытаскивать. Во-первых, до конца отбора он оставался членом их коллектива, и они должны поддерживать друг друга. А во-вторых, как ни крути, она его Истинная Пара… И его тоже.
- Подожди, Огил, не гони горячку. Да, ты прав, Арная сначала нужно оттуда вытащить, а потом уже задавать вопросы, так как столица демонов Скиттил – не место для увеселительных прогулок. Даже для такого хорошего бойца, как Арнай. Но, давайте вспомним и о двух других пунктах нашего собрания. О Безликих и об отборе. Никто не должен знать, что Улус это я. Никто не должен знать, что у нас появились «дополнительные» эльфы. Иначе это привлечет к нам ненужное внимание Безликих. Тогда делаем так. Огил, ты идёшь за Арнаем. Тебе в помощь даю Моаха… Будешь кривиться, еще эльфенка какого-нибудь подкину… Ладно, ладно, шутка. Расслабься. Но Моах с тобой пойдет. Он очень хороший воин. Как именно вы будете вытаскивать оттуда Арная, мы обсудим с вами чуть позже. А теперь, насчёт отбора. Наша команда все-также участвует в отборе. Нельзя, чтобы мы выбыли из отбора по неизвестным причинам. Это, опять же, привлечёт не нужное нам внимание Безликих. Значит будем привлекать спасённых эльфят, спрятав их под нашей личиной. Итого, у нас из команды выбывает Арнай, я, Моах и Огил. Спасено у нас шесть эльфят. Асад, ты возьмёшь личину Улуса. Личину Арная возьмёт… Карэна. Моаха, Асада и Огила… ребята, как вас зовут? – спросил принц у эльфов.
- Оледоний.
- Иногий.
- Науший.
- Эллалия.
- Оледоний, ты будешь за Моаха. Иногий за Асада, а Науший за Огила. А ты Эллалия…
- Принц, а можно я буду помощницей врача в больнице?
- Ну… Я поговорю с главным лекарем, нужна ли ему помощница. Но все-равно, этот вариант нежелателен. Ведь тогда будут задаваться вопросы. Одно дело, когда об «лишних» эльфах знает два-три дракона, а другое дело, когда весь дворец. Со всего дворца клятву о неразглашении тайны не возьмёшь.
Еще раз оглядев свою команду, принц продолжил.
- Теперь все, кроме Моаха и Огила свободны. Идите тренируйтесь. Мы отстаём от всех команд в тренировках на целую неделю. Вам предстоит хорошенько потрудиться, чтобы через две недели достойно сразиться с остальными командами…. А, придумал, Эллалия, ты будешь моим слугой, который будет катать мое кресло. Надо будет подумать об истории твоего появления и какую личину на тебя набросить. Но, пока можешь идти, прогуляться, подумать над моими словами. Когда я тебя позову, скажешь, что придумала по этому поводу.
Когда драконы остались втроем, Дагеус набрал в лёгкие побольше воздуха, замер и выдохнул.
- Итак, - глянул он на оставшихся. - У кого какие планы?
- Я предлагаю поступить так… - начал Огил.
Но не успел дракон высказать свою идею, как дверь в палату снова открылась и на этот раз зашёл Арон Шагатэ, отец Огила. Прежде всего главный советник поклонился принцу, а потом, презрительно обнюхав Огила, попросил сына выйти с ним из палаты на пять минут.
- Ты снова выпил.
Презрительно констатировал он, когда никто не мог их услышать. Огил, не ответив, засунул руки в карманы, пожал плечами и скосил глаза в сторону. Смысл ему быть трезвым? Чтобы снова помнить? Продолжать переживать? Да и не отцу учить его трезвости.
- Я больше не намерен на это смотреть. Сегодня же ты выходишь из этого отбора, а завтра к нам приезжает в гости мой старый друг со своей взрослой дочерью. Мы намерены вас поженить. Может хоть семейным за голову возьмешься!
- Чем это твой друг так тебе досадил, что ты желаешь смерти его дочери?
Огил сам не понял, как произнес это. Обычно, тихо ненавидя и себя, и своего отца, он всегда оставался уважающим сыном. В память о матери. Но сейчас за него как будто говорил кто-то другой.
- Не понял?!
- Что, отец, ты не понял? Ты же видишь, что я повторяю твою судьбу. Потерял в детстве мать при трагических обстоятельствах. Сильно пью до женитьбы. После женитьбы буду пить реже. А когда… моя жена погибнет, вместо меня защищая нашего сына, перестану пить вообще. Вот поэтому я и задаю тебе этот вопрос. А твой друг, кстати, в курсе нашего семейного проклятия?
- Что… ты… да как ты…. – Арон не ожидал подобной отповеди от своего всегда молчаливого сына. Его слова резали сердце как нож.
Огил не дал ему высказаться. Не до лживых церемоний ему сейчас было. Сейчас где-то там в опасности его Истинная. Может даже, он теряет драгоценные секунды на эти препирательства…
- Во-первых, покидать отбор телохранителей я не считаю возможным. Во-вторых, я уже нашел свою Истинную. И сейчас намерен идти ее спасать. И если, из-за похмелья я не успею ее спасти…. То жить с этим буду хотя бы только я один.
После чего Огил, не дожидаясь ответа отца, резко развернулся и вернулся в палату. Схватил за руку Моаха.
- Ты готов? Нет? Я тоже. Но мы все-равно идем!
- Как? Что? Куда? Мы еще не обсуд…
Договорить Моах не успел, так как Огил создал портал, и закинув туда Моаха, шагнул сам.
В это время где-то в горах… или под ними.
Дверь за Вацлавом, главой безопасности дроу, закрылась еще минут пятнадцать назад. А Всевед, глава Безликих, все еще продолжал смотреть в одну точку. Наконец он как будто очнулся и огляделся.
Он находился в своём кабинете. Широкое, на пол стены и высокое, от потолка до пола, панорамное окно открывало захватывающий дух вид на горы. Всевед встал со своего кресла и подошел к нему. Это окно было волшебным. Оно стало бонусом, премиальными, сверх оговоренной оплаты за одно довольно сложное дело. Ему тогда надо было достать сердце из еще живого демона так, чтобы оно попало к заказчику до того, как перестанет биться. Говорят, что тот демон все еще жив и поклялся отомстить. Всевед невесело ухмыльнулся. Он перестал бояться мести задолго до того, как юным учеником встал на путь Безликих. А тому демону, прежде чем начать мстить, надо сначала вернуть свое сердце. А что такого должно произойти, чтобы алчущие власти драконы позволили кому-либо отобрать у них столь мощный рычаг давления на единственную равную им по силе расу?!!!
Всевед провел рукой по стеклу. Волшебство этого окна заключалось в том, что, когда смотришь в него из глубины кабинета, видны были только бескрайние снежные пики гор. Хотя ни одна из стен кабинета главы Безликих не выходила наружу. Вообще, их пристанище находилось в горах и, одновременно, не в горах. Пристанище Безликих, или, как его называли в миру, Мавригерд, на самом деле находилось в пространственном кармане. А вот вход в него находился в горах. Это тоже было бонусом за одно из выполненных заданий. Только не Всеведом. И даже не Велизаром, на замену которого явился Всеведу. А Велизарову предшественнику, основателю Мавригерда, Василию Косому.
Если подойти к окну вплотную, то открывался такой вид, как – будто смотрящий в окно висит в воздухе над горами. И вот тут можно было «управлять» видом из окна. Мысленно переноситься по своему желанию в любой уголок мира и в режиме реального времени видеть то, что там происходит. Главное правильно задавать координаты. Назвать либо наименование местности, либо имя того, кого хочешь увидеть.
Очень удобная штука. Но сейчас ему нужно не это. Всевед отвернулся от окна и продолжил осматривать свой кабинет. Рядом с окном стоял массивный письменный стол из дорогого красного дерева. За ним - из такого же дерева, крутящийся стул. Перед столом стояло кресло для посетителя. Оно было жёстким и неудобным. Чтобы посетители не чувствовали себя здесь как дома и, сидя чуть ниже хозяина кабинета, не забывали, что находятся в гостях.
Вдоль двух стен, по бокам от стола и окна стояли шкафы, забитые редкими книгами. Ну и не очень редкими, тут еще были женские романы, которые Лесси оставляла тут, думая, что он не знает. Вредина. Он не стал их убирать даже после ее смерти. Прошло более двадцати лет, а здесь даже осталось стоять ее любимое кресло – качалка, в которой она любила читать книги. Он позволял им обоим такую слабость – ее присутствие в его кабинете в любое удобное ей время. А если ей этого хотелось, когда в его кабинете находился посетитель, то он просто набрасывал на нее полог невидимости. Дверь в его кабинет находилась на противоположной от окна стене. Когда в его кабинет заходил очередной посетитель, он, в первую очередь, цеплялся глазами за заснеженные вершины гор и на какое-то время терялся. И пока посетитель приходил в себя, наблюдающий за ним в стороне Всевед успевал его осмотреть и сделать для себя безошибочные выводы, как себя с ним вести. А вот всю остальную стену, вернее, ту ее половину, которая находилась напротив письменного стола, занимал огромный, от потолка до пола, аквариум. Вот этот аквариум достался этому кабинету уже от Велизара. Что-то он такое сделал русалам, что те создали вот такой вот доступ к их царству. С одним условием – исполнение только трех желаний. Затем этот аквариум будет играть только декоративную роль. Рыбок там покормить, с русалами в нарды сыграть, в гости к русалам сходить на Новый год… Два желания из трех истратил сам Велизар, а вот третье желание передалось по наследству уже Всеведу. Всевед находился у власти уже три тысячи лет, но ни разу у него не было нужды использовать это третье желание. Справлялся своими силами. Наверное, он его так и передаст по наследству своему преемнику непотраченным. Немного времени уже осталось.
Всевед подошел к стеклу аквариума и положил на него раскрытую ладонь. Вот уже сколько лет это означает для рыб, что их сейчас будут кормить. И ведь приручила их к этому Лесси. Всевед вспомнил, как она проговаривала ему, тряся своим изящным пальчиком: "Во-первых, кормить взрослых рыб необходимо не чаше 1-2 раз в день. Мальков чаше. Во-вторых, количество корма должно быть таким, чтобы за одно кормление оно должно быть съедено рыбками за 2-3 минуты. В-третьих, корм не должен опускаться на дно!" Он смеялся и спрашивал, зачем она ему это говорит? А она отвечала, что мало ли, вдруг не вернется вовремя... И однажды она не вернулась... Вообще. Теперь ее рыбок кормит он, Всевед. А рыбки даже и не почувствовали разницу. Всевед поддержал ладонь на стекле и слегка похлопал ею. Тут же к стеклу начали сплываться самые разнообразные рыбы. Вот рыба- треуголка, яркая рыба с характерным наростом на голове. А вот мелькнула яркая стайка мелких антиассов. Проплыла, величественно загребая лапами воду большая зелёная черепаха. А вот серебристая с чёрной полосой барабулька. Узкая и разноцветная рыба-бабочка с рыбой-клоуном.
Нажав пальцем на характерный выступ на стене возле аквариума, Всевед дождался, когда оттуда выдвинется маленькая металлическая коробочка. Засыпав в нее корм, древний вампир аккуратно задвинул ее обратно и сел в свое кресло. Какое-то время понаблюдав за кормёжкой, Всевед набрал пару цифр на купроне**. Дождавшись, когда ему ответят, сказал:
- Велемира, зайди ко мне.
- Уже бегу отец.
Велимира была его с Лесси дочерью. И чем старше она становилась, тем больше походила на свою мать. Сейчас, в свои 23 года она стала ее полной копией. Дочь вампира – Безликого и вампирессы - простолюдинки, она не обязана была становиться на путь Безликих. В Веленарии, в стране вампиров, в самой столице, Идогении, на ее имя было приобретено поместье. Рядом с поместьем ее бабушки и дедушки, родителей Лессии. Становление Безликим было добровольным и обещало кучу тяжёлых и опасных для жизни испытаний, но она достойна прошла их и сейчас была полноправной гражданкой Мавригерда.
- Да, отец! – в комнату ворвалась высокая, стройная девушка. Чёрные прямые волосы, бледная, фарфоровая кожа, огромные чёрные глаза, обрамленные густющими ресницами. Девушка была одета в черный брючный костюм – тройку, выгодно подчёркивающим ее фигуру и бледную кожу. Вампиры хоть и живут несколько тысяч лет, но совершеннолетие у них наступает, как и у быстросгорающих людей, - в восемнадцать лет. И за эти пять лет, к девушке уже много раз сватались. Но она отвергала всех сватов. И Всевед знал почему. Потому что сердце его дочери было занято наследным принцем демонов.
- Садись, моя дорогая.
Всевед повёл рукой и полог невидимости спал с небольшого, но уютного диванного уголка, разместившегося у одной из стен с книжным шкафом.
Велимира забралась на диван с ногами, а Всевед расположился в кресле напротив.
- Знаешь, отец, я тут долго думала и тоже решила принять участие в отборе на главу Безликих.
Всевед улыбнулся. В Мавригерде время смены глав была не совсем такой же, как и у многих цивилизованных государств – не по истечении определённых лет правления, а когда укажет оракул.
А причиной этого было то, что в Мавригерде не было какой-то строго определённой расы. Гражданство Мавригерда получали самые сильные, ловкие, отвязные, бесстрашные, кровожадные и отважные разумные существа. Раса не имела абсолютно никакого значения. Пройдя испытания, любой, будь то хоть вампир, хоть человек, хоть эльф, хоть гном, рвали связи со своим прошлым и рождались заново мавригердцами. Или, другими словами, Безликими. Для этого проводили специальный ритуал.
Говорят, что Василий Косой, основатель Мавригерда был вообще человеком… с иного измерения. Его по ошибке перенёс сюда один драконий маг. Маг хотел перенести в этот мир девушку, про которую звезды сказали ему, что она Истинная тогдашнего наследного принца. Но вместо нее перенёс Василия. Как потом выяснилось, Василий оказался не только одним из главных Безликих в своем измерении, но и родным братом этой девушки. В итоге тому драконьему магу пришлось платить Василию «откупные» и за сестру, и за несанкционированный перенос самого Василия. Так появился Мавригерд.
Велизар был наследным принцем светлых эльфов… Говорят, что его изгнали из родной семьи потому что его не осторожный поступок привёл к проклятию всего его рода.
А Всевед… Всевед родился и вырос в трущобах Идогении. Так вышло, что сначала он выжил в них, а достигнув совершеннолетия, ушел из столицы в поисках лучшей доли. И вот сейчас, спустя более трех тысяч лет, он сидит в кабинете главы Безликих и ждёт отбора нового главы Безликих, чтобы узнать, кто отправит его на почётную пенсию.
Но дела никого не ждут. Надо же было исчезнуть тем эльфятам так не вовремя! Еще каких-то пару месяцев и он бы, довольный, ушел на покой, а теперь нет, разбирайся с этим заказом дроу.
- Приходил Вацлав, начальник безопасности дроу. У них из-под носа увели шестерых пленников. Светлых эльфов. Очень просили найти. И самих эльфов и тех, кто увел. До этого он приходил неделю назад. Тогда я сказал ему, чтоб приходил через неделю и я тогда назначу свою цену. Так-то, я мог это сделать и на следующий день, но дроу – не та раса, с которыми надо быть отзывчивыми и сговорчивыми. Пусть потомятся в ожидании. Для их кармы полезно будет. Ты же знаешь мне достаточно знать настоящее имя, чтобы в режиме реального времени увидеть, где этот человек и что он делает. И я узнал. И ты знаешь, что выяснилось? Увели эльфов четыре дракона, два человека, два эльфа, один русал и один кот – оборотень. Драконы все аристократы. Один из них – наследный принц драконов Дагеус, которого, кстати, дроу подрезали бластером и сейчас он парализован. Другие два – Моах и Асад, верные друзья принца, а четвёртый… - тут Всевед сделал паузу, внимательно вглядываясь в лицо своей дочери. – Огил Шагатэ.
Рука девушки непроизвольно сжалась в кулак.
- Да, моя дорогая, тот самый выросший, в свое время не обученный, драконенок, который, по неопытности сжёг своим огнём Лесси и жизнь чьей матери я забрал взамен… Так вот, дальше. Одним из людей в этой компании оказалась ифлонская принцесса Флора. Оказавшаяся Истинной как для Дагеуса, так и для … Огила.
- Но… как так? Так разве бывает?
- Так не бывает. Но у Флоры есть маааааааленькая тайна, о которой она еще толком ничего не знает. Она магнесса божественного уровня. Она создала свой клон. Но, так как она не знает о своих способностях, она думает, что создала голема. Но голем это разумная кукла. Он практически ничем не отличается от человека, кроме как не способностью родить, произвести потомство. Но принцесса создала НЕ голема. Она создала ДРУГОГО ЧЕЛОВЕКА. Который также может и родить, и быть Истинной парой для дракона. Так вот дальше. Второй человек – это простой рыбак из Довака. Один из эльфов оказался родным братом одной из пленниц, Карэны. Второй уже стал ее женихом. Жемчан – магически одарённый русал. Пум – просто оборотень с ипостасью кота. Одного из похищенных эльфов тоже подрезали бластером. И ему повезло меньше, чем наследному принцу. Ему раскроило череп. Из оставшихся эльфов, две эльфийки, три эльфа. И вот всех пятнадцать мы должны ликвидировать. А по одному из немногочисленных табу Безликих, составленных нашим основателем, мы не трогаем особ королевской крови мужского пола. То есть, остаётся четырнадцать человек. Тринадцать из них в драконьем дворце, а Флора сейчас готовится выйти замуж за… Иврия Кровавого.
- Отец, - лицо девушки превратилось в камень. – Что ты ответил приходившему сегодня Вацлаву?
- Я назначил ему цену.
- И?
- Он согласился.
- Я так понимаю, что ты отдаёшь это задание мне?
- Да, моя дорогая.
- Отец, я люблю тебя!
Юная вампиресса крепко обняла своего отца и тут же в лёгком хлопке исчезла.
- Ты, главное, будь осторожна! – уже в пустоту сказал древний вампир. Глянул в сторону окна.
«Нет, я не буду смотреть на это», - все-таки решил он. «Достаточно того, что я позволил ей стать Безликой и дал это задание".
И древний вампир, до этого вполне бодро передвигавшийся по своему кабинету, ссутулившись и тяжело шаркая, медленными шагами подошел к книжному шкафу напротив. Сел в любимое Лессино кресло – качалку. Немного в ней покачавшись, встал и начал по одной доставать те книжки, которые в свое время засунула туда Лесси.