В стародавние времена осенью финишировала российская серия Mazda Sport Cup. Мы попросили Михаила Конончука, неоднократного участника этого действа, поплыть по волнам памяти и рассказать про то, как там все было.
Sport Cup — как много в этом звуке! Хоть последняя гонка этого любительского чемпионата состоялась аж шесть лет назад, эмоции меня распирают до сих пор. Почему?
Потому что Mazda Sport Cup — больше чем гонки или тусовка единомышленников. Это целая жизнь, которую мы проживали каждое лето. Журналисты, владельцы Mazda и корпоративные клиенты с замиранием сердца ждали нового сезона, потому что точно знали: все снова будет знакомо и при этом совершенно иначе. Новые трассы, новые коварные испытания от организаторов, а главное — новые люди, которые неизменно становились родными.
Иначе нельзя: для успеха в Mazda Sport Cup недостаточно быть крутым гонщиком. Случайно сформированная команда должна стать единым механизмом, который умеет адаптироваться к самым разным дисциплинам. Как вам соревнования на экономичность, когда надо удержаться от соблазна втопить по свежепостроенной трассе Формулы-1 в Сочи? А гонки на стабильность, где от пилота требуется не чистая скорость, а умение проезжать круги с максимально близким темпом?
Реакция, физическая форма и даже эрудиция были так же важны, как и умение быстро ездить. Ещё «спорткаповцам» нужно было четко строить тактику, досконально ориентироваться в тонкостях регламента и мгновенно принимать решения, когда ситуация на трассе переворачивалась с ног на голову.
Но главное — все равно гонки. Самые настоящие! Кульминацией каждого этапа были заезды «боевых» Mazda MX-5 Aori: с каркасом безопасности, на гоночной подвеске и с голым металлом вместо салона. И когда десяток этих злых, но послушных машин боролся на трассе колесо в колесо, все становилось совсем всерьез — настоящая драма, электричество по нервам и захлестывающие эмоции на финише.
Сейчас, оглядываясь назад, понимаю, что не так важно, какие чувства я испытывал — восторг победы или горечь поражения. Главная ценность заключалась именно в самих эмоциях. В этой маленькой, но очень настоящей жизни, которую с удовольствием прожил еще хотя бы раз.