Мою кошку зовут Бася. Так её назвали в приюте. А в приюте она оказалась потому что стала жертвой вируса. Незаразного для человека, но опасного для других котов. Поэтому держали Басю в изоляции.
История такая. Несколько лет назад у меня на канале «Москва 24» был проект «Правда-24»: во время интервью хронометражем 24 минуты (как правило, в прямом эфире) на экране бежала строка с телефоном приюта и у зрителей была возможность забрать животное, которое во время разговора тусило в кадре (впрочем, коты чаще всего просто сидели со мной на диванчике или на коленях у гостей).
Эфиры были ежедневными и за три года (с 2012 по 2015) мы пристроили сотни бездомных зверей.
Однако брали прежде тех пушистых, что «засветились» непосредственно в руках знаменитого собеседника; например, голубоглазого котенка Брюса с коим в студии поиграла «оголтелая собачница» Александра Захарова пожелали «усыновить» сразу пять семей – устраивали конкурс.
А котика Лёву, которого чуть не забрал себе Юрий Соломин, приютские активисты после передачи отправили в Скандинавию – новые хозяева взяли на себя хлопоты по транспортировке (выпуски ПРАВДЫ-24 с этими собеседниками – внизу).
А вот Басю не взяли. Дело в том, что наших зрителей, звонивших во время и после эфира предупреждали обо всех нюансах; ну, чтобы минимизировать риск возврата или того хуже – избавления от животного. Бася, напомню, кошка, больная неизлечимо. И после этой инфы энтузиазм потенциальных владельцев хмурой «британки» резко испарялся.
Такие дела.
Есть нюанс. Ничего не готов сказать насчёт кошачьего интеллекта, может это и в самом деле – глупые зверьки (помню, Эдуард Лимонов в книге «В плену у мертвецов», рассказывая о газете «Музыкальная правда», что я издавал в середине 90-х, приговорил, что она «рассчитана на людей с мозгами кошки»), но вот чуйка у них мощнее, чем у двуногих. И кошка плакала, как бы понимая, что дома у неё не будет.
После каждого эфира.
И перед третьим выпуском с ней (помню, Сергей Мазаев тогда был в студии) я пообещал девушке из приюта:
«Если после эфира с «Мазаем» её опять не возьмут, заберу себе».
Надо заметить: породистых брали так же охотно, как и котят, так что шансы были. Гость «Правды-24» сделал тогда для пиара Баси всё, что было возможно: взял у меня кошку, проговорил, что «она ищет утешение, видно, что её обидели», гладил и держал на коленях до конца интервью.
Короче. Было три звонка во время нашего с Сергеем разговора: бабушка, студентка и семейная пара. После описания басиного диагноза никто не перезвонил повторно. Так я и оказался кошатником,,,
С тех пор не оставляю её одну даже во время долгосрочных командировок, не говоря уже об отпусках.
Однако реакция на этих созданий не является для меня лакмусовой бумажкой.
Я знаю, что котов многие (особенно женщины) не терпят и совершенно спокойно к этому отношусь.
У некоторых, как у Миши Ефремова, аллергия.
Другие, подобно «Глюкозе», отымели нерадостный опыт в детстве.
Кто-то просто не доверяет, Вениамин Смехов, например (Он мне говорил: Я дитя войны, поэтому нас остерегали, оберегали. И кошки, особенно собаки были безумные. После войны дети все, если посмотрите на фотографии нашего поколения, бритые были. То есть, жизнь принуждала нас недолюбливать, опасаться и собак, и кошек).
Любить или терпеть никто не обязан.
Однако я не могу сохранять толерантность в отношении тех, кто может убить животное.
Или просто обидеть.
Лену Ленину, между прочим, приглашал в эфир после скандала с выкрашенным в розовый цвет котенком.
Как там, в «Республике ШКИД»?
«У кошки четыре ноги, позади у ней длинный хвост, но трогать её не моги за её малый рост, малый рост».
Это длинный заход перед длинной цитатой. Просто посчитал нужным прояснить, что никогда не был фанатичным кошатником, напротив, в доме всегда были собаки.
Так вот. В ленте «Фейсбука» года три назад узрел такой вот пост:
«Сильное впечатление на меня произвёл поступок моего дяди, который одним движением лишил жизни котёнка, который, когда он ужинал, залез к нему под стол и нагадил. Он вышел из кухни и шваркнул того об угол. Котёнок умер. Я ревела. Но это был эталон мужчины для меня, которому можно доверять и верить. Который всегда защитит.
<...>
Убивать, зарабатывать, бороться, защищать – это мужская природа. Жалеть, рожать, заниматься благотворительностью – исконно женская социализация».
Написала этот манифест молодая и привлекательная женщина. Два высших образования, член Союза писателей и учредитель Фонда помощи сиротам.
Оставил там лаконичный коммент: «Дно». Член СП России ответила мне резко: «Да, Вы занимаете именно эту нишу в пищевой цепочке».
Я отписался от аккаунта женщины-благотворителя и рассказал про этот пассаж своим подписчикам. Не называя никаких имён. Впрочем, даму всё равно вычислили и мне потом в комментариях доложили: «Мы доконали маленькую ведьму. Убрала с проклятьями свой материал».
А жаль, такое надо изучать, внимательно, ведь потом девицы с активной жизненной позицией, учтя свои промахи, баллотируются в президенты, и за них голосуют сотни тысяч.
Меня сам пост не поразил. И то, что он собрал «лайки» тоже неудивительно. Помню восторженную реакцию школьниц на живодёрское видео в сети «ВКонтакте».
А сколько поклонников (и особенно поклонниц) рекрутировала история двух садисток из Хабаровска (в 2016 году полиция Хабаровского края после скандала с двумя юными живодёрками завела уголовное дело по статье «Жестокое обращение с животными», как того и требовала общественность, но в качестве обвиняемой по нему проходила только одна из них — из неблагополучной семьи, а вот у её подружки с семьей всё в порядке: оба родителя – сотрудники силовых структур). Помню, Николай Усков в программе «Право голоса» вспоминал, как он в детстве мучил кошек и утверждал, что это практикует «большинство».
Реакция читателей на мою запись в целом была предсказуемой. Но! Но была ряд замечаний, которые меня… эээ, как бы изящней сказать… озадачили.
Моя ТВ-коллега написала про писательницу, восторгающуюся своим мужественным дядей, «шваркнувшим» котенка:
«Скрепы вместо мозга… барышня наверно патриотическая и православная, зуб даю… они все очень добрые, любят настоящих мужиков».
Ну и тут же нашлось несколько солидарных, которые набросали реплики а ля Божена, про «православие головного мозга».
Вот откуда это? Что происходит в головах? Почему люди одной среды и одного воспитания воспринимают друг друга, как собаки – кошек? Из-за чего с такой легкостью навешиваются ярлыки подобного рода? Из-за активности РПЦ? Скандала с «Пусси Райот»? Какого либо другого скандала?
Причину, по которой зрители моей передачи не решались взять больную Басю к себе домой – понимаю. По каким резонам кошек числят глупыми – вижу. Это оправдывает в моих глазах жестокость к этим хвостатым? Отнюдь. Напротив, отягчающее обстоятельство.
В чём природа девичьего восторга, уважающего мужчину, который легко и буднично убивает котенка (то есть решительно устраняет помеху) – осознать (не значит – простить) могу, читал несколько книг.
Но вот животную неприязнь к религии и готовность просто так назвать «православнутой» любую дрянь, встреченную на просторах соцсетей – принять не готов.
Впрочем, лучше быть атеистом, чем живодёром.
Максимальная санкция по статье 245 УК РФ («Жестокое обращение с животными) составляет два года лишения свободы — при условии, что преступления совершались из садистских наклонностей, в составе группы и по предварительному сговору.
Вот, кстати, скрины того памятного поста и некоторых комментов у меня в Фейсбуке:
Ну и несколько комментов на мою реплику:
«Не хотите вспомнить опус талантливого Прилепина, в котором его персонаж – родной дед (автор им не налюбуется) так же умело шваркнул об угол щенка? Когда малолетние дети, не понимая, мучают животных, это нормально совершенно, хотя и плохо. И не стоит делать из мухи слона, потому хотя бы, что жаркое в вашей тарелке тоже плод убийства, как и меховая шапка. А вот тип хамовитого азиата в роли образца для подражания – это уже идеология, наступление на нравственность».
«Ну и дядя.. потом он и с женщиной в постели так же будет обращаться-скотское поведение. Некоторым это нравится. Но это не мужчина-это быдло. Видела как в Америке огромный полицейский раздолбал стену чтоб достать оттуда малюсенького котеночка подававшего голосок. А потом огромными ручищами его гладил и ласкал... Вот это было зрелище.. Скажете не мужик? Мужик с большой буквы в отличии от нашего быдла».
«Жестокость по отношению к животным недопустима. Но гадить под столом у хозяина во время трапезы тоже не надо. Подмочена репутация кошек, как чистоплотных и неглупых животных. У моей подруги была кошка, которую зверски хотелось убить всем, кто приходил с ней в дом. Мерзкая альбиноска, невероятно злобная по отношению к своей хозяйке в первую очередь. Лена всегда ходила с рваными ранами на ногах и руках. Квартира была обгажена до невозможности, мебель и обои разорваны в клочья. Все друзья Лены спрашивали: "Зачем тебе это чудовище? Она же тебя ненавидит! Давай найдем способ избавить тебя от этого кошмара" Но Лена очень добрая женщина, кошку в обиду не давала и никуда не отдала. Любила ее как могла, несмотря на то, что это животное превратило ее жизнь в ад. Через пару лет эта кошка заболела (наверно от своей лютой ненависти) и сдохла. Какое счастье! Все вздохнули с облегчением, а Лена плакала...».
«Раньше умные свахи учили матерей девушек "на выданье":" смотри, как жених обращается с кошкой. Гладит - будет жену любить и жалеть, пинает, бьёт - будет с женой грубый и жестокий ".»
«Отношение к животным - это как раз и есть лакмусовая бумажка, определяющая нравственный уровень человека. Человек, способный проявить неоправданную жестокость в отношении животного не осознает принципов гуманности и вполне может совершить подобный поступок по отношению к человеку. Считать такого человека эталоном для подражания означает принять его жизненные принципы, как минимум им не противоречить (ну порыдала, да, котенка жалко и живем дальше). Все сомнительные с точки зрения гуманизма действия должны в обязательном порядке подвергаться критике независимо от авторитета и значимости человека. Только так можно будет преодолеть порочный круг, когда дети вмести с положительными характеристиками родителей и близких наследуют негативные привычки и установки. Важно принять установку, что нет ничего важнее жизни и обрывать ее без крайней необходимости (в порядке самозащиты, в качестве избавления от страданий и т. п.) есть тяжелейшее преступление - одно из немногих, которое невозможно исправить ничем, ведь убитого не воскресишь».