Простые таджики в далёких горных кишлаках не принимают денег путника.
Путник – это посланник Аллаха Всевышнего. Гость – это Божий дар. Если хозяин гостя принял хорошо, значит, благодарно принял Божий дар и Аллах его благословит. Таковы традиции ислама.
От того в мусульманских странах и регионах гостеприимство – это большая традиция. У них культ гостеприимства просто в крови.
Таджики
Мы делали заброски в горы, когда готовились к прохождению маршрута 5-ой категории сложности по Зеравшанскому хребту.
Заброска – это мешок еды, который не хочется все три недели нести на своём горбу. Этот мешок забрасывается по лёгкому пути в одну из долин, куда мы потом придём сложным путём. Зачем идти сложным путём, когда есть лёгкий? Это что-то вроде службы в армии, где «круглое перетаскивают, а квадратное перекатывают». Вразумительного ответа не существует, просто мы такие чудики.
Зеравшанский хребет находится в горах Памиро-Алая, Таджикистан.
Тогда, делая заброску, мы шли по долине реки Волганд и местный мужичёк охотно нам помог. Он загрузил 4 наших рюкзака на своего ишачка, и мы прошли вверх по долине налегке. Деньги не берут, мы обычно давали сладости для их детей. Да здравствует Таджикистан!
Киргизы
Другой случай произошёл в Киргизии, в 2009-ом. Нас угостила киргизская женщина.
Мы с Андрюхой прибежали в санаторий в долине реки Ала-Медин. Бежали в столовую, в надежде что-нибудь вкусного там перехватить. Когда мы пришли, столовая была закрыта. «Поцеловали замок», как говорится.
Рядом проходила женщина с ребёнком. Мы просто спросили, во сколько столовая откроется, и сели в тени подождать. Через несколько минут она подходит с лепёшками: «Ребята, покушайте». Видимо, настолько у нас были голодные глаза. Да здравствует Кыргызстан!
А почему, собственно мы так оголодали, что неслись в столовую как ошпаренные?
У нас тогда сильно растянулся маршрут. Не по плану. Часть команды сошла в самом начале, и нагрузка на оставшихся участников возросла. А остались 4 женщины и нас двое дураков, которые делали всю тяжёлую работу. Запланированные 11 дней растянулись на 18. Но еда так не растягивается. Её было откровенно мало, кроме того, одну из наших забросок раздербанили суслики. Тот поход стоил мне 12 кг.
Кавказский горец с роскошной бородой и непредсказуемый майский Эльбрус.
Непредсказуемость Эльбруса проявилась в полном противоречии прогнозу погоды. Мы пошли вдвоём с другом. Мне нужно было побороть последствия клещевого энцефалита.
После акклиматизации мы предприняли попытку штурма. Неудачную. На 4800 нас накрыла пурга. Ветер продувал насквозь. У Андрюхи (уже у другого, тот служил на флоте, этот в ВДВ) начала болеть голова от горной болезни. Мы решили повернуть обратно.
Шли по высокогорной дороге, в пурге. Рядом останавливается ратрак, водитель машет нам, чтобы залезали в кузов. Он подбросил нас до базового лагеря на 4000. Проводил улыбкой, запомнилась его роскошная кавказская борода.
«Пусть наши горы не знают позора, выпьем за наш Кавказ!»
До будущей горы...
С вас лайки, с нас байки.
На батарейки в навигатор, снарягу, на замену изношенных ботинок, чтобы автор радовал новым полезным контентом благодарных читателей
👇👇👇