Бабушка как всегда меня спросила, как у меня на работе? А что мне ей ответить.
- В отпуск меня отпустил новый начальник. Сказал сейчас мне тяжело таскать мешки и большие ящики. Они сами пока справятся.
- Как же так, Мариночка. Я же вижу, что ты расстроилась. До декретного отпуска не доработала.
- Все равно бы он мне ничего не заплатил. Жадный он, бабушка. По нему сразу видно. Начал свои порядки устанавливать. Территорию заставил меня убирать, а мусор не куда складывать. Вот пусть теперь сам разбирается. Плохо, что меня теперь никуда больше на работу не возьмут.
- Ты не горюй, дочка, все будет хорошо. По скромнее, но проживем. Только вот помочь нам с тобой не кому, - горестно сказала бабушка.
Я легла на диван и застыла, ни о чем не хотелось думать. Ну почему судьба так распорядилась мною. И долбит, не переставая. Только одно образуется, а тут на пороге другое. Бабушка что-то еще говорила, а я ее не слышала. Но вот она что-то притихла. Встала посмотреть, что с ней. А она лежит на кровати и за сердце хватается.
- Бабушка, миленькая, что с тобой, где тут наши таблеточки. Сейчас я тебе и капелек накапаю. Попей, вот так, хорошо. Сама же говорила, что ничего страшного не произошло, проживем. Ну как, тебе по лучше стало.
- Ты иди, отдыхай, Мариночка, а я отлежусь, и все в норму встанет. Слишком много навалилось всего на нас с тобой. Но мы выдержим, не будем сдаваться. Хорошо, что я ребенку все приготовила. На первое время хватит.
Я подошла к окну и встала за шторкой. В голове сверлила одна мысль, как же мы будем сводить концы с концами. Где-то нужно искать работу, но где. Пока еще положение не так заметно, может, где и пристроюсь. Завтра на базар пойду.
А кто это к нам завернул, мужчина какой-то. Так это Ванек идет, что же он хочет мне сказать. Мы прошлый раз с ним обо всем поговорили. Подбежала к двери и открыла ее.
- Ванек, ты откуда, а я тебя и не ждала.
- Ну и зря, а я пришел восстановить справедливость. Прихожу сегодня в магазин и про тебя спросил. А мне Вера сказала, что тебя выгнал новый хозяин без выходного пособия. Это не справедливо. Давай собирайся и пойдем. Я ему сейчас все скажу, будет знать, как людей обижать. Ты чего раскисла, все хорошо будет, - и он потащил меня за руку.
Ты постой около магазина, я сначала сам с ним поговорю, - он скрылся в магазине и через несколько минут позвал меня.
- Ашот значит. Вот так Ашот, если она тебе не нужна как работник, то выплати ей зарплату за отработанный период. И за три месяца, что ей осталось до декрета. Это будет справедливо. Потому, что она сейчас нигде больше работу не найдет. Ее в таком положении нигде не возьмут.
- А мне какое дело, вот деньги, которые ей тут прежний директор должен. Он мне их отдал.
- Он тебе отдал, а ты работникам не заплатил. Прикарманил, ох, и жадный ты до денег Ашот. До чужих денег, они тебе не принадлежат. Забирай, Марина эти деньги. А теперь еще один расчет. Я жду, иначе в органы прокуратуры обращаться буду. Негоже тебе на новом месте с этого начинать. Над тобой ведь тоже какое-то начальство есть. Я дознаюсь и туда поеду с жалобой.
- Нет надо мной никакого начальства. Но эту девку я не хочу больше видеть в магазине. Вот деньги, он отсчитал из пачки несколько купюр и протянул их мне.
- Подожди, все должно быть по-честному. Должна быть зарплата за три месяца.
- Но она не будет работать, какая ей зарплата, - возмутился Ашот.
- Я сказал, чтобы ты оплатил ей все. Иначе мы ведь с ребятами и сами с тобой можем справиться. И тебе мало не покажется. – Он отсчитал из пачки еще несколько купюр, остальные положил в карман.
- Смотри Марина, этого хватит.
- Почти все заплатил, пойдем отсюда, Ванек. Пусть остается со своей совестью наедине.
- Не так нужно было себя вести, а рассчитать человека по-хорошему. И не по принуждению, а по совести, - сказал он ему.
Мы вышли из магазина и у меня прорвались слезы. Они стекали по моему лицу.
- Ну чего ты расплакалась, все же хорошо закончилось. Уезжаю я на днях на заработки, - сказал он, - кто тебе помогать будет. Я как устроюсь на новом месте, позвоню тебе. Твой телефон у меня есть. Вчера в записях Ирины нашел.
- Спасибо тебе Ванек, - я уткнулась ему в грудь, - если бы не ты, нам с бабушкой туго пришлось. Этих денег нам пока хватит на первое время, экономнее будем. Да бабушка пенсию получает. А там что-нибудь придумаем.
- Держись, Марина, теперь уже я домой не скоро появлюсь. Делать в поселке нечего, а безработным на шее родителей сидеть не буду. – Он поцеловал меня в щечку, и не оглядываясь пошел по дороге.
Переживает не только за меня, а еще из-за того, что натворила его сестра. Я так думаю. У него в городе невеста есть, учится там. И они вроде бы поговаривали пожениться. Мне так Ирина говорила.
Забежала в дом, тишина, и я закричала, - бабушка, миленькая, я денежки получила. Рассчитал меня хозяин. А ты чего лежишь, еще и не вставала. Ну, ка давай тихонечко поднимемся. Вот так, обопрись на меня. Пойдем в зал, и я тебе все расскажу.
- Доченька я так рада за тебя. Ты из этих денег на кроватку ребенку выдели, где он спать будет? – взволнованно сказала она.
- Кроватку мне дадут. Вот теперь не знаю кого просить, чтобы привезли. Мне одна женщина предложила и совсем бесплатно.
- Мир не без добрых людей. Тогда я спокойна. Все у ребеночка будет. Одеяльце я купила, оно в шкафу лежит, тебе еще не показывала. Мне Лида помогла. Она в магазин за детскими вещами ходила. Плохо их нет рядом, помочь не кому.
- Бабушка, миленькая, спасибо тебе. Что бы я без тебя делала. Ты только не болей. И Ванек завтра уезжает отсюда, на заработки.
- Вот бы тебе хорошим мужем был. Такой хороший парнишка, - приговаривала бабушка.
- Нет бабушка, у него есть девушка, которую он любит. А я, люблю своего парня. Никуда она не делась эта любовь.