В молитвенной позе, которую она принимала каждое утро, было нечто проникновенное: зажигала свечу перед образом, повязывала белый шелковый платок и садилась на больные колени - в этом положении прошептывала молитвы одну за одной - на память. По обыкновению в это время в квартире царила томная тишина, не прерывая никем - и женщина молилась на протяжении часа. Поднимая влажные от благодарных слез глаза к образам, она шевелила белесыми губами, изредка демонстрируя сероватые зубы. Женщина беспрестанно молилась, кланяясь и прижимаясь сухим лбом к холодному полу. И ей казалось, чем ожесточеннее она молится, чем горячее будет ее молитва, тем легче будет служиться ее единственному сыну - он сейчас воевал на чужой стороне. Молоденький - ему не было и двадцати двух лет. Каждое утро женщина вставала на пару часов пораньше, чтобы один благословенный час своего нового дня посвятить молитве. Однажды в одно такое утро она почувствовала за своей спиной чье-то горячее дыхание, будто кто-то большой и мо