Кто из Санкт-Петербурга, может быть, знают, что есть у нас в городе огромный заброшенный Кировский завод. Я сам увлекаюсь экскурсиями по заброшенным местам, и однажды бывший одноклассник, знающий об этом, попросил показать ему что–нибудь этакое. «Свои» места я обычно не раскрываю, а про Кировский завод знают, пожалуй, все, кто мало–мальски этим интересуется, так что именно туда я его и повёл.
И вот, шли мы с ним по главному цеху размером с половину футбольного поля, беседовали. Друг раскрыл большой чёрный зонт, так как в тот день временами шёл дождь, и с потолка местами лились целые водопады. И тут метрах в двадцати от нас через окно залезли две девочки лет четырнадцати. Одна другой что–то рассказывала — видимо, как и я, экскурсию проводила. Некоторое время они стояли и смотрели в нашу сторону, потом пошли дальше. Мы с другом покатались на тарзанке, подвешенной на металлический шнур из–под самого потолка, и разошлись по домам.
Ровно через неделю я переписывался в Интернете со своей подругой, с которой знаком больше пяти лет. Слово за слово, что делаешь, как дела — и тут выяснилось, что неделю назад, в тот же день, что и я, она тоже ходила на Кировский завод примерно в это же время и показывала его знакомой, приехавшей из Москвы.
Я рассказал ей про девочек и описал, как они были одеты. Она заявила, что это были они. Но я же знаю, как выглядит моя подруга, и она совсем не тянет на 14-летнюю... Я спросил у неё, не видела ли она нас, и она сказала, что нет. Получается, что она не видела двух высоких парней, да ещё и с зонтом, в двадцати метрах от себя! А потом она ещё добавила: «Хотела ещё покатать подругу на тарзанке, жаль, что её не было в тот вечер — сняли, видимо».
Ту самую тарзанку, на которой мы в тот день катались.