Казахстанский экономист Петр Своик нашел способ увеличить получаемую республиканским бюджетом валютную выручку за экспорт ресурсов. По его мнению, сейчас за рубеж уходят слишком большие средства – причем вполне законно, хотя ситуация от этого не выглядит менее «грабительской».
На своей странице в Facebook он не только обрисовал для читателей, как работает эта схема, но и выдвинул несколько предложений, которые, по его мнению, помогут изменить ситуацию.
«В прошлом году, например, на $18,9 млрд заработанной чистой экспортной выручки (за вычетом импорта товаров и услуг) из Казахстана было выведено в виде доходов иностранных инвесторов и кредиторов (и еще зарплат экспатов) ровным счетом $24,6 млрд. В результате сальдо текущего счета принесло нам убыль в размере $5,7 млрд», – написал он и добавил, что похожая картина наблюдается уже в течение нескольких лет.
Пока баланс удается поддерживать за счет расходования средств Нацфонда, но это не может длиться вечно. Когда размеры Нацфонда достигнут критического уровня, можно будет девальвировать тенге и убрать минус из платежного баланса года. Однако и эта мера поможет продержаться на плаву от силы года полтора-два.
Для тех, кто задается вопросом, почему так происходит, Своик поясняет, что, во-первых, в Казахстане нет внутреннего кредита (кроме потребительского, направленного на долговое закабаление населения), за чем внимательно бдит Национальный банк. Это механизм.
А в концептуальном плане так происходит потому, что на мировом рынке наша страна является получателем иностранных инвестиций и кредитов с соответствующим вывозом доходов на них. Плюс, разумеется, экспортером различных ресурсов и импортером готовой продукции.
Далее в своих рассуждениях эксперт оперирует цифрами, взятыми с официального сайта Национального банка РК.
Так, всего с 2000 по 2021 год от экспорта товаров и услуг в Казахстан поступило валюты на $1,12 трлн, из которых на импорт товаров и услуг округленно было потрачено $830 млрд. Примерно треть импорта пошла на потребительский рынок, а две трети – на обеспечение того же сырьевого экспорта.
«$318 млрд – это законно вывезенные доходы иностранных инвесторов и кредиторов заодно с экспатами. Часть ушла в офшоры, другая осела в иных иностранных юрисдикциях (без разницы, в каких, ведь вывоз-то – законный!). Это происходит в рамках действующей в Казахстане компрадорской экономической модели и написанного под нее национального законодательства», – заявляет экономист.
Кстати, как утверждает Своик, согласно экспертным оценкам, нелегально из Казахстана вывезли и спрятали в офшорах всего $160 млрд – почти в два раза меньше, чем на законных, так сказать, основаниях.
Эксперт убежден, что 1,12 трлн – это всего лишь часть стоимости вывезенных ресурсов, поскольку вывоз сырья оформляется по так называемым трансфертным, то есть промежуточным, ценам.
«Определяется же такая цена вовсе не конечной стоимостью вывозимого, а элементарно задним ходом – из расчета получения такой экспертной выручки, которую достаточно вернуть в Казахстан для конвертации и оплаты расходов в местной валюте», – рассказывает Своик.
Затем та же нефть продается уже по реальным ценам. Экономист называет такую схему грабежом и предлагает «подтянуть под себя побольше экспортной выручки», для чего, по его мнению, оформление внешнеэкономических сделок нужно «втянуть внутрь страны».
«В чем, например, суть перевода Россией продажи газа «недружественным» странам за рубли и почему Евросоюз так упирается? В бухгалтерском и денежном смыслах, казалось бы, никакой разницы нет – как платили «Газпрому» в валюте и по долларовым ценам, так и будут платить. Однако соль этого решения в том, что конечная сделка теперь оформляется в российской юрисдикции, и за этим потянется такая цепочка», – поясняет эксперт.
Следующей мерой он видит сокращение затрат на импорт, а затем можно будет подумать и о переходе от иностранного инвестирования и кредитования к национальному.