Ушел их жизни политический деятель, влияние которого на внутреннюю и внешнюю политику постперестроечной России еще только предстоит оценить историкам. А его пророческие высказывания по политической проблематике - это вообще отдельная тема, способна затмить авторитет Нострадамуса и Ванги.
Однако хотел бы поделиться и личным опытом общения.
В теперь уже далеком 1991 году В.В. Жириновский был приглашен в Италию на съезд одной из местных политических партий, с которой только что зародившаяся ЛДПР установила "партийные контакты".
По завершении съезда лидер либерально-демократической партии был приглашен в посольство СССР в Риме, сотрудником которого ваш покорный слуга и являлся.
В те времена,в свете горбачевской перестройки, было "политически зрелым" решением предоставлять слово людям формально не входившим в жесткую партийную иерархию.
Почти два часа В.В. Жириновский выступал перед сотрудниками советского посольства, отвечая на самые разнообразные вопросы международной проблематики и внутриполитической ситуации в Советском Союзе. Говорил четко, быстро и аргументированно, чем и вызвал по окончании аплодисменты, которые явно выходили за рамки простой вежливости.
По завершении встречи руководство посольства попросило меня отвезти Владимира Вольфовича в гостиницу. Отель находился в 10-15 минутах от посольства, но его выступление произвело на меня необычное впечатление, сильно отличавшееся от выступлений "партийных бонз", и мне хотелось задать ему еще ряд вопросов, чтобы глубже понять его позицию.
Мы петляли по улочкам Рима больше часа и все это время задавал ему вопросы, на которые практически мгновенно получал достаточно четкие ответы. У меня даже сложилось впечатление, что это просто какой то автомат, способный, без минимального обдумывания, дать убедительный, а главное - аргументированный - ответ.
Но когда мы, наконец, добрались до отеля задал ему последний вопрос, который помню до сих пор.
"Владимир Вольфович, Вы называете себя "вождем" партии, но у всех вождей, будь то: Ленин, Сталин и так далее, были соратники, готовые положить свою жизнь за вождя. Есть ли у Вас такие соратники?"
И тут случилось то, чего не ожидал. Впервые он не дал моментального ответа. Он неожиданно надолго задумался и, открыв дверь машины, каким-то вдруг притихшим голосом ответил:"Да нет. Все больше какие-то обиженные липнут."
На прощание он дал мне свою визитку с домашним адресом и просил обязательно с ним связаться как только буду в Москве. Эта визитка, кстати, до сих пор храниться у меня в документах и, периодически натыкаясь на нее, вспоминаю об этой встрече.
А вернувшись в Москву Владимиру Вольфовичу так и не позвонил. Не знаю почему. Видимо, не судьба...
Но его слова о "партийных прилипалах" вольно-невольно всплывают в памяти, когда приходится слушать выступления того или иного представителя ЛДПР.
Вот, уж, действительно: Нет Пророка в своем Отечестве!