«Кит! Кит! Ребята! Заворачивай!»
«Обратная сторона океана»
Часть II
Глава тридцать восьмая (132)
А пока дует хороший ветер, бакштаг. Яхта идёт уверенно, накренясь на правый борт. Стаксель с гротом широко распахнули свои крылья с одного борта, чем полностью загородили правую часть океана от вахтенного, стоящего за штурвалом. Этот вахтенный сейчас я. Вдруг Артур, свесивший в приятной неге ноги с борта яхты, закричал:
- Кит! Кит! Ребята! – и уже ко мне: - Заворачивай!
Но мне ничего не было видно, кроме левого периметра, не закрытого парусами. Понятно, что кит находится справа, но как догадаться, каким курсом идёт эта громадина, куда крутить штурвал?! Любой из поворотов мог либо приблизить наше столкновение, либо увести от него. Обычно в фильмах, когда до взрыва остаётся несколько секунд, главный герой, сильно напрягаясь и потея, решает, какой проводок у заложенной злодеями бомбы, ему нужно перерезать: синий или красный. В итоге режет тот, который спасает мир от неминуемой гибели, позволяет зрителям, переживающим по ту сторону экрана, вместе со спасителем перевести дух. Вы видели хотя бы один фильм, где проводок оказался не тем?! Только вот мне куда, влево или вправо?! Куда же крутить штурвал?!
Артур вместо того, чтобы выкрикнуть название стороны поворота, что было бы логичнее, сам бросился к штурвалу. Резкий поворот вправо, и яхта выпрямилась, паруса открыли невидимую до этого часть горизонта, на фоне которого уже метрах в пятнадцати, пересекая наш курс, никуда не собираясь сворачивать, подставляя под форштевень, то есть нос лодки, как раз середину своего корпуса, подкатывала огромная серая глыба с желтоватой спиной. Ещё бы миг, и не избежать столкновения. Руль до упора вправо крутим уже вместе. Лодка затормозила и практически встала перед китом, подставив ему для притирки свой левый борт.
Кит «облизал» его в полутора метрах над водой и чем-то ласково «пощекотал» яхту и наши нервы под ней. Он был не крупный, чуть больше самой яхты. Большой левый, как казалось, застывший глаз (а правый нам так и не суждено было увидеть) и дырка для извержения фонтана, в которую смогли бы свесить ноги, как мне показалось, человека три, если бы сели друг напротив друга, проплыли арт-объектами перед открывшими рты членами экипажа.
Говорят, что киты близоруки, может, поэтому он решил посмотреть на «Аиру» в упор? Потом я упрекал себя, что не так быстро вышел из оцепенения и с опозданием дёрнул за фотоаппаратом вниз. Как ни спешил дрожащими руками вытащить из рундука кофр, из него фотоаппарат, на ходу выставляя на глаз нужные позиции объектива, но только то и увидел, что хвост кита, скрывающийся в водах Атлантики. Лучше бы остался и полностью лицезрел это представление.
Кит же, не увеличивая расстояния между нами, прошёл мимо, демонстрируя свою мощь и, по его глубокому убеждению, своё подавляющее превосходство. Потом, сорвав фотоссесию, с шумом выдохнув воздух, взял и ушёл под воду, утопив последним этот самый хвост, которым бы мог накрыть всю нашу корму. Под его хвостом хватило бы места всем членам команды, чтобы спрятаться от палящего солнца в центре Атлантики, и, конечно, одного удара им было бы достаточно для воссоединения левого и правого бортов нашей «консервной банки». Но кит был миролюбив. В его большой голове на наш счёт наверняка были какие-то мысли, но никто не спешил влезать в эту голову и тревожить её содержимое.
Буквальность возможного вхождения была исключительно гастрономической и потому в нашем случае вызывала не совсем приятные ощущения. Плывёт мыслитель, ну и пусть себе плывёт! Сытый желудок, спокойный нрав, отсутствие особых желаний у кита – такая малость! Что ещё нужно для нашего дальнейшего счастливого плавания?! Слава богу, что всё это произошло в час тридцать дня, а не ночи!!! И хорошо, что на баке в это время сидел Артур и полоскал свои ноги в океане. Именно благодаря ему яхта не «поцеловалась» с китом.
Знакомясь с морской литературой, всегда можно найти сюжеты столкновения яхт с китами. Но, честно говоря, преодолев значительное расстояние, я слабо себе представлял, что в таком огромном океане могут столкнуться, в буквальном смысле, эти две маленькие песчинки. Но, оказывается, могут! Мне посчастливилось с полутора метров смотреть в левый глаз кашалоту. Интересно, о чём он всё-таки думал, глядя им в мои широко открытые глаза? И, вообще, он о чём-нибудь думал?!
Чуть позже нас посетила большая стая огромных бело-серых дельфинов. Вот радостные существа! Они явно хотят что-то сказать, вернее, говорят, только, к сожалению, мы, бестолковые, ничего не понимаем, только видим их восторг. Может быть, его-то они и передают нам, хотят показать, как нужно жить?! Сейчас они играют, выпрыгивают из воды в миллиметрах от корпуса лодки, рассчитывая свою скорость так, чтобы не быть перебитыми острым носом яхты. Как им это всё-таки удаётся?! Заворожили. Щёлкаю и щелкаю затвором фотоаппарата.
Позже занимались ремонтом ходовых огней - следствие короткого замыкания в левом фонаре от попадания солёной воды. Генина вотчина – большую часть всех починок он берёт на себя с присущей ему основательностью.
На горизонте показалась громадная чёрная туча. На всякий случай зарифили грот – туча уж больно страшная. Но усиления ветра не произошло. Давление продолжает падать. Судя по описаниям, мы должны пройти барическую ложбину, и ветер должен поменять направление. Так и есть, ветер заходит на север, затем закисает совсем. Безветрие. К 21 часу начало задувать, крутить по всем румбам, к концу вахты получили небольшой ход.
(Продолжение следует).
(Уважаемые читатели, я пишу для вас. Если понравилось, то вы знаете что делать – подписывайтесь на мой канал!).
#кит. #атлантика