I
С чего начать? Попробуем сначала.
Господь ловил креветок у причала.
А рядом был архангел Гавриил,
и Богу в ухо он такое говорил:
– А может, Боже, сделаем Адама?
И чтобы рядом с ним какая-нибудь дама.
За ними будем тайно наблюдать.
Уже в печенках эта благодать.
Ведь скукотища жуткая в раю,
тебя об этом каждый день молю.
Бог посмотрел на ангела с улыбкой:
– А что? Прикол! Пусть будет он с ошибкой.
И чтоб загадку жизни разгадать,
ему придется кое что узнать.
Бог сеть достал и с грустью позевал:
– “Ведро” креветок, черт бы их побрал!
– Я здесь, создатель! Ты меня позвал?
– Тьфу, вырвалось. Змеюка тут как тут.
Хм.. Эй, Гаврюша, может этот плут,
для приключения такого пригодится?
А ну, рогатый, на, испей водицы.
Бог зачерпнул ладонью воду из реки.
— Гаврила, заклинание изреки!
И ангел молвил: -- Пей, и станешь гадом!
Черт испугался: -- Может быть не надо?
Что за фигня? Вот это поворот!
Давайте, лучше все наоборот!
Пускай Гаврила будет вам змеёй.
А я спокойно, со своей семьей,
презрею сдалека на драму жизни.
– Ты только посмотри! Какой капризный!?
Змеёй, всенепременно будешь ты.
Эээ.. Поскольку воровал мои цветы
в саду эдемском.
— Это не я!
— Мне пофик. Пей уж воду.
— Ты говоришь не в рифму. Так нечестно!
— Я - бог. Хочу - и прозой говорю.
Пей жижу, или Гаврилю
скажу, и он тебя втоплю.
— Безграмотно к тому же так...
— Что? Ты совсем дурак?
Перечить богу? Быть тебе змеёй!
— Ну, тут уж шо уж.
— Уж - так уж, не важно.
Хоть я вначале думал о гадюке.
— Давайте жижу, изверги, садюги!
— Ты мой хороший, добровольно согласился.
Бес выпил воду и в гадюку превратился.
— И даже здесь меня ты обманул.
Что за дела! Ну просто караул!
Гаврила в это время поседел.
— Господь, всему же есть предел!
Я чувствую себя как будто вор.
— Оставим, лучше этот разговор.
К тому же плут цветы таки нарвал.
— Нет! Те цветы пошли на карнавал! -
едва не плача, бес протестовал.
—Да? Что ж, неловко дело вышло.
Давай потише, а то вдруг услышат.
Архангел сел и стал смотреть на воду,
он думал так: “Бесячему народу
такое дело, право не почем.
Но если так пойдет, то палачом
не долго стать, походу.”
– Что теперь? Какую же природу
ты вложишь в человека, господин?
Кто это будет? Жаба? Крокодил?
– Какой смешной! Ну что ты, право слово.
Быть крокодилом - это ли хреново?
Здесь надоть хитрость поиметь.
Подумайте. А я, пожалуй, сеть
пойду закину вон за той косой.
Смотри-ка! Этот колбасой
прикинулся. Лежит, не зная срама.
Очнись! Придумать надо облик для Адама.
Бог сеть загреб неспешно и небрежно.
И вдруг, - оказия, конечно, -
Случаяно на змея наступил.
Слегка. Ведь он его любил.
Змей зашипел, и юркнул под Гаврилу.
–Ушел? Он неуклюжий, как горилла.
–Горилла, говоришь? А это тема!
Чертяка, как тебе такая схема:
Господь хотел немножечко изьяна.
Адам наш будет лысой обезьяной!
– Ха-ха, ну чудишь! Лысой обезьяной?!
Ведь это прямо в облике Творца?
Ему такое не понравится…
– Да?! Вот и хорошо! Прекрасно!
– Ой, ну не знаю. Чета мне не ясно.
Как рассказать Ему об этом?
– Зачем рассказывать? Портретом
служить нам будет сам Господь.
А ну-ка, змеюшка, погодь!
Архангел взял кусочек глины..
– Ой! Что ты! Что ты, друг Гаврила!
Мне страшно. Как же? Не спросясь? -
Змей вился плача, и трясясь.
– Погодь, коль я взялся за дело…
Меня, признаться так задело.
Пусть будет за “любовь” награда.
– Что ж, если честно, это правда.
И главно, что гадюкой, не ужом!
“Добрейший боже!?” Мог еще ножом
меня прирезать, и пойти рыбачить.
Давай, Гаврила, действуй! Значит
его слепить из глины - то пустяк.
А дух в него положит кто и как?
Ни ты, ни я в том не имеем власть.
–Ну что ж, тогда придумаем украсть.
А Бог, тем временем, за снастью,
охотничьей влекомый страстью,
в азарте дальше, дальше отходил,
И думал: “Интересно. Крокодил
Гавриле чем таким не угодил?
По-моему, прекрасная зверушка.
Да, в общем-то, как и лягушка”
–Смотри, как далеко ушел Отец.
–И хорошо. Работа под конец
не клеится, не задается.
Послушай, вот уж сердце бьется,
а уши что-то не выходят.
–А как по мне - нормально, вроде.
–Не знаю. Что-то не легло -
ну не такие уши у Него!
–Да брось ты. Этакий пустяк.
Ах, как похож! Вот, разве что синяк
был у Отца под правым глазом.
–Хм… Что-то не припомню. Разве?
–Да я шучу. Но, если честно,
так руки чешутся ему по морде треснуть.
В лице Адама старику я отомщу.
Ух морда! Спит. Ща я ему втащу! -
– Чем будешь бить-то? Ты - змея. Забыл?
Бес от отчаянья завыл.
А Гавриил расхохотался:
–Вот уж напарничек достался.
–Ну ладно, ладно. Спит Адам.
Что дальше теперь делать нам?
Где дух живой для тела добывать?
И - я не знаю - может быть в кровать
его положим? Не на земле же ему спать?
–Скажешь, тоже!
То метит дать ему по роже,
то хочет ему ложе отыскать.
–Ну что ж, теперь готово дело!
В саду, пожалуй, спрячем тело. –
Расправив крылья, Гавриил
Адама ловко подхватил
и полетел неторопливо,
вдоль живописного залива
В божественный Эдемский сад.
Туда же устремился гад.
Судьбу змеиную кленя,
он думал: "Лучше бы в коня
Создатель превратил меня".
Ну вот и сад. Среди дерев,
большой, с крылами бродит лев.
Ему стеречь доверили Адама.
–Создатель спит. Цветы кадамба
навеяли глубокий сон.
Нескоро пробудится он. –
Подельники соврали зверю.
Лев удивился, но поверил.
–Его в траву положим, под кусты,
а ты следи давай, чтобы пустым
всегда был сад, в округе от творца. –
Никто сюда не допускается!
Лев приступил к служению послушно.
Но этим-то двоим придумать нужно
средства для оживления души.
–Пойду, раскинусь мыслями в тиши –
сказал архангел. – Если что, пиши.
–Куда писать? На почту? В телеграмм?
–Ты бред несешь, как-будто наркоман.
Какая почта? Пиши божественным гонцам.
Сейчас я группу там создам.
–Ладно. Отправлю через них голосовое.
–Ах, ты без рук. Ну, Бог с тобою!
Вот, группа называется “Адам”.
Тебя туда добавлю сам.
“Ушел Гаврила. Правда, что за бред?”-
подумал бес, – “Напрасно я в обед
не выпил регулярные сто грамм”.
–О-Кей, Гонцы! А ну, про телеграмм
мне расскажите. Что это такое?
–Ох. Не дадут никак покоя–
послышались над змеем голоса–
–Ответ получен. Это чудеса,
неведомые ныне, но тупые.
Когда адамовы потомки позабыли
как пользовать божественных гонцов,
явились мессенджеры им со всех концов.
То будет через восемь тысяч лет.
Тогда ваще начнется всякий бред…
Ну а пока, живем - не тужим.
Да, кстати, что-нибудь на ужин
хотите ли? В меню сейчас не густо.
Но вот осталось что: пирог с капустой.
–Ах! Мне бы с мясом расстегай.
–Здесь не готовят мяса! Это рай!
–А рыбу этот балаган
не предлагает?
–По вторникам и четвергам
она бывает.
–Ну ладно, подавайте пирожки.
Капуста, блин! Поем, пока дружки
меня не видят. Сколько сраму!
–Теперь послушайте рекламу:
Слався, слався Бог единый,
Отец наш милый и родимый,
Создатель неба и земли!
Его заветам ты внемли!
–Уж я внемлю. Поверьте,
так его люблю! В конверте
этом что такое? Мой пирожок?
–Привет! Меня ты съешь, дружок.
–О Боже! Говорящая капуста.
Чтоб, веганы, вам было пусто!
Живая пища? Вот так страсть. –
Змея раскрыла было пасть, –
–Я из капусты и бисквита,
приятного вам аппетита! –
Опять еда заговорила.
–Ну, хорошо что не из ила. –
И снова пробует кусок.
–А это что за волосок?
–Полезная капуста - жуть!
Ведь увеличивает грудь! –
Бес разозлился не на шутку:
–Зато отвратна для желудка!
Какого черта!? Жрите сами!
Слабо следить за волосами?
В общем, осталася змея голодной.
Удобной часто кажется и модной
картинка яркая и золотая.
Но ты, напрасно всех надежд питая,
в итоге прочитаешь, что в Китае
был изготовлен сей предмет.
Вещица – есть, а вещи – нет.
Ну что же! Вот и солнце на закате,
а Царь Небесный все еще в азарте
по речке ходит взад-вперед.
Должно быть, здорово клюет?
–Окей, Гонцы! Звонок примите в группу.
–Ну что еще? Опять какой-то глупый
носить через пространство разговор?
–А ну молчать! Врубайте свой прибор! –
–Послушно угождаем господину.
Угодно ль сквозь божественну софтину
создать для группы виртуальный мир?
–Ага, пусть будет там веселый пир.
Кабанчика пожарим понарошку,
Пивка попьем и испечем картошку.
Включите просто видео, придурки!
Не поведусь я больше на придумки.
–Тише! Тише!
Простите! Извините! Так уж вышло!
Мы предлагаем только то, что свыше
утверждено божественным советом.
Для вас это является секретом?
–Короче! Группа под названием “Адам”.
Звоните срочно! А не то как дам!
–Исполнено… Не отвечают.
Пока мы ждем, возможно чаю
желаете? –Идите к бесу
Мне больше никакого интересу
нет здесь не есть не пить!
Гаврила, мать твою етить!
Прими звонок! Вопросов куча! –
–Ответ абонента получен.
–Сорян… Стояло на беззвучном. –
Заговорил знакомый голос.
Над бесом появился образ.
–Гаврила! Я устал и беспокоюсь…
–Он нервничает? Вот так новость!
–Да я серьезно. Ты постой.
Что делать? Может ли простой
ответ быть в нашем случае?
Я думаю: не лучше ли
про тело Богу рассказать?
–Валяй. Теперь ты хочешь стать
невидимой бактерией наверно?
Тебе такой завидный рост карьерный
Подходит? Нет? Ну вот что, плут.
Молчи! И этот нервный зуд
в своем уме скорее успокой.
Придумал я такой
шикарный план,
что нас еще похвалят за обман…
Ну, в смысле нас? Меня конечно!
А ты итак достаточно безгрешный.
–Скорее говори! Я весь дрожу!
–Я тело Михаилу покажу.
И заведу с ним разговор,
о том, что надо бы собор
собрать по случаю такому.
Мол, страшно, может это кома?
А на соборе, силой Храма
разбудим точно мы Адама.
Нельзя же Богу на закате
так глубоко и крепко спати –
Проснется с головой больной…
А ты мне что-нибудь подпой.
–Пойдет. Такое явно мы протащим.
А тут Господь явится настоящий?
–Живую статую Тебе изобрели.
Мол, за обман нас, Отче, извини.
Но то во Славу Образа Твово!
Дурного не таили ничего.
Прими, Благой, подарок. Ладно?
–А что? Он до подарков жадный!
Мол, не придумали прекраснее телес,
чем наш родной, любимый Царь Небес.
Да мы, Гаврюша, подвиг совершили!
Герои! Настоящие мужчины!
–Хм. Я думал, змей бесполый. Честно!
–Бессовестный! Тебе я это место
при встрече нашей сразу покажу.
Чтобы ты знал, Бог даровал ужу
их два. Наверно про запас.
–Фу! Мерзкий ты какой. Я пас!
Смотреть не буду. Верю. Замолчи!
А то такое, не дай Бог, в ночи
еще приснится.
–Ну а ты ль? Не птица?
–Не птица я! И хватит уж про это.
Пойду помоюсь от твоих ответов.
–Спасибо, что ужом меня зовешь.
–Ужом зову? Когда? Э--э-э. Ладно. Что ж,
Уж солнце на закате, скоро Бог вернется.
Всему конец, если Адам наш не проснется.
Отца как задержать там, на рыбалке?
–Сейчас я позвоню одной русалке –
В делах таких прекрасно знает толк.
Она должна мне. Пусть исполнит долг.
–Окей! Приступим к исполненью плана.
Через минуту буду у Адама.
–Спасибо. Этот разговор окончен.
Поставьте отзыв нам. Достаточно ли точен
транслируемый образ был? Случайно
не замечали ли каких проблем звучанья?
–Ох. Отвалите вы. канальи!
И видел я и слышал все нормально.
–Отваливаем. До свиданья.
–Погодите. Русалку Лилию мне наберите.
–Выполняем. Связь установлена… Ну, говорите!
–Красавица родимая, привет.
Не виделись с тобою столько лет.
Но ты все так же ярка и пестра.
Ну здравствуй, милая сестра!
–Тьфу на тебя! Ведь только был вчера,
и даже у нас дома ночевал.
Вот хохма! Ты теперь змея?
А помню, говорил, что чешуя
не нравится ему моя.
Ох, ну такой смешной! Однако,
отчего ж змея, а, скажем, не собака!
–Не обижай, пожалуйста, подруга.
Да и сама не обижайся. Мне услуга
твоя вот так вот, позарез нужна.
Будь ласковой, моя княжна!
–Услуга? А за прошлое, с девицей,
вам, сударь, не угодно ль расплатится?
–В долгу я не останусь, право слово.
Поможешь? Если нет - то будь здорова!
–Ох! Ох! Надулся! Ладно, что за спешка?
Давай. Теперь рассказывай, не мешкай.
–Тут в общем-то такое дело. Значит,
там на реке у вас Господь рыбачит.
Его, пожалуйста, ты отвлеки.
Пусть он побудет у реки
Как можно дольше. Очень надо. Помоги!
–Ну ладно. Задержу его до ночи.
–Задержишь? Не обманываешь? Точно!
–Ты сомневаешься во мне, змея?
–Спасибо, Лилия, красавица моя!
Жму, рыбонька. Цем в хвостик, в плавничек.
Пришлю тебе дурной травы пучок.
–Ну нет уж. Тут одной травой
ты не расплатишься со мной.
–И ты ужом меня назвала? Это мило!
–Хм. О чем ты говоришь, чудило?!
Хочу себе из кожи крокодила
в подарок сумку, пояс, сапоги.
—Э-э-э… сапоги? Ты мне мозги побереги!
Ну я не знаю – может юбку для хвоста?
–Не пререкайся! Я не так проста!
И сапоги достань мне, паразит!
Когда русалку ангел соблазнит,
то станет девицей, с ногами от ушей.
А ты, пожалуй что себе чехол пошей!
–Ну ладно, сапоги – так сапоги.
Какой изволите тогда размер ноги?
–Не знаю. Будет пусть сороковой.
–Заметано. Я убегаю. Черт с тобой!
“Он убегает. Вот же чудеса!
как может бегать колбаса?
Ах! Мне смешно?! Сама в такой же муке.
Придумал бог хвост как у рыбы-щуки.
Здесь плакать надо. Почему Творец
лишил нас ног, но не лишил сердец?
И в сердце мы, за то, конечно, –
что скажите, а так ли это грешно? –
имеем зло на Бога Своего.
Ну как же нам не злиться на Него?
А вот и Он. По водной глади ходит.
Гуляет, понимаешь, на природе“ –
Увидела она невдалеке
и поплыла к Нему, вниз по реке.
“Он сеть бросает? Чудно! Вот и пусть.
В те сети я случайно попадусь!” –
Придумала такое приключенье,
и подплывает сверху, по течению.
Все ближе, ближе. Вдруг, удача!
Попалась, и давай рыдать! Так плачет,
что Бог аж испугался: “Не иначе,
русалку я нечаянно поймал”.
–Ты что, слепая? Черт тебя послал!
–Ах, я запуталась в сетях навечно!
Веревки жмут и чешую калечат.
–Беспечно поведение, дитя.
Ну как же угораздило тебя?
–Я просто плавала, за рыбками смотрела.
И вдруг как сильно что-то впилось в мое тело!
Так больно! Господи, спаси!
–Изволь, но, ты, пожалуйста, прости.
Сейчас распутаем тебя, освободим.
–Уже не слышу ног я, Господин!
–Не чувствуешь? Ох, погоди-ка, вроде
хвост у русалки по природе?
Вот, он в порядке. Ну-ка, шевели!
–Прошу Тебя! Ты повели,
чтоб были ноги. Я хочу!
Тогда про этот случай промолчу.
–Ха-ха. Поймать русалку в сети, - это вздор
Какой же мне бояться разговор?
Про это будешь ты молчать?
–Я промолчу, что ты сорвал печать
с моих невинных нежных сладких губ.
И вообще со мною очень груб
Ты был каких-то, м-м-м… полчаса!
–Ах ты зараза! Что за чудеса!
Придумала попасться в мою снасть,
специально, чтоб исполнить свою страсть?
Ну чем русалкой плохо быть, скажи?
Ныряй, купайся, на пляжу лежи.
Смущай грудями молодых повес.
А что с ногами?
Пойдешь вот за грибами
в страшный лес,
и там заблудишься. В чем интерес?
–Не спрашивай! Хочу! Хочу! Хочу!
–Капец какой-то. Покажись врачу. –
Вот так она до самой ночи,
про ноги Богу голову морочит.
И специально путает веревки.
Создатель их развязывает ловко.
И тут же снова путается сам.
Ну, сам – не сам, а с помощью, конечно.
Все это выглядит весьма потешно.
А в полночь согласился он на диво:
–Ладно. Меня ты победила! Убедила!
Но, знаешь, дорогая, все же, ноги
так просто не отыщешь на дороге.
Смогу я ноги сделать из ребра.
Согласен, говорю! Но будь добра,
скорей распутайся. Устал и спать охота.
–Раз, два! И кончена работа.
–Ах ты противная натура,
куда же катится культура?
–Ну, боженька, прости, прости.
Скажи, какие кости принести?
Пойдет, ли, скажем так, ребро осла?
–Чью кость бы ты не принесла –
такие ж ноги я и сотворю.
–Себя я здесь не тороплю.
Подумаю, что будет мне к лицу.
Русалка повернулася к Отцу,
и посмотрела нежно на Него:
–А ты красивый, ничего!
Как у Тебя я ноженьки хочу!
–Ну, знаешь, девка, это чересчур.
Моею добротой не управляй,
не нравится – давай, плыви, гуляй.
–Не гневайся, Создатель дорогой,
я буду думать. А теперь в покой
свой отправляюсь, до свиданья!
Э-э-э, не поцелуешь на прощанье?
–Что за напасть? Ведь снова
ведешь себя ты как зазноба.
Меж тем, я твой Отец… и мать!
–Отец не может дочь поцеловать?
–Ну ладно, ладно! Поцелую в лоб –
С благословеньем, понимаешь, что б
ума прибавилось, а глупости – долой.
Ну все, ступай… э-э-э… плыви теперь домой.
Пока русалка отвлекала Бога,
Гаврила с бесом понемногу
архангелов и прочих убедили.
Вокруг Адама храм соорудили.
И стали в трубы дуть - такой поднялся вой!
Чтоб, значит, дух Его проснулся и живой
творец очнулся ото сна.
Гаврила ж только тайну знал,
о том, что трубы те способны –
когда их применить особо –
в тела из глины души помещать.
Достаточно лишь мантру пропищать:
“Войди, душа, и духом стань жива” –
И так молился... Правда, пожелав,
чтоб дух не ведал ни добра ни зла.
Ведь если будет совершенен он –
То с Богом тайный уговор
расстроится. А это что? Позор!
Настал таки творенья час!
Адам очнулся и… угас.
–Не понял – шепчет змей Гавриле. –
–Вы там, походу, что-то подзабыли?
–Спокуха! Ща очнется он от шока.
–Да, рай не сладок, понимаю. Во как!
Еще не видел ничего здесь толком,
а тело сразу прошибает током.
–Молчи, дурак. Терпенья наберись.
И за него как следует молись.
–Кому молиться? Богу или нет?
–Тьфу на тебя! И тьфу на твой портрет.
И тьфу на мысли о тебе! И дважды!
–Спасибо, милый! Я как раз от жажды
измучился… Но что это? Смотри?
Какой-то свет сочится изнутри!
Храм полыхает! Больно как глазам!
–Еще бы! Дух Святой явился нам.
Скорее, змей, закрой глаза… и уши.
Нельзя тебе смотреть и даже слушать!
Иначе сгинешь моментально –
ведь то пылает изначальный
святой божественный огонь.
–Ох! Гарь в носу! Какая вонь!
–Боюсь, сгоришь ты понапрасну...
–И тело все дрожит ужасно.
Архангел, милый, сбереги!
–Ко мне за пазуху шмыгни!
Здесь безопасно.
–Как стало мне легко и тихо!
Вот это пережил я лихо…
Гаврила, кончен фейерверк?
Скажи мне, свет уже померк?
Закончилось? Чего молчишь?
Ну долго мне сидеть как мышь? –
Гаврила молча пазуху раскрыл.
Бес выполз и в момент застыл:
–Вот красота! Живой Адам!
А удалось же чудо нам!
Ну как две капельки воды! –
Распелся змей на все лады.
А остальные-то молчат!
–Чего молчите? Мент зачат? –
Как вдруг Адам сюда подходит:
–Гаврюша, что здесь происходит?–
Сказал уверенным Он басом.
И сразу бесу стало ясно,
что это вовсе не Адам.
Пред ними Сам Господь стоял.
–Услышав вдруг архангельские трубы…
Вы извините, я, должно быть грубо
здесь что-то очень важное прервал?
Что происходит? Это ритуал?
–Признаемся Тебе, наш поводырь.
Когда со змеем нас оставил у воды,
и приказал придумать человека,
я стал лепить - но всякая калека
нескладно получалась у меня.
Не клеилась ни глина, ни земля.
Вот здесь-то нас обоих осенило… –
Внезапно замолчал Гаврила.
Он пальцем показал на храм:
–Свершилось, Боже! Вот Адам.
–И-и-и! –Змей взвизгнул, как собака:
–Таки ожил! Дела.. Однако.
Бог обернулся и оторопел:
–Гаврила, как же ты посмел?
Ведь это копия моя!
Скажи мне, друг, тебя змея
травой дурною накурила
и опосля уговорила?
Ты почему молчишь, Гаврила?
Едва раскрыл архангел рот,
как тут случился поворот:
Адам с улыбкой подошел
и странное сказал: –А шо!?
Таки родился я в раю?
Та не, ну я вам говорю,
шо мне-таки приятно,
но очень сильно не понятно:
рай – это хорошо?
–Вот ржака!
–Он такой смешной! –
Расхохотались бес и Бог.
Гаврила ж поспешил подвесть итог:
–Он словно статуя живая,
Тебя, Родной, напоминая,
всех будет развлекать в раю.
Прими подарок наш, молю! –
А тут и хитрый змий подплелся:
–Про дух его не беспокойся.
не ведает он ни добра ни зла.
Вот только – Слышал? – Он не знал
про рай – хорош-де или плох?
–Да как же это знать он мог,
когда едва только очнулся? –
Тут Бог зевнул и потянулся:
–Должно быть, заполночь давно.
Друзья, а что если кино
досмотрим завтра? Спать охота.
Кому-то утром на работу.
Не мне конечно, все же
спать лучше на кровати, лежа,
чем на работе или за рулем.
–А с етим… “голым королем”
как быть? Куды яво девать?
Где нам найтить яму кровать? –
Адам где будить ночевать? –
Спросил архангел Михаил,
Господь его остановил:
–И этот мне мозги полощет!
С утра найдем ему жилплощадь.
Сегодня ж у Гаврилы, на диване
пускай поспит. А нет - так сами
придумаете что-нибудь.
Устал я! Дайте отдохнуть!
Господь уходит, бормоча:
–А пятница-то горяча!
прим
II
Суббота. Утро. Рай. Змея,
ну вот, с утра прям, не своя. –
Вокруг Адама хороводит...
То новости ему о моде
расскажет, то покажет
райский водопад. И даже
смешных русалок на реке:
–А есть еще на чердаке
В небесном Храме, –
ну, ежели порыться в хламе, –
коньки и может даже сани!
–Да ладно! Шо вы говорите!
Как может райская обитель
покрыться снегом? Разве правда?
–Увы, уже не может. Эльдорадо
это навеки солнцем обогрето.
Не слушали они моих советов –
И жгли повсюду нефть и газ.
С тех пор жарища тут у нас.
Ты скажешь, это хорошо?
–Та не! Та де там! Та ви шо!
И дальше змей свое заводит:
Мол, потепление в природе
Архангелы создали назло всем.
–Коль будешь ты, братишка, нем,
Тебе открою я секрет,
зачем морозов в рае нет,
и не найти нигде сугроба?
–Та я могила аж до гроба!
–Так слушай. Помнишь сад вчерашний?
Есть в нем – одно другого краше –
два важных дерева чудесных.
Для местных ангелов прелестных,
Они совсем не интересны.
А вот для нас с тобою, друг,
плоды их могут всяк недуг
в момент лечить и даже больше!..
А! Долго говорить… Позволь же
сейчас лишь главное сказать:
святая эта благодать
уж недоступна! Бес им в нос!
Ведь для цветения мороз
деревьям этим очень нужен.
На ветках россыпи жемчужин
в тепле не смогут появится.
Тогда и райская жар-птица
не прилетит их опылять.
Должно же быть хотя бы пять
месяцев в году прохладно…
Короче! Охраняют жадно
от нас бессмертие они,
чтоб были считанными дни
простых существ, как ты и я.
–Понятно. Но скажи, змея,
бессмертие – то хорошо?
–Нет, сука, лучше нагишом
сто лет по раю поскакать
на радость этим, так сказать,
“святым пречистым божествам”.
–И шо ты предлагаешь нам?..
–Примите вызов. Звонит Гавриил–
Внезапно глас гонцов их перебил.
–О, проснулся. Сейчас нудить начнет.
–Привет, змея. Словесный свой помет
заканчивай – нам скоро на прием.
Хотим совет собрать при Нем
по случаю такому.
А-ну-ка! Быстро марш до дому!
–Я слушаюсь, мой генерал!
–Тьфу на тебя! Заколебал.
–Звонок окончен. До свиданья…
–Гонцы! Минуточку вниманья!
А можно каждый раз, по окончанью
мне просто тихо пропищать?
–Ох! Надо обновление качать...
Но так же лень, так не охота.
Ну кто работает в субботу?
Звоните в понедельник, ладно?
Или во вторник… В среду благодатно
решаются вопросы по настройкам.
–Блин! Что за сеть? Какая-то помойка.
Вам отзыв отрицательный оставим!
–Сию минуточку поправим…
Готово. Э-э-э, как там… пи, пи, пи.
–Вот так всегда, Адам. Смотри.
Здесь все прогнило изнутри.
Снаружи только это рай,
а как копнешь… А! Лучше не копай!
Ну ладно, что ж. Давай, ступай.
Они взобрались чуть повыше,
где с высоты виднелись крыши.
А солнце яркое вставало,
и светлым теплым покрывалом
зазолотило купола.
Такая красота была,
что даже этот буйный псих
остановился и затих.
Они стояли пять минут…
–Таки пойдемте! Нас там ждут! –
Прервал молчание Адам.
–Идем. Но помни: слово дал
не говорить о том секрете.
–Я нем, как рыба! Шо ви? Верьте!
Но только прибыли к Небесному Дворцу,
Адам мгновенно подошел к Отцу
и говорит: –Змея сказала мне,
шо не случайно в рае снега нет.
И приказала, шобы я молчал…
–Ах ты ж капусты гребанный качан –
бес на Адама зарычал.
Адам ответил: –Извини!
Так все задергалось внутри,
признаться захотелось вдруг.
–А я-то думал, ты мне друг…
–Не ведаю добро и зло.
–Гаврила, почему ослом
вчера его не сделал ты?
–А ну, рогатый, ползь сюды! –
Сказал угрюмо Михаил:
–Чаво, змеюка, затаил?
–Ну все, конец настал герою.
Еще вчера нас было двое.
Гаврюша, ты меня спаси…
–Не думаю я, что сносить
тебе удастся головы.
О чем же говорили вы?
Бес признавался, но юлил.
Затем архангел Рафаил
расхохотался: –Ты дебил?
Да разве видел ты хоть раз,
чтоб кто-то умер здесь у нас?
Известно всем, что даже черти
в раю не могут встретить смерти.
Что говорить за остальных?
Ну, а деревьев золотых
плоды родятся аккуратно
одним лишь днем и в час закатный.
Их собирают, и весь год
употребляет наш народ.
Ты ж давеча пирог с капустой ел?
Ну вот. Так если б языком задел
ворсиночку такую золотую –
то значит эту нить живую
необходимо проглотить.
–Да ладно!? Мать мою етить!
И не нужны им холода?
–Ну… холод нужен иногда.
Раз в тридцать-сорок лет.
Но никакого потепленья нет!
Всегда так было! Испокон веков.
Зима в раю спокойно и легко
проходит. И морозов нет почти.
Погодь! Да ты, хотя бы раз прочти
божественный канон небесный.
Там еще много интересных
вещей написано про рай.
–И меньше слухов распускай! –
Добавил тут же Гавриил.
И здесь Господь заговорил:
–Так вот что я вам расскажу:
на уши этому ужу
навешена чертовская наука.
Кто знает ее имя, ну-ка?... –
Все начали шептаться и ходить,
ведь каждый хотел Богу угодить..
–Друзья – товарищи, садитесь-ка…
–Я знаю! Имя ей – статистика. –
Ответил кто-то. –У чертей она в почете.
–То-то. Они совсем помешаны на счете.
Им Бога заменяет цифра злая.
И вроде мертвая, но как живая.
Ее так любит всякий бес,
что к просветленью интерес
у них практически исчез.
–Однако, случай сей забавен.
Я вижу, что Адам совсем избавлен
от груза разделения в уме
зла и добра. Он в этой кутерьме
совсем не понимает ничего.
И это благодатно для него. –
Отец привстал и подозвал Адама:
–Сынок, мне радостно, что прямо
ты говоришь, и не боишься срама.
Прошу, и дальше таким будь.
Пусть лёгко дышит твоя грудь.
А кто посмеет намекнуть
про яблоки добра и зла –
того я превращу в козла! –
И бес подумал: “Так я за!
козлом, все как-то лучше быть.
Хм… Осталось лишь Адама убедить
съесть эти яблоки – и вуаля, –
В козла переродилася змея!”
А Бог же продолжал урок:
–Ты понял, дорогой сынок,
что, скажем, персик или грушу
тебе, конечно, можно кушать?
Но яблок лучше никаких не трожь!
А в остальном придерживайся ЗОЖ.
Адам кивнул и молча сел на место.
–Друзья мои! Однако же повестка
еще на этом не исчерпана.
И в протоколе тут начертано,
что освятить осталось семь вопросов…
–Ну, с ними мы поступим очень просто. –
Бог перебил секретаря:
–Чтоб не засиживаться зря,
Постановляю, что нельзя
работать по субботам впредь!
Сегодня что? Суббота ведь?
Ну вот. Расходимся до завтра.
–А как же мой вопрос ландшафта? –
–Эх ма! Еще один затейник!
Senior! Manana! В понедельник
решим вопрос про ваших роз.
Tomorrow! Ясно вам? –Of course.
Все разошлись. И змей пополз на реку.
Он был обижен и с собою человека
не взял. Но тот, как ни бывало,
как будто дружба вовсе не пропала,
вдруг подошел и говорит спокойно:
–Ой, вы уходите один, по-моему?
Почему? Меня с собою не берете?
–Адам! Ну блин! За здорово живете!
Вы говорили, сохраните тайну,
но так подвержены инстинктам стайным!
Не противляясь, с первым же позывом
признались Богу. И за то призы вам:
Во-первых, яблоки вкушать запрещено.
А во-вторых, так поступать грешно.
Обиделся ли бес? Да что вы?
Едва не избежал я суд суровый,
Всего лишь мог лишиться головы….
–Таки не понял я, обиделись ли вы?
–А-а-а! Это просто бред какой-то!
Ну почему такой тупой ты?...
Да впрочем, фиг с тобой, пойдем.
–Опять на ты? Ну, значит все путем!?
Бес больше не сказал ни слова,
а только посмотрел сурово,
и думал всю дорогу до реки,
как хорошо живут на свете дураки.
Пришли к причалу. Солнце высоко.
Когда так жарко, то входить легко
в прохладную и свежую водицу.
К такому удовольствию стремится
естественно и тело и душа.
Нырнули. Плавают. Водичка хороша!
–Хи-хи! Хи-хи! –Вдруг слышат у осок
чей-то приятный и высокий голосок.
–Да это Лилия! Русалонька, привет! –
Молчит и смотрит. А потом в ответ
опять хихикнула, и бульк под воду.
–Хм. Странно, обознался я, походу. –
Внезапно, около Адама всплыла,
на плечи ему руки положила,
и нежно смотрит, глаз не отводя:
–Ах, как похож! Ну прям Его дитя! –
Адам краснеет, говорить не может.
То станет жарко, то мороз по коже.
Весь засмущался, вымолвив едва:
–Не знаю, тетенька, какие мне слова
вам говорить, шоб не обидеть сразу…
–Ах тетка!? Ну нахал! Ни разу
никто не называл меня старухой..
–Не то хотел сказать… Так сухо
в горле что-то стало… Я пойду?
–Стоять! Смотреть в глаза! Не то ко дну
со мною заберу тебя навек.
Я старая? Ответь мне, человек!
–Да нет же, нет! Совсем наоборот.
Мне просто почему-то лезут в рот
какие-то стыдливые слова.
И сердце бьется, и дурная голова…
Вы симпатичная… и даже очень…
Ну почему язык мой так не точен? –
“Ха-ха! Да он влюбился! Ну дела!” –
Подумал бес: “Однако ж, удила
зачем красавица закинула свои?
Неужто взоры томные любви
она бросает с настоящей страстью?
Не верю я! Скорее этой властью
ей надобно чего-то получить.
Мне слышится, как в голосе звучит
мотив корыстный, вовсе не любовный.”
–Ну полно, девонька! Отстань же! Полно!
Пойдем, Адам, у нас ведь дел по горло.
Иль ты забыл, что обещал Отцу? –
Придумал бес отмазку молодцу.
Выходят из реки, а та смеется.
И у Адама сердце чаще бьется.
Он, оборачиваясь, смотрит на нее.
А змей ворчит: –Ну чо ты?! Е-мое!
–Не знаю, шота прям печет внутри.
Какие губки, кудри. Посмотри!
Глаза какие! Груди! Нету сил!
Ее б я стать женой моей просил.
–Приехали! Так сразу и женой?
Ну что за бред, Адам? Ну Боже мой!
Она русалка – у нее там хвост!
–Не важно. Я лишь вижу отблеск звезд
в ее глазах бездонных и родных.
–Да! Магия русалок девственных
способна даже ангела морочить.
Что говорить про дураков? Короче!
Духи, помада, жесты, смех – уловка.
Все это – лишь такая упаковка,
внутри которой нету ничего,
ну даже вот мозгочка птичьего!
Тебе она дает надежды ложно:
за пять минут влюбиться невозможно.
Вот погоди, и после сна, на завтрак,
ты будешь рыбу есть, и сам ка-а-ак
засмеешься: “Вот же бестия!
Чуть было к рыбе не попался в сети я”.
Давай, до завтра подождем, дружок?
Поверь, дурман развеется ужо.
Адам притих, и виду не подал,
что ждать не сможет, что в груди запал
простым терпеньем вряд ли потушить.
Ведь даже стойкие и строгие мужи
нет-нет, а попадаются в ловушку.
Да вспомните хотя бы про лягушку –
Стрелою завладела удальца
и, –”как два пальца”– с помощью венца
отжала царство у его отца.
А нет, пример сей неудачен –
и там дурак был. Значит
совет такой: ты дураком не будь,
и если видишь губы, глаз и грудь –
хватайся за ноги и быстро убегай.
Куда – не важно. Там и будет рай.
–Давай, крепись! А мне пора домой.
Пообещай, что мысли те долой
из головы своей извергнешь до утра?
Иначе – вряд ли избежишь утрат!
Он согласился, но терпеть не в мочь,
и попросил архангела помочь.
Через гонцов Гаврилу набирал:
–Таки, издрасьте. У нас маленький аврал.
Боюсь, до завтра я не доживу.
Влюбился страстно и хочу себе жену.
–Вот так вот? Кто ж избранница твоя?
–Прекрасней всех – русалка Лилия.
–Русалка? Странно это... Впрочем,
она-то замуж тоже хочет?
–Не знаю. Я спросить боюсь.
–Узнать боишься? Ну ты гусь!
–Гусь? Почему? Не понял я.
–Иди к Отцу и жди меня.
Отец пьет чай и ест конфеты.
Не соблюдает он диеты.
Ясна нам выгода быть Богом:
ведь можно кушать очень много
конфет и прочих булок разных,
валяясь на диване праздно.
Но спорту, все ж, привержен Оный:
и смотрит Лигу Чемпионов.
Придет в зарайский свой шатер –
особенно когда Шахтер
играет –
и там их всех ругает:
то за корявый угловой,
то за голимый головой
удар.
Футбольный дар
от Бога у Него.
Но в ставках Он не смыслит ничего –
Ведь вовсе не играет в кости…
Ну что ж. А вот и наши гости:
–Давно не виделись, о мудрый!
–Ага, давно! Сегодня утром!
–Минута ли не сутки для Творца?
Ты извини, не посылали мы гонца.
Я думаю, что наш вопрос яйца,
пожалуй, стоит. Без конца
вот этот юноша долдонит.
О женитьбе. Плачет, стонет:
Давай, Адам, не дрейфи, подходи.
–Шо говорить? Вот так вот все в груди
шкварчит и душу вырывает. Жуть!
Не пукнуть мне и не вздохнуть!
Люблю русалку, хоть меня калечьте.
–Ну-ну, сынок. Того! Давай, полегче!..
Русалку ты сказал? Постой!
А не такая она: рыжая, с косой?
–Она, Отец родной, она!
Еще в глазах ее нет дна,
и грудь огромная такая…
–Так я ведь эту шельму знаю.
Хм… Гаврила, отойдем на пару слов? –
И шепчутся: –Ну вот же будь здоров:
Оказии ль такой случится можно?
Ведь этой девке кое-что я должен.
Лети к ней на реку. Неси ее сюда.
Так. Что еще? Ах да! Ведь ей нужна вода.
В фонтан ее положишь. Поспеши.
Найдешь ее ты там, где камыши
такие… у причала… и осоки…
Еще там дуб такой…. высокий. –
Гаврила улетел. Адам в недоуменьи.
Бог говорит: –Полчасика терпенья.
Давай, попьем чайку? Я сам его сушу.
Сейчас заварят – только феям прикажу:
–А ну, красавицы, тащите угощенья! –
И вдруг одной так подмигнул: –Варенье
из ягодок особых, по пути,
для случая такого, захвати! –
Она присела, мол, я поняла указ.
Адам варенье съел – и свет погас.
Проснулся. Забинтованное пузо.
Он потихонечку так, юзом
с кровати сходит. Жутко грудь болит.
Вот повернулся. Глядь! Она стоит!
Стоит! Прям на своих ногах!
–Да как же это? Шо ви! Ах!
Невжели ноги есть у вас?
Какое счастье! Вот-те раз! –
Молчит и смотрит. Губки лишь надула.
Вот где чертовская натура!
–Вы, Лилия, меня не побраните,
прошу вас, ради Бога, извините.
Хочу жениться. Очень вас люблю!
Ведь не откажет пристань кораблю?
Молчит и смотрит. А потом: –Хи-хи!
Признаюсь, после встречи у реки,
вы не понравились мне, ну ничуть…
–Кхе-кхе – вдруг из-за двери стало чуть
глубокий и раскатистый басок. –
И в миг ее сменился голосок:
–Однако ж, я подумала слегка,
что дружба с вами выго… э-э-э… высока,
и чувства… близкие питаю к вам.
Пожалуй, милый мой Адам,
жениться нам… благоприятно!
–Да это же невероятно!..
Но я-таки не понял, вы согласны?
–И что здесь может быть не ясно?
Вот вам мои и сердце и рука…
Я с вами буду долгие века…
Причаливай уж,.. бригантина!
–Классно!.. Но почему грудина
болит вот в этом месте очень жутко?
Скажите, что? Я заболел желудком?
Просрочено варенье? Что теперь?
Я умираю от кровопотерь? –
Она открыла рот, но скрип петель
ее остановил. Открылась дверь,
и в комнату вошел Гаврила:
–Не знаю, что она наговорила,
но вовсе не причем варенье –
впал в забытье ты от волненья.
Когда заснул — тебя тащили в спальню,
и пузо поцарапали случайно.
Так что не нервничай, не напрягай живот.
А там, глядишь, до свадьбы заживет!
III
Вот воскресенье. Под венец
ведет красавицу Отец.
У алтаря стоит жених.
И все уставились на них:
Венчается-де, божий раб Адам…
… и три часа по тексту там…
Закончили: –И пусть вас Бог хранит!
–Ты говоришь, тебя зовут Лилит? –
Бог не расслышал имя девы:
–Теперь тебя пусть называют Ева!
Смотрите все! Вот Ева и Адам.
Я им благословенье дам:
плодится и друг другу угождать.
Тогда у них и будет благодать.
Целуй невесту, молодец!
И совершим обмен колец.
А тут и сказочке что? – Нет, не конец!
Ведь после был веселый пир.
И змей там был, но мед не пил.
Сидел, умом понять не мог,
откуда взялось столько ног
у этой рыбы? Может Бог
расщедрился и угодил?:
–А отчего же я не мил?
Она, вишь, дева! Я – змея.
Любовь такая для меня?
А этот “милый дурачок”?
Попался рыбке на крючок.
Не слушает друзей совсем.
Вот гады! Покажу вам всем!
И злобу тихо затая,
медовый месяц весь, змея
вилась вокруг Адама с Евой.
Но вот однажды утром дева
дотронулась змеи ногой:
–Послушай-ка, мой дорогой!
А помнишь, что за некую услугу,
ты обещал вознаградить подругу? –
и ножку так подняла: – Где подарок?
–Ах, милая, ты посмотри, как жалок
твой верный друг и собеседник. –
Заплакал бес: –Из сил своих последних
могу лишь только пресмыкаться.
Уж сколько дней поди? Пятнадцать?
Да где там? Месяц скоро будет.
А вам-то хорошо! Вы – люди,
и можете мечтать о сапогах.
Как хочется ходить мне на ногах!
Ведь это в тысячу разов быстрее!
Что говорить? Пополз, сгорю в костре я.
Вы – даже не смотрите на мой прах!
Ей змея очень стало жалко.
А как же! Ведь сама русалкой
была совсем еще недавно.
А нынче - вон какая пава.
–Ох, бедненький змееныш мой родной!
Жестоко обошелся Бог с тобой.
А ты возьми и прямо попроси:
“Хочу с ногами тело, мол, носить”.
–Ага! Уж я просил Его, поверь.
Закрыта к сердцу Бога эта дверь.
Не знаю, почему меня не любит?
На руки не возьмет, не приголубит?
–Но как помочь? Просить мне за тебя?
–Да это все, сестрица, будет зря.
Но вот, одно я знаю средство:
Здесь дерево есть по соседству.
И если бы плодов тех съел Адам...
–Ты оборзел? Вот я тебе задам!
Хотел, чтобы в козла я превратилась?
–Спокойно, милая. Чего так всполошилась?
Пожалуйста, дослушай до конца.
Во-первых, слух мы пустим для Отца,
что это я Адаму яблоки принес.
Но ты тех яблок скушай, и взасос
целуй его, чтоб сладкий сок вкусил.
И это все, о чем бы я просил.
Она подумала: "Пожалуй, что ума
Адаму б это поприбавило.
Ведь я намучилась с ужасной тупизной.
Вчера засунул нос в забор резной.
Сегодня утром кушал грязь,
всего лишь у меня спросясь,
а хорошо ли это будет?
И я сказала, что на блюде,
По сути, эта же земля.
И отвернулася. А зря!
Или на прошлой вот неделе
К нам в гости феи прилетели.
И хохотали надо мной:
"Муж у тебя такой смешной".
А если станет умным он,
То не захочет к себе в дом
тяжелого такого зла,
когда его жена – коза.
И нам, конечно, подыграет,
Что змей его, мол, искушает.
–Ну ладно, помогу тебе в беде.
А ты потом, давай-ка, чтоб к среде
подарочки мои готовы были.
–Ну здрасьте, девонька, приплыли.
Там видно будет, в среду или нет.
Кто знает, может быть в обед
от беса не останется хвоста?
Ведь наш Господь способен, как с куста,
Переменить слова свои.
И будет вам тогда вместо змеи
Прозрачная медуза или ёрш.
Чего бы нет? Его же не поймёшь!
Договорились. В райские сады,
где отдыхал Адам после еды,
змея и Ева принесли плоды.
Бес лег в траве и стал смотреть за девой.
Она же возле муженька присела,
кусает яблоко и медленно жует.
И думает: “Насильно ему в рот,
по сути этот плод пихаю.
Кто знает? Может быть судьба лихая
нас ждет?.. А! Быть же по сему!
Я поцелуем ум вложу ему!”
Адам опомнится не может,
и обнимает ее тоже:
–Прижалась ты ко мне так сильно!
Но что за сладкий сок обильно
стекает с губ твоих, жена?
И что это за тишина
нависла вдруг над нами?
Целуешь страстно, но глазами
грустна и кажешься опасной.
Где взгляд глубокий и прекрасный?
Так чем же ты огорчена? –
Но очи спрятала она.
Молчит, не смотрит него.
–Ты испугалася чего?
Вдруг видит: яблоко в руках.
–Ах, милая! Так вот откуда страх?!
Зачем ты это сделала, скажи? –
Заплакала. –Любимый мой! Ножи
как будто сердце режут, рвут.
И радостно и страшно мне вот тут. –
Схватила руку, и к груди прижала.
И смотрит. –Я бы побежала,
да ноги что-то не идут.
–Любимый? Так меня назвала
ты первый раз со свадебного бала…
–Смотрю и наглядеться не могу
Ах! Веришь ли, что я тебе не лгу?
Так сердце бьется, стынет в жилах кровь.
Что это? Что, Адам, скажи?!
–Любовь… –
Раздался рядом тихий бас…
–И кто же надоумил вас?
Адаму кто плодов давал вкусить?
–Нет-нет, Отец! Я Еву попросил!
–Да ладно! Что там! Знаю все и сам.
Непослушание прощаю вам.
И змею тело человека подарю.
За все труды. Ведь я его люблю!
Адам стал умным. Ева полюбила.
И в срок положенный ребеночка родила.
Бес непослушный только иногда
пугал русалок около пруда.
И все они остались жить в раю –
Вполне для всех нас ведомом краю.
Ты оглянись, и посмотри упрямо
узнаешь Еву, змея и Адама.
Всё кончилось. И всё свершится вновь.
Но ключ для рая лишь один: