И снова о спецоперации на Украине

Что бы ты ни делал, но далеко уйти от событий, происходящих в Украине, невозможно.

Вследствие дефицита правдивой информации приходится перелопачивать груду ангажированной информации и, путём сопоставления различных трактовок одних и тех же событий, выстраивать собственную оценку происходящего.

И так, что имеем?

1. Начало операции (а по составу и численности задействованных сил это тянет именно на армейскую войсковую операцию) оказалось неожиданным не только для простых обывателей страны, но даже и для некоторых членов Совета Безопасности России.

Что это может значит? Или то, что подготовка к проведению данной операции осуществлялась в непростительно короткие сроки, или параллельно разрабатывались несколько вариантов развития событий, и выбор одного из них не был известен до последнего времени.

Но как бы то ни было, итогом планирования явилось то, что Россия вступила в этот военный конфликт не до конца подготовленной. Да и не могло быть иначе. Планирование операций подобного масштаба составляет многие месяцы. Ведь речь идёт о военных действиях против крупнейшей европейской страны, обладающей серьёзными вооружёнными силами, про которые мой сослуживец из Киева сказал следующее (дословно) : „У нас сейчас не трактористы в тапках и со ржавыми автоматами как в 2014".

Планирование и подготовка операции "Уран" Советским командованием осуществлялось два месяца. А план нападения немцами на СССР - "Барбаросса" - был утверждён Гитлером 18 декабря 1940 года, за пол года до вторжения. И далее в течение полугода осуществлялась подготовка к нападению. И это ещё с учётом того, что вся экономика обоих стран при этом была переведена на военные рельсы.

Подготовка к операции такого масштаба включает в себя не только разведку сил противника, планирование и мобилизацию живой силы и техники, но и, например, создание необходимого арсенала, создание коалиции союзников, работу с пятой колонной в стане противника с целью формирования благоприятного отношения среди гражданского населения потенциального противника. И, наконец, перевод хотя бы части промышленности и экономики на функционирование в условиях военной обстановки и идеологическую работу с гражданами своей страны с целью недопущения появления и роста пацифистских настроений, а тем более настроений направленных на поддержку противника.

Поэтому мы видим сейчас то, что видим:

1. многими экспертами высказывается мнение о том, что у нас возможен дефицит высокоточного оружия, которое является основой для успешных действий в современной войне по достижению успеха и недопущению чрезмерных потерь;

2. нам, практически, никто не оказывает деятельную поддержку (даже страны ОДКБ) и, наоборот, вся Европа, вкупе с остальным англосаксонским миром, выступила в поддержку Украины;

3. мы не только не получили поддержки своим действиям со стороны гражданских лиц Украины, даже в восточных её областях (на что рассчитывали) , но и стоим перед фактом гражданского противостояния нашим действиям;

4. мы стоим перед опасностью недостатка боеприпасов и вооружения, в случае, если боевые действия перейдут в затяжную фазу;

5. у нас нет единства и сплочённости граждан в вопросе поддержки действий своих вооружённых сил и есть опасность вспышки антивоенных волнений, которые могут перерасти в антиправительственные выступления со сменой существующего режима.