Строительный вагончик полыхнул внезапно. Мужики слегка растерялись и несколько минут просто наблюдали за процессом. Вдруг послышался вопль изнутри, и все поняли, что там кто-то есть.
– Артем! – истошно закричал бригадир и бросился в огонь.
Никто толком не понял, как парень оказался на открытом воздухе. Минут через пятнадцать скорая отвезла его в больницу.
– Ты – молоток, бригадир: быстро среагировал, – похлопывали мужики начальника по плечу, – иначе плохо бы пацану пришлось.
– Ладно вам, – смущенно отмахивался Илья Семенович, – я даже подумать не успел. Машинально получилось.
Словом, спас бригадир парнишку. Через несколько недель, когда Артема перевели из реанимации в палату, он решил его навестить.
– Аленка, собери что-нибудь для больницы: фрукты там, попить чего-нибудь, конфет положи. Видел, что пацан их обожает, – попросил Илья Семенович двадцатилетнюю дочь-студентку.
– Это ты к тому парню пойдешь? А можно я с тобой? – у Алены загорелись глаза, – очень хочется посмотреть на твоего крестника.
– А пойдем, раз хочется, – согласился отец.
В больнице их ждали неприятные новости и тяжелая картина. Врач сказал, что вряд ли Артем будет ходить. Что его ждет очень долгий период реабилитации. И что главное, при встрече с ним, умудриться скрыть собственную реакцию на его внешний вид.
Настроенные таким образом, Илья Семенович и Алена вошли в палату. Девушка чуть не вскрикнула, но неожиданно ее глаза встретились с глазами Артема. Это была доля секунды, но девушка сразу взяла себя в руки.
Артем вел себя обыкновенно. Не жаловался, ничего не просил. Увидев конфеты, тут же одну засунул в рот и широко улыбнулся.
– Спасибо, что пришли, – сказал он на прощанье, – и вообще, Семеныч, спасибо тебе. За жизнь.
Домой отец и дочь какое-то время шли молча. И вдруг Алена сказала:
– Знаешь, пап, я и завтра к нему схожу.
– Сходи. У меня завтра смена. Кстати, у парня нет родителей. Только младший брат. Так что позаботиться о нем особо некому.
– Тем более, – отозвалась Алена.
– Только смотри, не влюбись, – печально улыбнулся Илья Семенович, – и ему надежды не давай. Не хватало, чтобы парень еще и из-за этого страдал.
– Хорошо, папа, – серьезно ответила девушка, – я буду осторожна.
Так и повелось: Алена навещала Артема почти каждый день. Докладывала отцу, как идут дела. Иногда он и сам заходил к парню. Постепенно это стало нормой жизни: Артем пролежал в больнице почти год.
Маме и большинству подружек Алены не нравилось, что девушка проводит «с этим инвалидом» так много времени.
– Ну зачем тебе это? – совершенно искренне спрашивали они. – Он же никогда не встанет со своего кресла. Ты что, всю жизнь будешь за ним ухаживать? Мать Тереза выискалась. О себе подумай.
Алена слушала и… не слышала их. Она вовсе не собиралась делиться тем, что давно и глубоко полюбила этого простого парня. Что только рядом с ним чувствует себя самой счастливой. Что у них так много общего, что всего не перечислишь. Что они разговаривают часами и не могут наговориться. И что она свято верит, что Артем обязательно поправится: иначе и быть не может.
Мама, видя что дочь не реагирует на ее увещевания, подключила родственников. Кто только не уговаривал Алену прекратить «эту бесполезную, бесперспективную связь». Молчал только отец. Конечно, он понимал, что происходит, но вмешиваться не торопился. «Чего только не бывает в жизни», – думал он. «Кто знает, может именно любовь поднимет парня на ноги?»
И как в воду глядел. После длительного лечения и реабилитации, Артем быстро пошел на поправку: молодой организм сделал свое дело.
Аленка была на седьмом небе от счастья. Она никогда не забудет день, когда Артем в ее присутствии встал со своего инвалидного кресла.
Еще через полгода ребята поженились. Илья Семенович украдкой вытирал скупые слезы, видя, как Артем надевает его дочери на палец обручальное кольцо, стоя на своих ногах.
Вопреки всем прогнозам, чужим сомнениям и злым языкам. Во имя любви…
P.S. Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал