Рубрика "Первый поцелуй"
Ксюша Иванова
"Вспомнить нельзя забыть"
- А я знаешь о чем думаю? - спросила надрывно как-то, с чувством.
- О чем?
- Вот если бы ты меня не спас, и я умерла бы, то вот этого, - она вскочила зачем-то, раскинула в стороны обе руки, забыв, видимо, про гипс, ойкнула, тут же прижав загипсованную к телу, неожиданно засмеялась, и закружилась, колокольчиком развевая широкий халат. - Вот этого всего! Не увидела бы уже! А я жива! И я вижу!
Последние слова буквально выкрикнула, хохоча, споткнулась или просто от болезни своей потеряла вдруг силы, и я, глазами привыкшими к темноте, да впрочем, темнота здесь была относительная - где-то дальше по улице светил фонарь, у соседей в большом трехэтажном доме метрах в пятидесяти горели окна - успел это увидеть. Сам не понял, как оказался рядом, обхватил за талию и поймал уже у самой земли - испуганную, но все еще смеющуюся! И замер, ощущая, как она - тоненькая, невесомая, сладко пахнущая - всем телом прижимается ко мне.
Да что за наваждение-то такое! Как объяснить это дикое возбуждение, эту волну запретного, невозможного и ненужного физического желания, которая хлынула откуда-то из кончиков моих пальцев, чувствующих, трогающих ее сквозь ткань халата на спине, по рукам, по телу, стремительно толкнувшуюся потоком горячей крови в пах? Как объяснить мое нелепое движение - лицом в ее волосы, в последнем миллиметре успев заставить себя не трогать ее губы? И успокоиться - фух, не поцеловал! Удержался! Все отпускать пора, ставить на ноги.
И вдруг... Не поверить себе сначала. Не понять, зачем, для чего она... И догадаться только тогда, когда Ася, положив здоровую ладонь на мою щеку, удержала в одном положении и сама прикоснулась губами к моим губам, когда выдохнула жарко, чуть дотронувшись, а потом... языком по моим все еще сомкнутым...
Это ночь виновата - августовская, жаркая, с ее грозовой свежестью, с громким, словно последним в этом году, стрекотанием насекомых в траве, со всполохами и далекими раскатами, с нереальностью всего произошедшего сегодня, это она, не я - взрослый мужик, холостяк, бабник, однажды и навсегда еще в молодости решивший, что семья, брак не для меня! Я с такими молоденькими, невинными, как Ася... не целуюсь!
И гроза была где-то далеко, а перед моими закрытыми глазами полыхало так, что казалось - вот она надо мной. И я совсем забыл кто со мной... нет, не так, я совсем забыл, что именно с Асей, с чужой, с потерявшей память молодой женщиной, девушкой, я не должен, не имею права...
Целовал так, будто сто лет не был ни с кем, будто это - последний поцелуй в моей жизни! Сам пугался своего безумного к ней желания, но ни отстраниться, ни оттолкнуть ее, доверчиво жмущуюся, по щеке, по уху поглаживающую, не мог.
И она отвечала. Более того, мне казалось, что она старательно и точно повторяет за мной каждое движение - стоит провести языком по краю ее зубов, как Ася тут же вытесняет мой язык, чтобы продублировать у меня во рту, стоит втянуть нижнюю губку в свой рот, как она делает так же. В голове проносится: "Словно в первый раз целуется!" А потом сквозь пелену страсти, до меня доходит - она же не помнит ничего из прошлой жизни! А значит, в первый раз...
И я отстраняюсь, отвергаю ее губы, тут же тянущиеся ко мне, к моим. И в полной прострации, словно пропустил удар по голове, вижу, что успел натворить! Е-мое! Да это как так? Я сижу на крыльце, а Ася - верхом на моих коленях, раскинув ноги и уперевшись коленями в ступени. Халат задрался, моя рука - на ягодицах. Ну тут без вариантов... понятно для чего - чтобы вот так же, как сейчас, все еще по инерции, подталкивать ее бедра, заставлять их ритмично двигаться на моей каменной плоти, рвущейся из штанов...
Прочесть книгу полностью можно здесь:
https://litmarket.ru/books/vspomnit-nelzya-zabyt