Не выдуманные рассказы. Часть 2.
Оглядываясь в прошлое, описываемые события мне
кажутся забавными и поучительными.
PS.
На войну попадают по-разному, но всегда по приказу! Через шесть лет после описываемых событий, встретившись на сборах со своим соратником и сослуживцем по забайкальскому краю, он попросил у меня прощения за свой поступок. В начале, я не понял о чем идет речь. В то время он проходил службу в гарнизоне, расположенном не далеко от штаба ВВС ЗабВО, и поведал мне события прошлых дней. Оказалось, в это время пришло две разнарядки на замену места службы: одна в Польшу, другая в Афганистан. Я должен был ехать в Польшу, он соответственно в ДРА. – «Саша, прости меня! Я струсил, когда узнал, что меня посылают в Афганистан! Я поехал в отдел кадров и рассказал им свою историю, что собрался жениться и что моя будущая тёща работает в книжном магазине! Через два дня я привез в отдел кадров несколько дефицитных книг «О вкусной и здоровой поваренной пище», сборник произведений В. Пикуля. И вопрос был решен. Наши личные дела поменяли в ячейках. Вот так ты поехал в Афганистан вместо меня!»
Продолжение
Ташкент, 13 июня 1986 года. Пятница. В очередной раз мы стали заложниками судьбы! Мы с другом и соседом по койке в офицерском общежитии, возвращались из очередного отпуска. Накануне зашли в молодежное кафе на дискотеку, расположенное на первом этаже ресторана «Зарафшан». Решили там спустить последние деньги и дать душе «оторваться» напоследок! И так как мы с ним были небольшие любители крепких напитков, заказали бутылку шампанского и бутылку красного вина. На закуску взяли жареное мясо с картошкой и свежими овощами и немного фруктов. На большее уже денег не было. Завтра мы уже должны быть в Афганистане. Мы были молоды и гуляли отчаянно до закрытия кафе! Дважды к нам приставал офицерский патруль, но у нас оказался неожиданно наш защитник, парень чуть постарше нас. Он подошел к патрулю, показал удостоверение офицера КГБ СССР и сказал: «Этих парней не трогать, они мне нравятся!»
В эту ночь мне удалось поспать не больше двух часов как в прочем многим и другим. По отработанной многолетней схеме работы сборного пункта, нас подняли в два часа ночи зычным командным голосом: «Подъём! С вещами на выход! Транспорт подан!» Масса народа зашевелилась, матерясь, стала подниматься и двигаться на свою Голгофу! В автобусе я почувствовал себя плохо. Лоб покрылся испариной, руки и ноги стали ватными, дрожь по всему телу, появилась тошнота. Верный признак отравления! Спросил у друга, как он себя чувствует? Через дремоту он ответил, что нормально. Приехав в Тузель, я понял, что состояние моё с каждой минутой ухудшается! Попросив друга взять мои вещи и отнести в помещение таможни, я пошел в медпункт при здешней воинской части. Было 4 часа утра. И после продолжительного настойчивого стука в дверь медпункта, вышел заспанный старший лейтенант медицинской службы – дежурный врач. Выслушав меня, он дал две какие-то таблетки и порекомендовал поесть плоды черешни, растущие здесь у санчасти, чтобы сбить чувство тошноты! Таможню и пограничный контроль я проходил уже в полуобморочном состоянии. В отстойнике народу было не присесть, и сильно накурено! Пограничники никуда не выпускают! С трудом нашел место у стены, уткнувшись лбом в её спасительную прохладу. Так и простоял все время, пока не открылись двери границы для посадки людской массы в самолет! Сопровождающие нас довели до самолета ИЛ-18. «Старичок» оказался в рабочем состоянии и для меня он вселял надежду, что я этот рейс переживу! На АН-12 у меня шансов не было! Видя моё состояние, на борт самолета я поднялся в числе первых и занял место у иллюминатора с правой стороны. Сознание отключалось, но я слышал запуск двигателей и почувствовал набор высоты. Через продолжительное время я очнулся и по-своему состоянию отметил для себя, мне стало намного лучше. Кризис миновал! В салоне было тихо! Народ безмолвствовал, он спал. Я посмотрел на часы. В полете мы были больше трёх часов и должны были подлетать к Кабулу! Посмотрев в иллюминатор вниз, мне показалось странным, совершенно не похожим на пейзаж Афганистана. Внизу виднелась долина с расчерченными прямоугольниками и квадратиками зеленых полей, жилые здания, напоминающие географию Ташкента! Глянув на плоскость самолета, я все понял! Два винта четырехмоторного самолёта ИЛ-18 застыли в нерабочем состоянии. Мы кружились над Ташкентом на двух работающих, вырабатывая топливо для посадки лайнера! Мой измученный болезнью организм не вырабатывал чувства страха и безысходности. Мне было всё равно, что будет потом! И будет ли оно это будущее! Со временем народ стал приходить в себя. Всем стало понятно, что произошло, началась паника! В этом рейсе на борту оказалась одна женщина и к тому же красивая! Вот ей и всё досталось от суеверных мужчин! Некоторые бегали по салону, заглядывая в иллюминаторы! Раздавалась нецензурная брань в адрес женщины и тех, кто её в этот день посадил на борт! «Кто, какой му…к посадил в этот день на борт эту б..дь?!» Зареванная, оскорблённая и униженная она пыталась защищать себя: «Мужчины! Вы же офицеры! Как вы себя ведете?!»
– «Вот ё… ся сейчас и не будет не офицеров, не мужчин, не женщин! Останется одно мокрое пятно на земле!» Так продолжалось значительное количество времени, пока не вышел в салон член экипажа самолета и оповестил нас, что мы по техническим причинам будем осуществлять аварийную посадку на аэродроме г. Ташкента и провел инструктаж о действиях во время приземления! Пассажиры сразу стихли, и каждый стал думать о своем! Все прошло благополучно! Ещё раз в обратную сторону мы прошли пограничный контроль. Дождались транспорт, вернув нас уставших и измотанных на сборный пункт. На следующий день нам сообщили, что следующий рейс будет только через две недели, распустив нас на все четыре стороны! Это время надо как-то прожить и у меня возникла мысль поехать в г. Чимкент Республики Казахстан, что находился в 150 км от Ташкента. Там базировался авиационный разведывательный полк, который в начале весны вернулся из Баграма(Афганистан). В этом полку я проходил войсковую стажировку. Там было много моих друзей, однокурсников, с которыми я встречался по долгу службы в Баграме! Я предложил другу поехать туда, там пропасть не дадут! Осталось одна мелочь, найти денег на билет в автобус, чтобы добраться. На двоих у нас оказалось полтора рубля! Денег на билет явно не хватало! Кинули кличь, помочь «пострадавшим» кто сколько может! Пошли по кругу с шапкой и насобирали 25 рублей. Это было достаточно для поездки!
Почти половину месяца мы прожили на полном котловом довольствии в расположении полка. Командир части, завидев нас, обращался к нам: «Ааа, «дезертиры»! Почему на построение части не ходите? Я вас уже в штат включил!» А мы в это свободное время гуляли по городу и купались в полковом бассейне. Когда ещё представятся нам такие возможности! Время пролетело сказочно! В штабе полка нам сообщили, что через четыре дня из Москвы в Ташкент прибудет борт для отправки военнослужащих в Афганистан и нам пора собираться в путь - дорогу!
Трое суток мы скромно прожили на пересыльном пункте Ташкента, пока не прилетел борт из Москвы. На этот раз им оказался современный и комфортный ИЛ-76. Нас загрузили вместе с солдатиками срочной службы, направляющиеся на замену уже выслужившим свой срок. В этот раз всё прошло удачно, без приключений. Борт летел прямым маршрутом в гарнизон Шиндант и через три часа мы благополучно приземлились на афганской земле.
Короткий рассказ (Ночное приключение)
В октябре 1983 года, меня молодого лейтенанта, только как три месяца выпустившегося из училища и прибывшего для дальнейшей службы в гарнизон г. Борзя, назначили в наряд, в гарнизонный патруль. В состав патруля входил начальник патруля, то бишь я, два солдатика срочной службы и машина «Урал» с водителем-солдатиком тоже «срочником». Задача простая, ходи по маршруту и проверяй военнослужащих срочной службы на предмет законности пребывания в данной местности, соблюдения военной формы одежды и воинской дисциплины. Подчинялся я на эти сутки со своими подчиненными начальнику гарнизона и его помощнику. Уже под вечер, при очередном докладе дежурному помощнику начальника гарнизона, получил от него «вводную» (вводное указание): - «Звонил комендант гарнизона. Он был на охоте в районе поселка Соловьёвск, у него сломалась машина. А за тобой закреплена техника, других вариантов нет, кроме как послать тебя на помощь. Сам понимаешь, температура на улице -15, в ночь еще упадет. Если не помочь, они замёрзнут».
Устный приказ звучал странно. Не зная дороги, местности, где находится комендант и как его найти, но приказ надо выполнять. О своих сомнениях я поделился с начальником.
- «Всё просто. На выезде из города будет развилка: прямо дорога – на п. Забайкальск (пограничный переход СССР-Китай), тебе направо–на Соловьёвск (пограничный переход СССР- МНР). Дорога одна. Проедешь Голубую дивизию (военный гарнизон), далее на середине пути от тебя слева будет десантно-штурмовая бригада. Дорога прямая до самой границы. На подъезде к контрольно-пропускному пункту увидишь разноцветные огни. К нему не подъезжай, а повернёте вправо, и там недалеко и будет п.Соловьёвск».
Выехали в районе 19.00 часов. Безлунная ночь. Она спряталась где-то за сопками. Кругом непроглядная тьма. Ни огонька, ни какого-либо силуэта! И только высоко в небе светятся мириады звёзд. Свет от фар машины освещает 20 метров дороги и создаётся ощущение, что мы не едем, а проваливаемся в черную бездну. Жутковатое ощущение! Ехали долго в беспроглядной ночи. На «УРАЛе» не разогнаться, хотя и дорога ровная, скованная вечной мерзлотой. Только потом я узнал, что расстояние от г. Борзя до п. Соловьёвск составляет около 100 км. Наконец впереди показались разноцветные огоньки пограничного перехода. Надо уходить вправо, но дороги нет. Она одна и ведёт к пограничной заставе. Водителю говорю: - «Сворачивай направо, поедем по степи. Поселок должен как- то себя обозначить»! Через некоторое время мы упираемся в натянутую колючую проволоку, а впереди замаячил огонек. Мне пришла мысль, что огонек и есть тот самый п. Соловьёвск, а колючая проволока есть загон для животных, где местные жители занимаются разведением скота и пастбищем, и что является в этих местах их основным занятием. Едем дальше, пытаясь найти дорогу и вырваться из коридора натянутой колючей проволоки, стараясь не потерять ориентир. Так ехали продолжительное время, огонёк остался далеко позади нас. Наконец слева оказался разрыв, и мы свернули, вырываясь из колючего плена, продолжая ехать по замёрзшей степи на огонёк, горящий во тьме, как символ надежды! Ехали долго. По мере приближения к огоньку, появились очертания нескольких юрт, и на одной из них горел фонарь, раскачивавшийся на ветру. Мы остановились у крайней юрты. Я постучал в ее дверь. Вышел мужчина неопределенного возраста монголоидной национальности. Поприветствовал и, извинившись за беспокойство, я спросил его, как проехать к посёлку Соловьёвск. В ответ он пробурчал что-то непонятное и скрылся в помещении. Через несколько минут ко мне вышла девушка. Она хорошо говорила на русском языке. И на мой вопрос как проехать в п. Соловьёвск, объяснила мне… «Надо проехать прямо. Вы попадете на дорогу, которая ведёт к границе с СССР, а там и будет ваш поселок».
– А где мы сейчас находимся? – спросил я.
– В Монголии. – кратко ответила она.
Её ответ меня озадачил: «Что делать и как поступить»?!
Обратно в СССР я решил возвращаться по своим следам. Они хорошо были видны черными полосами на серебристой от мороза степной траве. И только как мы пересекли заграждение из колючей проволоки, перед машиной прошла очередь из трассирующих пуль. «Тормози»!!! Тяжёлая машина встала как вкопанная и в свете её фар, слева и справа возникли пограничники, держа автоматы готовые к стрельбе! Я вышел из кабины автомобиля и встал так, чтобы меня было хорошо видно, что я офицер, на руке повязка с надписью «патруль». Ко мне подошёл старший пограничного наряда, потребовал документы для проверки и причину нахождения в пограничной зоне. После чего они проверили машину, и мы вместе с ним поехали на заставу. На заставе нас встретил прапорщик – дежурный по заставе. Старший наряда доложил дежурному по заставе о задержании автомобиля с военнослужащими. Настала моя очередь давать объяснения. Я понял, что пограничники лопухнулись, пропустив на сопредельную территорию, и остановили нас только на обратном пути. Это предало мне смелости и уверенности в благоприятном исходе. Никто не хотел пострадать от этого мелкого инцидента. Выслушав мой рассказ, строгий прапорщик дал короткий, но ёмкий наказ: «У…те отсюда быстрее!» Приехали в гарнизон уже под утро, не найдя ни кого, не оказав помощи. Наши приключения продолжались двенадцать часов, как потом оказалось и для всех благополучно закончились.
Через продолжительное время в беседах с местными жителями я рассказывал о произошедшем случае со мной, они с ухмылкой говорили: «Это херня! У нас бывало, выпьешь после «калыма», поехал домой и заблудился. Лёг в машине спать. А утром просыпаешься, вокруг фанзы стоят! И давай обратно рвать, пока китайцы не очнулись!»